Запечатленные - Шелли Крейн

– Да уж. – Я усмехнулась. – Ты так и не рассказал мне про свои способности.

– Ну… – протянул он и посмотрел на меня как-то странно.

От веселости Калеба не осталось и следа. Меня пронзило его чувство унижения и неловкости. Как я раньше не догадалась? Идиотка! Он тщательно скрывал правду. Калеб до сих пор не обрел свой Дар. Это было неслыханно!

– Ох, Калеб! – Я положила руку ему на колено. – Прости! Я так увлеклась своими проблемами, что не заметила твоей беды… Что это значит? Может, ты пока не понял, в чем он заключается?

– Свой Дар мы чувствуем сразу, – объяснил он. – Ты ведь знала, что способна проникнуть в чужое сознание, даже если человек не думает о чем-то определенном? Ты знаешь, а я нет…

– Что это значит? – мягко повторила я.

– Папа пытается выяснить. Кроме него, никто не знает. Прежде такого не случалось. Он сам немного в шоке.

– Боже мой!

– Перестань! – скомандовал Калеб. – Меня это не радует, зато я счастлив, что ты получила великолепные способности! Может, их хватит нам обоим. Я и сам могу читать чужие мысли через тебя. Например, как сейчас с Чедом, – я видел все твоими глазами.

Я кивнула. Однако ситуация мне очень не нравилась, ведь Асом был он. Я почувствовала себя самозванкой. Калеб всю свою жизнь грезил об обретении силы и получении способностей, а тут появилась я и забрала их. Он же остался ни с чем… Я расстроилась.

– Прекрати! – Он притянул меня к себе. – Все нормально. Ну, то есть… Я не собираюсь волноваться. Мы ведь решаем проблемы по мере поступления, помнишь? Ах да, вот твой новый мобильник. – Он достал из кармана черный прямоугольник с сенсорным экраном. – Номер прежний, в телефонную книгу я занес все необходимые контакты, остальные забьешь сама.

– Это же айфон последней модели! У меня была простенькая «Моторола».

– Зато сможешь проверять почту и сидеть в Интернете, пока мы в отъезде. Так будет легче связываться с отцом. Смотри. – Он показал мне, как выходить в Сеть.

Я восторженно ахала, Калеб довольно улыбался.

– Зря ты потратился, – мягко запротестовала я.

– Производится посадка на рейс сто девяносто семь до аэропорта Сан-Диего, только первый класс, выход 3 Б, – объявили по громкой связи.

– Это наш, – воскликнул Калеб и подскочил.

– Калеб, только первый класс.

– Нам пора.

– Мы летим первым классом?! – недоверчиво спросила я.

– Да. Перелет долгий, бо́льшую часть пути мы проспим. Я хочу, чтобы тебе было удобно!

К выходу спешили мужчины в деловых костюмах и с чемоданами на колесиках. Чересчур улыбчивая сотрудница авиакомпании проверяла у пассажиров билеты и желала им счастливого пути. Интересно, я когда-нибудь привыкну к тому, что Калеб не стеснен в средствах и деньги для него не важны? В отличие от него я всегда обращалась с деньгами бережно и осмотрительно. Боюсь, он попытается меня испортить.

Калеб рассмеялся, поцеловал меня в лоб и подхватил наши сумки.

– Непременно!

– Калеб, меня вполне устроил бы и экономкласс, или как он там называется, – пробормотала я. – Не стремись произвести на меня впечатление.

– Я и не стремлюсь. Просто хочу, чтобы тебе было хорошо и удобно. Деньги у меня есть. Ты права, они для меня не важны. Я не принимаю их как должное, они нужны только для того, чтобы жить и заботиться о тех, кого любишь. Прошу, не упрямься! Сделай мне приятное.

Я застонала. Так я ничего не добьюсь.

– Твой папа не боится, что ты потратишь все его деньги? – ехидно спросила я.

– Нет. – Калеб вручил улыбчивой бортпроводнице наши посадочные талоны. – Не боится, особенно если я трачу их на тебя. Только это не его деньги, а мои.

Я опешила.

– Что? Откуда у тебя деньги на билеты первого класса до Калифорнии, вдобавок купленные в последнюю минуту?

Калеб улыбнулся стюардессе, которая провела нас к нашим местам, мягко взял меня за бедра и подтолкнул к сиденью у окна. Он опустился рядом и усмехнулся.

– Хочешь верь, хочешь не верь, любовь моя, но я не избалованный отпрыск богатых родителей, каким ты меня представляешь.

– Я вовсе так не думала…

– Знаю, – со смехом ответил Калеб. – Я занимаюсь репетиторством. В средней школе мне самому приходилось непросто, к тому же, если помнишь, я люблю геометрию. Все началось с общественных работ, в которых участвуют студенты колледжа, но я увлекся не на шутку, и вскоре одна компания предложила мне партнерство. Мы работаем по всему штату, услуги стоят совсем недорого, потому что занятия проходят в муниципальных зданиях. Выигрывают все: родители тратят на репетиторов для детей смешные деньги, студенты колледжа зарабатывают на учебники и повышают свой кредитный рейтинг, а мне хватает на карманные расходы для моей девушки! – Он поцеловал меня в щеку и улыбнулся. – Я никому об этом не рассказываю, потому что не хочу выглядеть зацикленным на учебе занудой.

Ничего себе дела! Почему я об этом не знала? Калеб просто святой, он – ангел! Я вздохнула от умиления, как обычная девчонка, и закусила губу. Уголки рта Калеба поползли вверх, и он смущенно потер подбородок.

– Пустяки, – заверил он.

– Никакие не пустяки! Я думала, ты транжиришь папины денежки, и шпыняла тебя, а ты оказался таким милашкой!

– Занудой! – воскликнул Калеб и поднял руку, будто претендуя на этот титул.

– Вовсе нет! Ты – милый! И такой клевый! – шепнула я и снова прикусила губу.

– Правда? – спросил он и склонился ближе. – Знаешь, на полдник я раздаю им яблоки!

Я расхохоталась и поймала понимающий взгляд стюардессы, предлагавшей напитки. Калеб что-то заказал и повернулся ко мне.

– Почему я не знала этого раньше? – поразилась я. – Пора мне хорошенько порыться в твоем сознании.

– Сначала доберемся до дому, – быстро проговорил Калеб.

– Почему? – не поняла я.

– Ну… – В его мыслях замелькали самые разные варианты. Ему не терпелось мне рассказать, но он осторожничал. – Помнишь, я говорил, что находиться в сознаниях друг друга очень здорово?

– Угу.

– Тебе непременно понравится. Поэтому я не показывал тебе, как это делается. Когда заглядываешь в сознание другого и находишься в нем целиком и полностью, это очень… это просто ураган!

– Разве мы уже так не делали? К тому же ты копался в моих мыслях.

– Да, но это не было взаимным. Тут и сравнивать нечего! Видишь ли, когда мы делаем это одновременно и осознанно, то как бы впитываем друг друга.

Щеки Калеба порозовели, он радостно предвкушал то, о чем пока молчал. Я заглянула в его мысли и поняла, что он хочет показать, вместо того чтобы рассказывать, и вовсе меня не торопит.