Домашний фронт - Кристин Ханна

Не выпуская ее руки, Майкл прошел в гостиную, где уже ждала Мила с девочками. Мила и Бетси держали в руках кастрюльки.

«Я сама должна была его приготовить, — подумала Джолин. — Соус из семи ингредиентов. Тэми его так любила».

Она споткнулась и едва не упала, но Майкл подхватил ее. Они вышли из дома и пересекли двор. Начинало темнеть. Стоял холодный ноябрьский вечер, скоро на столбах забора и зеленой траве появится иней.

Майкл открыл калитку. Миновав пригорок, они оказались на гравийной дорожке, ведущей к дому Флиннов. Перед домом с ярко освещенными окнами стояли несколько десятков машин.

Люблю вечеринки.

Джолин слышала голос Тэми, ее гортанный смех… или это ветер шумит в кронах кедров?

Сет встретил их и провел в дом; он выглядел потерянным и словно застывшим, как и Джолин. Она заметила торчащий у него из кармана конверт и вспомнила об адресованном ей прощальном письме Тэми, которое лежало на прикроватной тумбочке, по-прежнему не открытое. На шее Сета висел солдатский медальон матери.

— Останься с мамой, — сказал Майкл Бетси, а сам с Милой стал пробираться через толпу на кухню, чтобы поставить еду.

— Вот уж повезло, — пробормотала Бетси.

Джолин ее не слышала. Она осталась у двери. До нее доносились разговоры, смех, но смысла она не понимала. Здесь должна быть Тэми. Ведь это ее дом…

Маленький передвижной дом полон людей, все поверхности в кухне и гостиной заставлены едой. Здесь почти все ее товарищи из Национальной гвардии. О боже, и родители Смитти тоже… Их лица изменились, словно сморщились от горя, которое нарушает кровообращение и натягивает кожу. Что она им скажет? Что они скажут ей?

К мольберту в центре комнаты была прикреплена увеличенная фотография Тэми в полевой форме; она широко улыбалась и махала рукой тем, кто остался дома. Джолин сделала этот снимок всего за несколько недель до катастрофы… Улыбнись по-настоящему, Тэм, давай…

Джолин закрыла глаза, пытаясь отогнать воспоминания. Сосчитай до десяти. Дыши. Нужно поговорить с родителями Смитти, сказать, как она сожалеет об их утрате и каким храбрым был их сын. Он не страдал. Хотят ли они услышать это? Или сказать им о том, что он был смелым, веселым и чутким?

За ее спиной громко хлопнула дверь. Бам! В мгновение ока Джолин вновь оказалась в Баладе, на авиабазе, во время обстрела. Снаряд с жужжанием пронесся у нее над головой. Она крикнула Тэми, чтобы та бежала в укрытие, а сама бросилась на пол.

От сильного удара у нее перехватило дыхание и закружилась голова.

Открыв глаза, Джолин увидела белое пятно линолеума и лес ног. Это не армейские ботинки… и не песок. Запаха дыма и взрывчатки тоже нет.

Сгорая от стыда, она поняла, что лежит на полу в доме Тэми.

Родные, друзья и солдаты ее подразделения окружили ее. В руках стаканы с пивом, улыбки погасли, в глазах тревога. Они что-то говорили. Ей или друг другу? Она ничего не могла понять: голоса слились в неразличимый гул, похожий на звук мотопилы. Майкл был в кухне, стоял рядом с Карлом. Из старых динамиков в дальней комнате лилась песня «Без ума от тебя».

— О боже! — крикнула Бетси, пятясь от Джолин. — Что с тобой?

Джолин видела ужас и унижение дочери.

— Прости, Бетси, — прошептала она, медленно поднимаясь с пола. Она вся дрожала и не могла дышать. Ловя на себе взгляды друзей, Джолин знала, о чем все думают: она покалечена, сломлена, безумна.

Хромая, Джолин добралась до входной двери и вышла в ночь.

— Джолин, подожди! — крикнул Майкл.

Она захлопнула за собой дверь и пошла по гравийной дорожке, затем по газону, разделявшему их участки.

Майкл догнал ее почти у самого их дома. Взял за руку, попытался остановить.

Она оттолкнула его.

— Оставь меня.

— Джолин…

— Молчи, — прошипела Джолин. Самообладание покидало ее. Она не владела собой. — Оставь меня.

— Джолин, я тебе помогу.

Не реагируя на его слова, она вошла в дом и доковыляла до спальни. Повернувшись, чтобы захлопнуть дверь, она сделала неудачное движение, так что вес тела пришелся на свежие мозоли. Внезапно ее накрыла волна ярости. Ей захотелось снять протез — она больше не могла его видеть. Прислонившись к комоду, Джолин отстегнула искусственную ногу и с силой швырнула через всю комнату. Уродливая пластмассовая нога попала в вазу, которую Мила подарила им на прошлое Рождество, и сине-белый китайский фарфор разлетелся на множество осколков.

Джолин истерически рассмеялась, она смеялась и не могла остановиться. Смотри, Тэми, — ноги нет!

Ей хотелось опуститься на колени, но и этого она не могла. Еще одно недоступное ей теперь действие. Все, что она может, — это стоять, покачиваясь на одной ноге, словно цапля.

Эта мысль вызвала новый приступ смеха. Внезапно Джолин поняла, что ей нужно в туалет, но инвалидное кресло далеко, протез валяется в другом конце комнаты, а костыли остались в прихожей.

Выругавшись, она неловко поскакала на одной ноге, хватаясь за мебель. В ванной она увидела свое отражение в зеркале и отвела взгляд. Дрожащими руками расстегнула джинсы и спустила до щиколоток. И слишком поздно поняла, что до унитаза еще далеко.

Пытаясь подвинуться, Джолин подпрыгнула, наступила на спущенную штанину и потеряла равновесие. Нога у нее подвернулась. Падая набок, она ухватилась за вешалку для полотенец. Вешалка сорвалась со стены, и Джолин рухнула на пол, с силой ударившись плечом о край раковины и вскрикнув от боли.

Секунду она лежала неподвижно, оглушенная болью в плече и ноге, потом закричала от унижения и отчаяния.

Дверь в ванную распахнулась.

— Джолин?

— Уходи.

Майкл опустился перед ней на колени, коснулся щеки.

— Детка… — тихо сказал он голосом, который Джолин так любила, до сих пор любила, и от этого голоса она почувствовала себя невыносимо одинокой и потерянной. — Как ты?

— А ты как думаешь?

— Детка… — повторил Майкл.

И Джолин вдруг обнаружила, что плачет. Всхлипывает. Она попыталась остановиться, сдержать эти ненужные слезы, быть сильной.

Майкл обнял ее, прижал к себе и стал гладить по голове.

Остановиться она уже не могла. Рыдания сотрясали все ее тело, и она обмякла, как тряпичная кукла; из носа текло, дыхание перехватило. Сначала она оплакивала Тэми, потом все свои потери, начиная с родителей и даже раньше — с семьи, о которой она так мечтала ребенком и которой у нее не было. Она оплакивала Смитти и свою лучшую подругу, крах своей карьеры, потерю ноги, свой рухнувший брак.

Наконец Джолин сумела взять себя в руки. Слегка отстранившись, она увидела, что Майкл тоже плачет.