Этот мир – мой. Часть I - Max Rizz

— Сельма, присмотри за мелким! — резко бросил я, провожая котенка взглядом, — И еще. Накажи его, но слегка.

Кошка утвердительно рыкнула и направилась к ашанту. Тот явно понял, что ничего хорошего его не ждет и пулей вылетел из спальни. Ну, ну! Как говориться не бегай от снайпера, умрешь уставшим.

Проводив глазами эту парочку, мы снова повернулись друг к другу.

— Так на чем мы там остановились? — с улыбкой спросила Ру. Я не стал отвечать, а лишь накрыл ее губы своими, и прижал к себе, такую желанную, родную, любимую. МОЮ.

Тяжесть навалилась внезапно. Хотя нет, не тяжесть, усталость? А тяжесть, наоборот, ушла. Словно я сбросил гору с плеч. Я тихонько рассмеялся, мне стало так легко и хорошо. Я откинулся на спину, и прикрыл глаза, уже почти свозь сон, услышав:

— Дурак.

Ру.

Риз вырубился. Нет, понятно, что его отпустило, но мог бы и потерпеть немного. Я вздохнула и забралась на кровать с ногами. Сжав колени руками, и уперев в них подбородок, я задумалась. Если честно, было жутко обидно! Почему со мной так?

Я хотела, когда тут закончим эту историю, упросить встретится в реале. А теперь? Что теперь? Я фыркнула: «Не поверю, пока не увижу лично!»

Не хочу верить! Каникулы скоро закончатся, вернутся родители, и…. Я помотала головой. Я же не могу остаться в игре навсегда? Ведь для этого надо умереть! Мне стало дико страшно. Я не смогу. Потому, что результата никто не гарантирует! Да, о чем-то таком я слышала, но случаи были хаотичны, и никто не знал, почему одним везло, а другим нет.

Похоже, мы не сможем быть вместе? К горлу подкатил комок, а в груди стало очень больно. Слезы хлынули из глаз, а меня затрясло. Я размазывала их по лицу и смеялась. Черт! А я-то переживала, что он при встрече будет выглядеть иначе, или окажется слишком старым? Женатым? А тут такое!

Я несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь, успокоится, и в какой-то момент это у меня получилось. Вот только оставаться рядом с ним, я пока не могла. Так и буду плакать! А мне, надо подумать. Я слезла с кровати и пошла к выходу.

Уже взявшись за ручку двери, я на миг обернулась, а комната озарилась чистым светом, и в глазах заиграли зайчики, но свет угас, да и зрение быстро восстановилось.

Рядом с кроватью стояла та самая женщина. Мы встречались уже третий раз, и именно по ее просьбе я согласилась на этот самоубийственный квест. И по ее просьбе я молчала, как партизан на допросе. Почему я это делала, я и сама не понимала, просто в какой-то момент я поверила ей от начала и до конца. Любое слово как аксиома.

— Ну и куда ты направилась, девочка? — как журчание ручья прозвучал ее голос, — Неужели ты хочешь оставить его одного? Ему и так сейчас очень плохо, а если ты уйдешь, что с ним будет?

Голос звучал как и тогда, словно шум ветра, или плеск воды, — мелодичный и очень мягкий, но не было того чувства веры в нее, как раньше.

— А я?! А что будет со мной?! Как мне-то теперь жить, зная все это? — невольно повысила я голос, но осеклась, понимая, что могу разбудить Риза.

— Не бойся, он не проснется, — улыбнулась она, — Пока мы говорим, он будет спать, и видеть чудесные сны.

Она присела на кровать, взяла руку Риза и погладила ее. Первым желанием, вспыхнувшим во мне, было возмутиться, но это было столь невинно, что я промолчала.

— Мой мальчик, — с нежностью прошептала она, — прости меня.

Казалось, познакомившись с Ризом и его, а также уже и моими друзьями, я должна бы перестать удивляться, но, похоже, это невозможно. Она провела ладонью по его щеке, Риз во сне прижал её ладонь, и прошептал: «Мама».

Мама? Ему снилась мама? Риз за то время что мы знакомы, казался мне человеком, появившимся из ниоткуда. Да я понимала, — он человек, а значит у него есть родители, но вот ощущение такое присутствовало. Удивление возросло в разы, когда я увидела дорожку от слезы скатившейся по щеке женщины. Она сорвалась, и упала на пол, чистой воды брильянтом, который покатился мне под ноги.

— Идем, — женщина резко поднялась, подошла ко мне и взяла за руку, — нам нужно поговорить без лишних ушей.

На миг, спальня с Ризом исчезла, и мы оказались в небольшой, но уютно обставленной комнате.

— Ну вот, тут нам никто не помешает, Ирина Вениаминовна, — с улыбкой произнесла она. И я даже не сразу поняла, что она назвала меня по отчеству, — Да, да, я знаю твоего папу, — не дала мне она сказать и слово, — но думаю у тебя совсем другие вопросы сейчас в приоритете? Задавай, я отвечу, теперь нет нужды скрывать правду.

А вот тут я задумалась, вопросов было много, но нужен был один, главный. Она не торопила меня, но мои мысли скакали как табун диких лошадей. А, будь что будет….

— Почему я? — задала я вопрос.

Женщина рассмеялась, легко и непринужденно:

— Ну, тут все просто, он любит тебя.

Я сдавленно цыкнула. Действительно просто. Просто оказалась рядом в нужный момент. Неужели я ошиблась, сказав это? Видно на моем лице отобразилась досада, хоть я и пыталась это скрыть.

Она подошла ко мне, и твердой рукой усадила в удобное кресло, сунув в руку стакан с соком. Я отхлебнула, сок показался мне горьким.

— На самом деле ты задала очень правильный вопрос, — продолжила женщина, — Я хочу рассказать тебе небольшую историю. И ты поймешь, почему это ты, а не кто-то иной. Меня зовут, звали Ольга. У меня были муж и сын. И все было замечательно, пока мой супруг не увлекся одним глобальным проектом.

— Игра? — догадка сама всплыла в голове.

— Именно, моя девочка, она самая, будь она неладна, — женщина поморщилась, а на ее лицо легла тень, — Он стал месяцами пропадать на работе. Почти не появлялся дома, мы с сыном очень скучали по нему, но работа поглотила его целиком и полностью.

Вот это как раз я полностью понимала. Такое чувство, что это была моя история.

— Сын рос, и как то