Валлийская колдунья - Патриция Грассо

– Генри, сбегай на конюшню, – быстро сказала Кили, прежде чем Уиллис успел призвать ее к молчанию. – И попроси Одо или Хью принести мое седло. Барон Смайт пригласил меня сегодня на прогулку верхом.

Генри перевел взгляд с Уиллиса на дорожные сумки. Стараясь не выдать охватившую его тревогу, он беззаботно улыбнулся и сказал:

– Я мигом, вернусь через минуту.

– Каждая секунда промедления грозит Ричарду смертельной опасностью, – решительным тоном заявил Уиллис. Он знал, что кузены никогда не отпустят Кили одну в дорогу. – Садитесь на лошадь, нам нужно отправляться в путь!

Закусив нижнюю губу, Кили кивнула. Наверное, всем им действительно угрожала опасность, иначе барон не нервничал бы столь сильно.

Смайт помог ей подняться в седло и вскочил на свою лошадь. Выехав из усадьбы Деверо, они поскакали на запад, в сторону Шропшира.

– Кили! – Одо с громким криком вбежал в сад. Генри и Хью не отставали от него. – Где ты, малышка?

– Этот сукин сын все-таки увез ее! – с досадой воскликнул Генри.

– Может быть, барон и в самом деле просто пригласил ее на прогулку, – промолвил Хью.

– А зачем они, по-твоему, прихватили дорожные сумки? – резонно заметил Одо.

– Но почему Кили послала меня за своим седлом, а сама тем временем исчезла вместе со Смайтом? – с недоумением спросил Генри. – Я знаю, что она недолюбливает барона, да и я сам ему не доверяю.

– Как же нам теперь отыскать нашу малышку? – чуть не плача промолвил Хью и повернулся к брату, ища у него утешения. – Мы даже не знаем, в каком направлении они уехали. А ведь их четыре, а нас всего трое.

– Чего – четыре? – спросил сбитый с толку Одо.

– Стороны света! Север, восток, юг и… – Новая затрещина заставила Хью замолчать.

– Если у Смайта недобрые намерения, он повезет Кили в свое логово, – заметил Генри.

– А где оно находится? – спросил Одо.

– В Смайт-Прайори, в Шропшире.

– Седлай лошадей, – приказал Одо Хью. – А я пока соберу провизию в дорогу.

– Седлай трех лошадей, – сказал Генри. – Я поеду с вами, ведь я ее брат.

– Но его сиятельство… – начал было Одо.

– Его сиятельство в отъезде и не может ни одобрить мои действия, ни запретить мне ехать, – прервал его Генри.

Одо усмехнулся:

– Поторопитесь, мой пылкий юный маркиз. Малышке нужна наша помощь.

Через двадцать минут двое верзил из Уэльса и юный, еще не оперившийся маркиз уже мчались на запад, в Шропшир.

– Добро пожаловать домой, милорд, – приветствовал хозяина Дженнингз. На этот раз его обычно суровое лицо озаряла сердечная улыбка.

– Спасибо, Дженнингз.

Ричард прошел внутрь, вслед за ним порог дома Деверо переступили герцог Ладлоу и Хэл Багенал, отчим Ричарда.

– Пусть моя жена зайдет в кабинет, – распорядился Ричард, – но не говорите ей, что я здесь. Я хочу сделать сюрприз.

Дженнингз кивнул и направился к лестнице. В этот час его хозяйка обычно или дремала, или сидела у окна спальни, глядя на небо, постепенно меняющее свои краски.

Ричард провел тестя и отчима в кабинет. Его гости расположились у камина, а сам граф остановился посреди комнаты, повернувшись лицом к двери. Он хотел видеть, как озарится радостным удавлением лицо его жены, когда она войдет в кабинет. Все утро он с нетерпением ждал этого момента.

Ричард намеревался как можно скорее выпроводить герцога Ладлоу и дядю Хэла, чтобы остаток дня и всю ночь провести в постели с женой. Завтра ему предстояло взяться за утомительный труд исправления допущенных им ошибок, из-за которых королева понесла финансовые убытки.

Прошло пять минут, потом еще десять. Куда же запропастилась Кили?

Наконец дверь медленно открылась, и Ричард широко улыбнулся, думая, что сейчас увидит жену. Однако порог кабинета переступил удрученный дворецкий.

– Где моя жена, Дженнингз?

– Ее нигде нет, милорд.

Ричард насторожился. Герцог Ладлоу и дядя Хэл тоже встревожились.

– Что вы хотите этим сказать? – сурово спросил Ричард.

– Миледи нет в спальне, – взволнованно сообщил Дженнингз. – Я искал ее в саду, но там ее тоже нет.

– Спросите Мэй и Джун, не отправилась ли Кили вместе со своими кузенами на конюшню, – приказал Ричард.

– Они не видели миледи с тех пор, как та отправилась на свою обычную прогулку по саду после обеда, – сказал дворецкий. – Джун утверждает, что Одо, Хью и юный маркиз выехали куда-то верхом из усадьбы несколько часов назад. Но леди Кили с ними не было.

Ричард направился к двери.

– Я должен найти ее, – сказал он.

Герцог Ладлоу и дядя Хэл бросились к графу и остановили его на полпути.

– Вам нельзя бежать из-под домашнего ареста. Это неблагоразумно, – предостерег зятя герцог Ладлоу.

– Если стражники убьют тебя, – добавил дядя Хэл, пытаясь разрядить атмосферу, – твоя мать всю душу из меня вынет.

– Моя беременная жена бесследно исчезла, – промолвил Ричард, пытаясь вырваться из рук Роберта и Хэла, вцепившихся в него.

Внезапно их внимание привлекли громкие взволнованные голоса и торопливые шаги, доносившиеся из-за двери. Дженнингз хотел узнать, что происходит, и в этот момент в кабинет ворвались леди Дон, Моргана и Роджер.

– Слава Богу, что вы еще здесь! – воскликнула леди Дон.

– Чесси, что случилось? – встревоженно спросил герцог.

– Это я во всем виновата, папа, – промолвила Моргана и, зарыдав, бросилась в объятия отца.

– Да расскажите же мне наконец, в чем дело! – потребовал герцог.

Моргана молча показала ему свою шею. Мужчины пришли в ужас, увидев синяки и кровоподтеки на нежной коже девушки.

– Уиллис Смайт пытался задушить мою милую девочку, – сообщила им леди Дон.

Ричард с изумлением взглянул на герцогиню. Леди Дон назвала Моргану милой девочкой – значит, произошло действительно нечто из ряда вон выходящее.

– Я спас леди Моргане жизнь, – с гордостью заявил стоявший около двери Роджер.

– Теперь ты в полной безопасности, дитя мое, – сказал герцог, прижимая дочь к своей груди. – Я своими руками убью Смайта, как только найду его.

– Возможно, именно Смайт убил леди Джейн, – высказал предположение дядя Хэл.

Ричард изумленно уставился на отчима. Он не мог поверить, что его лучший друг превратился в настоящего монстра, способного удушить беззащитную женщину. Моргана, должно быть, довела Уиллиса до белого каления. Ее свидетельство так же мало доказывало вину Смайта, как лежавший на месте преступления кинжал причастность к убийству самого графа.