Тимбер - Тейт Джеймс

— Я понимаю, почему ты хотела, чтобы это было сюрпризом, — сказал он мне через плечо, открывая бутылку. — Я никогда этого не предвидел. Очень впечатляет.

Я ухмыльнулась, чертовски довольная тем, что план был выполнен так идеально. Чейз был так сосредоточен на мне, так уверен, что я была той, кто что-то замышлял... ему даже в голову не приходило, что я была приманкой. Трюк Зеда с объявлением о помолвке был идеальным завершением. Это привлекло большое внимание не только Чейза и мэра, но и других гостей. Настолько, что великолепной блондинке, флиртующей с заместителем мэра Уэйном Кингом, было слишком легко отравить его напиток.

— Бетани произвела на меня впечатление, — прокомментировала я, обменявшись понимающим взглядом с Зедом. — Я с нетерпением жду этой новой эры «Лесных Волков».

Руки Зеда обвились вокруг моей талии, притягивая меня ближе, когда он наклонился, чтобы поцеловать меня. — Ты производишь на меня впечатление, Дар. Каждый чертов день.

— Кольцо было милым штрихом, — пророкотал Касс, развязывая галстук-бабочку и привлекая мое внимание. Кассиэль Сейнт почти каждый день был ходячим трахом в коже, но в смокинге? Святая матерь оргазмов. Это было что-то особенное.

Зед поймал мою руку в свою и поднес к губам. — Я так и думал, — пробормотал он, целуя кольцо, которое все еще было у меня на пальце. Это определенно не входило в план, который я обсуждала с ним, но теперь, когда я рассмотрела его получше...

— Черт возьми, Зед, — прошептала я. — Оно великолепно.

Касс протянул руку между нами, чтобы взять меня за руку и поближе рассмотреть кольцо. Он был из розового золота и украшен одним большим кроваво-красным бриллиантом в центре и двумя чернильно-черными бриллиантами по бокам. Оправу украшали десятки мелких черных и красных бриллиантов, которые выглядели почти как маленькая окровавленная корона на моем пальце.

Я знала, что это бриллианты, а не какой-либо другой камень, потому что я знала Зеда. Он ничего не делал наполовину, и красные бриллианты были его любимым камнем.

И моим тоже.

— Это не похоже на бижутерию, Медвежонок Зедди, — пробормотал Касс, бросив на Зеда обвиняющий взгляд. — Сколько это стоило? Миллион? Два?

— По крайней мере, — пробормотала я. Средний красный бриллиант стоил где-то около миллиона долларов за карат. На первый взгляд, я бы сказала, что центральный камень был не менее двух карат - и безупречен. Большинство существующих красных бриллиантов в лучшем случае едва достигали половины карата.

Я начала снимать его - чтобы вернуть, чтобы он мог отправить его туда, где позаимствовал, - но он оттолкнул мою руку.

— Если ты снимешь это кольцо, Дар, у нас возникнут проблемы. — Его тон был низким и предельно серьезным, а глаза смотрели на меня с сильным предупреждением.

Мои брови поползли вверх. — Я не выхожу за тебя замуж, Зед.

Вместо боли на его лице промелькнуло нечто гораздо более опасное. Решимость.

Ради всего святого. Последним, что стояло у меня на повестке дня на этот вечер, был яростный спор о бессмысленности свидетельства о браке или о том, что это совершенно непрактично, учитывая, что теперь мы были полиаморной гетеросексуальной четверкой. По крайней мере... Я думаю, что это так нас определяет. Может быть, просто обратный гарем.

Закусив щеку против собственного инстинктивного желания поспорить, я заставила себя пожать плечами. — Ладно. В любом случае, на моем пальце безопаснее, чем у тебя в кармане. Мы можем вернуть его законному владельцу завтра.

Зед победоносно улыбнулся. — Договорились.

Затем он отпустил меня, направляясь дальше в комнату и вытаскивая галстук-бабочку из рубашки.

Касс искоса посмотрел на меня. — Мне показалось это слишком простым.

— Согласна, — ответила я себе под нос.

Лукас протянул мне бокал шампанского. — В этом я согласен с Хейден, Медвежонок Зедди. Ты не можешь получить согласие, не сделав предложение девушке. Это жульничество.

Зед пожал плечами, но ничего не ответил и направился в спальню, осматривая номер. Он расстегнул несколько верхних пуговиц на рубашке и сбросил пиджак, но в остальном казался совершенно непринужденным в дизайнерском смокинге.

Касс, напротив, одним глотком осушил бокал с шампанским, затем поставил бокал на стол, чтобы снять рубашку.

— Нет, — запротестовала я, надув губы. — Не снимай его. Я никогда не видело тебя в костюме, Ворчливый Кот.

Он издал смешок, сбросил накрахмаленную белую рубашку и поиграл мускулами. — Ни за что, Рыжик. Костюмы следует надевать только на похороны или...

— Свадьбы? — Поддразнил Лукас, снова наполняя его бокал.

Я закатила глаза. Очевидно, сегодня все они были в настроении. И Касс, одетый только в брюки от смокинга, тоже выглядел довольно эффектно, так что кто я такая, чтобы жаловаться.

— Кто-нибудь из вас не хочет помочь мне снять это платье? — Спросила я, направляясь в спальню. Там стояла массивная кровать, вся усыпанная лепестками роз - в конце концов, это был номер для новобрачных - и еще шампанское со льдом рядом с кроватью.

— Придержи эту мысль, Рыжик, — прорычал Касс, отводя мои руки от застежки платья на затылке. — Мы собираемся поговорить об этом?

Я развернулась к нему лицом и прикусила губу, когда мой взгляд остановился на свежей татуировке Лесного Волка сбоку от его шеи. Она так четко выделяла его, как моего; я любила ее больше, чем любые другие его чернила - даже логотип Дарлинг на верхней части его задницы.

— Не о чем говорить, — ответил Зед, прислонившись к дверному косяку ванной и засунув руки в карманы. — Как и сказала Дар, завтра кольцо будет возвращено его владельцу, и мы больше не будем это обсуждать.

Касс бросил на него сердитый взгляд, и Лукас поддержал его.

— Хорошо, но как насчет того, что ты просто попытался заманить Хейден в ловушку, чтобы она вышла за тебя замуж, даже не попытавшись сделать романтическое предложение? Это крайне некруто, братан. — Лукас скрестил руки на груди, его смокинг по-прежнему был безупречен.

Я тяжело вздохнула. — Ребята, да ладно. Зед просто играл, верно? — Я бросила на него острый взгляд, молча предупреждая его не нагнетать ситуацию.

Он только ухмыльнулся и пожал плечами. Черт возьми.

— Ладно, теперь вы все меня бесите, — огрызнулась я. — Я думала, мы вернемся сюда