Бегство из Эдема - Патриция Гэфни

– Куда нам идти, мама?

Сара пробежала глазами список прибывающих и отправляющихся поездов, выписанный желтым мелом на длинной черной грифельной доске.

– Я его не вижу, – пробормотала она, нервно покусывая губы. – Его здесь нет.

Она повернулась, окидывая взглядом похожее на огромную пещеру здание вокзала в поисках справочного бюро. Только два кассовых окошка были открыты, а расположившиеся на полированных деревянных скамьях пассажиры явно принадлежали к числу припозднившихся на работе жителей пригорода, ожидающих ближайшего поезда на Йонкерс, Уайт-Плейнз или Нью-Рошель.

Гулкое помещение было плохо освещено, казалось, в воздухе стоит чад. Пахло скверным кофе, дезинфекцией и еще чем-то странным – перегоревшими электрическими пробками. Попытки украсить зал ожидания рождественской зеленью выглядели убого и окончились полным провалом: уж слишком он был огромен.

Сара обнаружила справочный киоск под громадными часами на другом конце зала и указала на него.

– Мы спросим вот у этого господина.

Даже нагруженный своей подковообразной аркой, Майкл опередил ее. Топот его шагов гулко отдавался на истертом мраморном полу. Но когда он добрался до киоска, у него вылетело из головы, о чем нужно спрашивать.

– Как нам найти поезд, отправляющийся прямо сейчас на Сан-Франциско? – спросила Сара.

Лысый клерк в полосатой рубашке с красным галстуком-бабочкой улыбнулся с возмутившим ее спокойствием.

– Такого нет.

– Должен быть!

– Нет. Есть один на Ньюарк, Филадельфию, Питтсбург, Толедо и Чикаго. Отходит через пару минут.

– Нет…

– Есть еще один – отходит через двенадцать минут на Атланту через Вашингтон, Роноук и Эшвилл. Один только что ушел на Бостон через Хартфорд…

– Чикаго! – лихорадочно догадалась Сара. – Он, наверное, сделает там пересадку. Есть еще поезда в западном направлении, отправляющиеся прямо сейчас?

– Что ж, давайте посмотрим.

Он сдвинул зеленый козырек повыше на лысой голове и задумался. Сара в нетерпении стиснула руки, а Майкл с досады повернулся волчком.

– Есть у нас прямой до Сент-Луиса, следует без остановки, отправляется… – клерк прищурился на вокзальные часы у себя над головой, – через четыре с половиной минуты. Девятый путь.

– Сент-Луис, – вздохнула она.

– Который из них, мам? Который? Скорее!

– С какого пути отправляется поезд на Чикаго? – спросила она.

– Номер четыре, – безмятежно ответил клерк, указывая куда-то за ее плечом.

Четвертый путь был не так уж далеко.

– Нам туда, – решительно сказала Сара Майклу. Она не могла ошибиться. Не должна была. Не имела права.

– Вы не успеете, поезд сейчас отходит! – крикнул клерк им вдогонку.

Они бросились бежать.

– Ваши билеты?

Они остановились у турникета, ведущего на открытую платформу к четвертому пути.

– Нам надо попрощаться с одним из пассажиров, – поспешно объяснила Сара.

– Все уже на своих местах, поезд отправляется, мэм, – сказал контролер.

– Прошу вас! – воскликнула она. Майкл готов был расплакаться.

– Ну что ж, проходите, но поезд сейчас отходит.

Они выбежали на продуваемую ветром заснеженную платформу.

– Смотри в окна, – посоветовала Сара. Мать и сын двинулись вперед, вдоль темного, обшитого стальными листами поезда, заглядывая в высокие окна. В хвосте поезда располагались багажные и спальные вагоны, их окна были затянуты шторами. Майкл поставил арку на перрон и побежал вперед, Сара по мере сил поспешала за ним на своих высоких каблуках. Где-то далеко впереди послышался крик:

– Все по местам!

Раздался свисток.

– Алекс! – закричал Майкл, подпрыгивая и указывая на окно одного из вагонов. – Алекс! Эй! Эй!

Он повернулся к Саре, когда она, запыхавшись, догнала его.

– Он меня не видит!

– О, боже.

Она поднялась на цыпочки и постучала костяшками пальцев по стеклу, но в вагоне было слишком шумно: Алекс ее не услышал.

– Алекс! – крикнули они хором вместе с Майклом. Он сидел, отвернувшись от окна, и смотрел в другую сторону. Наконец женщина, сидевшая позади, хлопнула его по плечу и что-то сказала, указывая на перрон. Алекс обернулся… и увидел их улыбающиеся лица. Его собственное лицо засветилось радостью, а Сара не удержалась от слез.