Солнце и снег - Алёна Рю

– Пара дней, думаю, у нас будет, – тихо сказал Арок Ворон. – Кто знает, что еще может случиться.

Глава тридцатая – Ланс и Сия

Оринг продолжил рассказ только вечером, когда магистр ордена Огненной лилии смог уединиться, оставив заботы за закрытыми дверьми. История эльфа была необычайно интересной, хотя пока он и не услышал того, что хотел.

– Я блуждал по проклятым тоннелям не один день, а может, и не одну неделю. Зато познакомился с местными жителями, бандой подпольщиков и преступников. У нас был общий враг, а потому они сохранили мне жизнь, дали еды и указали дорогу. Я радовался, как голодный зверь, и все думал, как же была велика вера Приса в меня, если он вот так просто отпустил меня в это путешествие.

Когда я выбрался за стены Хаарглейда, в предместьях уже никого не было. Следы на земле напоминали о недавней битве, но тела погибших забрали и похоронили. Я мог беспрепятственно бежать к лесам, и никто бы не заметил меня и не остановил.

И я побежал. Ноги утопали в начинавшей желтеть траве, прохладный ветер подталкивал в спину. Иногда я заговаривал сам с собой, надеясь, что услышат полевые грызуны и птицы. А когда достиг небольшого пролеска, моему взору предстала картина, разом вернувшая к жизни. Тиара выехала из чащи на белоснежной кобыле, словно светящейся в вечерней полумгле. Я смотрел на нее и блаженно улыбался.

– Я услышала твой зов, – сказала она. Ее одежды медленно развевались. Кажется, я бредил.

– Пойдем со мной, Оринг.

Я забрался в седло позади нее, и вместе мы поехали в лагерь эльфов.

– Выходи за меня замуж, – прошептал я, но она не ответила, видимо, не приняв всерьез.

В ту ночь я спал особенно крепко, прижавшись щекой к ее руке. Старший друид сидел рядом. Они о чем-то говорили, но я слишком устал, чтобы слушать. Запомнилось лишь несколько фраз.

– Дендройи никогда не ошибаются, – говорил друид.

– Но значит ли это, что мы сами должны решить его и нашу судьбу? – спрашивала Тиара.

– Он хотел свободы для всех. Мы исполним и его желание тоже.

На рассвете, едва я только открыл глаза, мои собственные командиры схватили меня. Предложение Арго было слишком заманчивым. Выдав меня, они заключали мир. Эльфы получали свой кусок земли, свободный от империи, друиды могли вновь уйти в леса, а весь мир мог забыть о войне, восстании и его предводителе.

Меня предали. Я был так удивлен, что даже не сопротивлялся. Да и сил после всего осталось немного. Я только хотел увидеть Тиару. Но еще до рассвета она села верхом на белоснежную лошадь и умчалась куда-то на север. Старший друид передал мне ее письмо. У него, по крайней мере, хватило смелости посмотреть мне в глаза.

Я наизусть помню строчки.

«Дендройи тогда сказали, что мы можем довериться тебе. Мы обретем свободу, но ценой этой свободы будешь ты. Такова воля судьбы. Я предчувствовала это с самого начала, потому никогда не позволяла нам сблизиться. Ты был мне дорог, Оринг, но этого оказалось недостаточно. Прости».

Меня передали в руки людям и заключили под стражу. На этот раз не в обычной тюрьме, а глубоко в подвалах императорского дворца. Арго хотел удостовериться, что на этот раз я никуда не денусь. Да я и не хотел. Я лежал и вслух повторял слова из записки Тиары. Мои тюремщики, вероятно, полагали, что я сошел с ума. Они каждый день приносили еду и чистую одежду, почти ни в чем не отказывали, но я ничего и не просил. Я ждал встречи с Арго как неизбежности. Но сам при этом не мог думать ни о ком, кроме Тиары, – прекрасной эльфийки, с которой началась моя настоящая жизнь, и с мыслью о которой она закончится. И почему я не выбрал другую женщину?

Наконец, его императорское высочество соизволило со мной встретиться. Меня привели в небольшой зал в форме шестигранника. В расшитой золотыми нитями мантии, но пока без короны, Арго восседал на месте своего отца. Хотя тот был еще жив, принц явно привыкал смотреть на всех свысока.

– Вот мы и встретились, – произнес он торжественно.

Двое стражников ударили меня по ногам, и я упал на колени.

– Как видишь, – продолжал Арго, – обещание я сдержал.

Я усмехнулся.

– Ты не нашел лучшего способа выиграть, кроме как через предательство?

– Оставьте нас, – приказал он стражникам. Те попробовали возразить, но, встретившись с грозным взглядом принца, спорить не решились. Гремя цепями, я встал.

– У тебя есть что мне сказать? – воскликнул я.

Арго поднялся с трона и спустился ко мне.

– Ты помнишь ту ночь, Ланс? – спросил он. – Или, вернее, Оринг Найт…

– Ночь, когда ты достал с моей помощью ключ к источнику душ?

– Рад, что ты хоть немного осведомлен.

– И что же? Ты обрел великую силу? Призвал драконов? Что ж ты меня так долго не мог остановить? – я уже откровенно смеялся.

Арго сохранял невозмутимый вид.

– Я не знал, что ты и есть мой враг. Но, увидев тебя сейчас, не сильно удивился, – он принялся расхаживать по залу. – Что-то в нашем обряде пошло не так. Ты достал ключ, и позже я пролил на него свою кровь и прочитал заклинания. Но ничего не произошло, я не почувствовал ничего нового, и бутон так и не распустился. Я предположил, что для полноты ритуала все же нужен пьедестал, что он больше чем просто хранилище, но, вернувшись на место раскопок, увидел, что того и след простыл. Ты что-то об этом знаешь? – он бросил цепкий взгляд.

Я мотнул головой, поскольку правда не знал и даже у Рована при встрече не спросил.

Арго мне как будто поверил, и я в свою очередь поинтересовался, откуда пошли слухи о магии, если ритуалы не сработали. Надо отдать должное, принц не стал уклоняться от ответа. И его прямоту невозможно было не уважать.

– Мне кажется, я упоминал еще в ту нашу встречу, что братья пытались меня убить, – и, прочитав на моем лице утвердительный ответ, продолжил: – Так вот, мое возвращение за пьедесталом и сопутствующие расспросы не остались незамеченными. Оставалось только выяснить, что именно я мог искать. Книги жрецов были и в распоряжении