Самозванка - Бренда Джойс

— Виолетта, с вами все в порядке? Она кивнула:

— Блэйк, не знаю, что и сказать.

— Позвольте, я отвезу вас в гостиницу, — предложил Блэйк, сжимая ее руку.

— Блэйк? — Виолетта подняла на него влажные глаза. — Что случилось? Мистер Гуди сказал, что я свободна. Это правда? Я ничего не понимаю.

— Мне трудно вам все объяснить, — прошептал Блэйк. — Хорн сознался в своем злодеянии.

Молодая женщина побледнела.

— Виолетта, он любил вас, и вовсе не братской любовью. Ральф полагал, что после смерти сэра Томаса вы унаследуете кое-какие деньги и дом, в котором вместе с ним сможете безбедно прожить до конца своих дней. Он сам пришел ко мне и, когда понял, что вам грозит смертная казнь, признался в преступлении.

— Боже, как мне жаль, что все так произошло. — Виолетта прижалась к груди Блэйка.

— Его повесят? — подняла она глаза на бывшего супруга.

— Да, — помедлив, сказал Блэйк.

Виолетта уткнулась ему в жилетку и расплакалась.

Неожиданно за спиной Блэйка появился лорд Фэрроу. Виконт Невилл отстранился от бывшей супруги.

— Что здесь происходит? — сквозь зубы спросил Фэрроу.

— Я рассказал ей о Ральфе Хорне, — ответил Блэйк.

— Зачем? Зачем вы это сделали? Разве она не достаточно страдала?

Единственное утешение Блэйка заключалось в том, что Фэрроу по-настоящему любит Виолетту.

— Я поступил как считал нужным, — холодно ответил Блэйк.

— Простите меня, — неожиданно смягчился Фэрроу. — Я должен поблагодарить вас за то, что вы содействовали освобождению Виолетты. От нас обоих. Я вам очень признателен, Блэйк.

Роберт протянул руку для рукопожатия, и Блэйк неожиданно для себя ответил на его порыв.

— Вы ничем мне не обязаны. Желаю вам обоим счастья. До свидания.

Виолетта не спускала с него огромных голубых глаз. Она побледнела.

— Пойдемте, — сказал Фэрроу невесте, и Виолетте прошла мимо Блэйка к дверям. Охранники беспрепятственно пропустили ее. Стоя на пороге тюрьмы, она повернулась и прошептала, глядя в глаза Блэйку:

— До свидания.

Блэйк последовал за ними. Он видел, как Фэрроу отворил дверцу закрытой кареты коричневого цвета, помог Виолетте подняться и устроиться на сиденье и сам сел рядом. «Должно быть, он обнимает ее», — подумал Блэйк.

— Мне жаль, что все случилось именно так, — прошептал из-за плеча Блэйка Джордж Додж.

Джон провел рукой по ободу колеса, и коляска покатилась к террасе. Трава была чуть подернута инеем. На террасе стояли две женщины — графиня Сюзанна и Катарина — в теплых накидках. Они внимательно наблюдали за Джоном. Интересно, как долго они следили за тем, как он, словно сумасшедший, ездит по саду? Впрочем, Джон не был смущен.

— Джон, это просто чудо! — воскликнула графиня. По лицу ее текли слезы.

Джон улыбнулся матери, но взгляд его снова вернулся к Катарине.

— Я не верю в чудеса, — без всякой жалости к себе заметил Джон. — В этом изобретении большой смысл. Это ведь не первый экземпляр инвалидного кресла. Подобное уже было сконструировано каким-то американским хирургом для своего пациента с заболеванием вроде моего.

— А я верю в чудеса, — мягко сказала Катарина.

Графиня спустилась по ступенькам в сад и поцеловала сына в лоб. Джон поднял голову и пересчитал ступени. Всего три.

— Матушка, вы не будете возражать, если я прикажу разобрать часть ступенек и сделать пологий склон? Это даст мне возможность выезжать из дома в сад без посторонней помощи?

— Замечательная мысль! — воскликнула графиня.

Катарина и Джон обменялись счастливыми улыбками. Графиня деликатно покинула молодых людей. Возле дверей, ведущих в дом, она задержалась и спросила:

— Ты присоединишься к нам за ужином, дорогой?

— Конечно, — улыбаясь, ответил Джон. Графиня, ежась от холода, поспешила в дом, а Катарина спустилась с террасы в сад.

— У вас замечательное кресло, — похвалила она.

— Мне оно тоже нравится.

— Ваша матушка пригласила меня сегодня к вам на ужин, — теребя край накидки, сообщила Катарина.

— Хорошо. Как в старые добрые времена, — вырвалось у него. — Черт подери! — выругался Джон, когда понял, что выдал себя.

Он направил свое кресло обратно в сад.

— Не уезжайте! — воскликнула Катарина и бросилась за ним.

Джон так сильно сжал колеса, что суставы его пальцев побелели.

— Почему вы не хотите, чтобы все стало, как в старые добрые времена?

Джон не ответил.

— Сегодня из тюрьмы выпустили Виолетту. С нее сняты всякие обвинения. Она теперь свободная женщина.

— Очень рад за нее.

— Ваш брат влюблен в нее как мальчик, — заметила Катарина и густо покраснела.

— Я знаю, — сухо ответил он, понимая, на какую опасную тему перекинулся разговор.

— Вы знаете? Но ведь это вы хотели, чтобы он женился на мне! — обвинила его в непоследовательности Катарина.

— Эта женщина бросила моего брата. Я не предполагал, что это его так сильно заденет. Я думал, вы великолепно подходите друг другу.

На ресницах девушки блеснули слезы.

— Вы просто дурак. Наш брак с Блэйком был бы преступлением против любви и простым фарсом. До гроба я буду любить только вас.

Джон окунулся в прошлое. Он вспомнил первый бал Катарины, где первый танец она танцевала с ним, Джоном. Они всегда думали и чувствовали одинаково, поэтому Джону было очень хорошо и комфортно рядом с Катариной.

— Дорогая моя, если бы я был прежним Джоном, я бы ответил на вашу великодушную привязанность.

— Вы и есть прежний Джон! — воскликнула Катарина.

— Нет, я получеловек. Я калека.

— Вы правы в том, что вы уже не прежний Джон. Раньше вы были тонким, умным человеком, а теперь превратились в идиота.

— Я парализован. У меня нет ног, Катарина, — Джон сник.

— Вы ведь лишились только ног. Не души, не головы. Неужели вы распрощались с вашими мечтами?

— Да, это так. Я предал свои мечты, — честно ответил Джон.

— Дурак!!! — в который раз закричала Катарина и слегка стукнула его кулаком в плечо. — Не отвергайте меня, Джон, — зашептала она. — Я полюбила вас с первого взгляда, и то, что вы не можете ходить, не имеет для меня никакого значения. Я знаю, что могу помочь вам справиться с болью.

— Катарина, вы достойны большего. Вы еще встретите настоящего мужчину. И этот мужчина подарит вам детей.

— Детей мы сможем усыновить. Усыновление. Однажды об этом обмолвился Блэйк.