Любовь без преград - Моника Маккарти

Однако необходимо решить с Робертом проблему, которая вызвала у нее такую реакцию. Она не разговаривала с ним с тех пор, как сообщила новость о предательстве англичан. Он был чрезвычайно благодарен и в то же время зол от того, что с ней случилось, но они не обсуждали будущее ее и Юэна.

— Не могу поверить, что друзья оставили его, когда он еще не полностью выздоровел, — сказала Джанет, теребя руками свои юбки. — Что, если он опять слег где-нибудь…

— Его друзья говорили, что он чувствовал себя достаточно хорошо, — успокоила ее Мэри. — Белла тоже была недовольна Лахланом, когда узнала, как тот поступил. Однако Лахлан заявил, что он не нянька; к тому же Юэн настаивал на своем.

— Юэн никому не сказал, что король исключил его из гвардии? — спросила Джанет.

Мэри рассказала ей, что секретная армия Брюса — или «призраки», как она их назвала — известна людям как Хайлендская гвардия. Хотя Джанет не была посвящена, кем являлись все эти воины на самом деле, у нее были определенные подозрения относительно известных ей личностей. Если бы король Эдвард был достаточно сообразительным, то устроил бы слежку за каждым шотландцем, имеющим рост свыше шести футов, крепкое телосложение и красивое лицо.

— Нет, — ответила Мэри, — но как только его друзья узнали об этом, они попытались убедить короля пересмотреть свое решение.

Зная, каким упрямым мог быть Роберт, Джанет спросила:

— Им удалось это сделать?

Мэри пожала плечами.

— Не знаю, но, видимо, у них нашлись убедительные доводы.

— Нелепо рассчитывать на это. — Джанет встала и направилась к двери.

Мэри взглянула на нее, сидя на краю кровати.

— Куда ты идешь?

— Узнать, какое решение принял Роберт.

Даже если Юэн не хотел иметь дело с ней, он не должен потерять все из-за нее.

* * *

С годами Роберт Брюс очень изменился: он уже не был тем молодым красивым рыцарем, который завоевал сердце Изабел, старшей сестры Джанет. Он по-прежнему оставался красавцем, но выглядел гораздо старше своих тридцати шести лет. Война, трудности, с которыми он столкнулся после катастрофического поражения в битве при Метвене, и последующий крах оставили на его лице глубокие морщины. Но больше всего изменилось выражение его лица. Веселый, общительный рыцарь исчез навсегда. Теперь он стал серьезным, грозным, закаленным в боях воином и королем.

Сидя напротив него в его личных покоях — люди короля оставили их по ее просьбе, — Джанет внезапно испытала мрачное предчувствие. Она считала его просто Робертом, но человек перед ней, несомненно, был истинным королем. Однако вопрос в его темных глазах, устремленных на нее, придал ей храбрости.

— Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше? Полагаю, Хелен делает все необходимое? Я сказал ей, чтобы она обеспечила тебя всем, что ты пожелаешь.

— Я чувствую себя намного лучше. Хелен заботится обо мне, как если бы я была ее сестрой. Но есть одна вещь, о которой я хотела бы попросить.

Он улыбнулся и явно расслабился.

— Проси, чего хочешь. Я в долгу перед тобой, Джанет. Мне известно, что тебе пришлось испытать, чтобы доставить мне то письмо. И я слышал, как ты защитила нашего осведомителя в замке, задержав мужчину в проулке.

Их взгляды встретились, и Джанет увидела, какой искренней была его благодарность. Этот информатор был важен для него. Однако ее удивило, откуда король мог узнать подробности того, что с ней произошло. Должно быть, кто-то еще общался с ее осведомителем.

— Я до сих пор не могу поверить, что англичане замышляли предательство во время мирных переговоров, — продолжил он. — Глостер и Корнуолл дали мне слово. Я мог бы ожидать нечто подобное от Гавестона, но только не от сына Монтимера.

Граф Корнуолл, Пирс Гавестон, был фаворитом короля Эдварда. А граф Глостер, Гилберт де Клэр, являлся преданным сторонником короля, но он был также пасынком одного из бывших друзей Роберта, Ральфа де Монтимера.

— После Метвена я уже ничему не удивляюсь. — Лицо Роберта помрачнело, и Джанет заметила искры гнева в его глазах. — Из того, что я прочитал в письме, следует, что они планировали окружить нас ночью всем гарнизоном, размещавшимся в Роксборо. — Он умолк, собираясь с мыслями, прежде чем снова посмотрел на нее. — Так чего ты хочешь, Джанет? Я сделаю все, что в моей власти.

Джанет, не отрывая от него глаз, ответила, не колеблясь:

— Я хочу Юэна.

Глаза Роберта вспыхнули.

— Ты не должна оборачивать мои слова против меня, Джанет. Я уже дал ответ Ламонту, когда он приходил ко мне с просьбой.

Джанет не испугал его гнев.

— Я прошу вас заново пересмотреть недавние события. Я никогда ни о чем не просила вас, Роберт, но сейчас прошу.

Он сидел в своем кресле, как на троне, изучая ее пытливым взглядом.

— Чем вызвана твоя просьба?

— Я не хочу, чтобы Юэн был наказан за то, что произошло. Верните ему его земли и место в гвардии, и… — Ее щеки густо покраснели.

— И что? — спросил Роберт.

— И если он все еще хочет жениться на мне, дайте нам свое благословение.

— Ты ведь не хочешь, чтобы я приказал ему жениться на тебе?

Джанет покачала головой.

— Я не хочу, чтобы его заставляли вступить в брак, и не хочу также, чтобы принуждали меня.

Король нахмурился, от него не ускользнул дерзкий упрек в ее словах.

— Он лишил тебя невинности, и я не собираюсь награждать его за это.

— Вы совсем не знаете меня, если думаете, что он сделал это без моего желания.

— Он воспользовался твоей невинностью в своих интересах, — сказал Роберт немного смущенно. Очевидно, ему было неловко обсуждать такие интимные вещи с женщиной, которая была для него как сестра.

— Я не девочка, Роберт. Я женщина двадцати семи лет, которая давно ждала этого. Я люблю Юэна.

— Любовь не повод для брака. Он не имеет ни достаточно земель, ни титула, ни будущего.

— Но вы можете дать ему все это, — сказала Джанет. — Если то, что я сделала для вас, не заслуживает награды, тогда что вы скажете по поводу того, что он сделал для вас? — Она дала ему возможность обдумать ее слова в течение нескольких секунд. — Что касается любви, то что вы скажете относительно своих браков, Роберт? Неужели для вас вступление в брак выглядит не более чем уведомлением своей избранницы о своем желании жениться на ней?

Выражение лица Роберта ничем не выдавало, что ее слова достигли своей цели, однако Джанет знала, что так оно и есть. Всем было хорошо известно, что Роберт в обоих случаях женился по любви.

Спустя мгновение он покачал головой и посмотрел на нее таким сердитым взглядом, который она помнила с тех времен, когда жила под одной крышей с ним и Изабел.