Играй жестко - Мишель Геркулес

В этом и заключался план Алекса — рассказать всему миру о существовании моего брата. Теперь я понимаю, почему он не хотел говорить мне. Я бы боялась причинить Кори боль, но… глядя на счастье на его лице, я, возможно, слишком его опекала.

— На что ты смотришь? — не успела мама задать этот вопрос, как ее телефон начал безостановочно пиликать.

Она проверяет сообщения и бледнеет, как привидение. Наблюдать за тем, как она сходит с ума от того, что ее маленький грязный секрет раскрыт, — самая приятная сцена, которую я наблюдала за последние годы.

— Теперь ты больше не сможешь его скрывать, — говорю я. — Удачи тебе в объяснении того, почему ты все эти годы держала его существование в секрете.

Ее ноздри раздуваются, а на лбу проступает вена.

— Надеюсь, ты готова к последствиям своих действий.

— Что? Вы собираетесь отречься меня? Валяйте. И не надо угрожать, что не заплатите за мое обучение. Я знаю, что вы уже заплатили за мое полное обучение.

— Ты получишь свой диплом, девочка. Но, насколько я понимаю, ты для меня умерла, — возражает отец. — А теперь убирайся из моего дома!

Я жду, когда придет боль, но не чувствую ничего, кроме облегчения. В глубине души я всегда знала, что никогда не имела значения для своих родителей. Я просто пешка.

— С радостью. Я только заберу свое платье и навсегда исчезну из вашей жизни.

Я дергаю Алекса за руку, призывая его последовать моему примеру и выйти из гостиной. Но он стоит, застыв, как глыба, и смотрит на моего отца.

— Давай, детка. Давай уйдем отсюда, — говорю я.

Он наконец позволяет мне увести себя, и мне становится легче дышать. Не хотелось бы, чтобы Алекс попал в тюрьму за то, что ударил моего отца по лицу.

В фойе мы встречаем одну из горничных, в руках у нее пакет с одеждой.

— Ваш брат просил передать вам это, мисс Вествуд.

Райдер. Благословите его сердце.

— Спасибо.

Алекс берет пакет и говорит:

— Давай убираться нахрен отсюда.

ГЛАВА 61

БЛЭР

Алекс почти не говорит ни слова по дороге ко мне домой, и я не могу сказать, что это меня не беспокоит. В нем кипит злость, и она накатывает волнами. Его челюсть остается крепко сжатой, а то, как он сжимает руль, заставляет меня думать, что он представляет себе шею моего отца.

Он останавливается перед моим домом, и я спрашиваю:

— Ты не поднимешься?

Его губы подернулись легкой улыбкой.

— Лучше не надо. Я знаю, что тебе нужно собираться, и если я поднимусь, то снова уложу тебя на спину.

Его слова заставляют мое тело ожить, и дрожь желания распространяется по моим конечностям, концентрируясь между ног.

— Зачем ты это сказал? Теперь я буду думать об этом, и это будет пыткой.

— Ну… я могу подняться, но если мы опоздаем, это сделает нас хреновыми друзьями.

Я вздохнула, смирившись.

— Я знаю. Думаю, тогда мне придется воспользоваться одной из моих игрушек.

Он действительно рычит.

— Не говори так.

— Ты ревнуешь меня к моим секс-игрушкам?

— Нет, — отвечает он хрипловатым голосом. — Но теперь я буду думать о том, как ты их используешь, и…. — он проводит рукой по волосам. — Тебе нужно выйти из машины, малышка.

Я смеюсь.

— Ты выгоняешь меня без поцелуя?

— Да, — он сужает глаза. — Если я тебя поцелую, то игра окончена. Уходи. Пока я не сказал, что к черту своевременное прибытие на свадьбу.

— Ладно, ладно, — я открываю дверь, но прежде чем выскользнуть из машины, наклоняюсь к нему и быстро целую его в щеку. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Я вернусь через полчаса. Этого времени достаточно, чтобы ты успела подготовиться?

— Да.

Он не сводит с меня голодного взгляда, пока я не закрываю дверь, и не уезжает, пока я не окажусь внутри здания. Только когда я поднимаюсь на лифте в свою квартиру, меня осеняет: я только что рассталась с родителями, да еще в свой двадцать первый день рождения. Я объявила о своей независимости и начинаю волноваться.

Нет, Блэр. Не надо паниковать. Все будет хорошо.

Глубоко вздохнув, я пытаюсь успокоиться. Оказавшись в своей квартире, я проверяю сообщения на телефоне и замечаю, что групповой чат подружек невесты был очень активен в течение последнего часа. Разговор легкий, наполненный радостной энергией. Я начинаю успокаиваться. У меня нет причин для беспокойства. У меня есть любовь самого замечательного мужчины на свете и сплоченная группа подруг, которые меня поддерживают.

Но есть одна вещь, которую я должна исправить. Я не могу быть с Алексом в мире, пока его отец все еще ненавидит меня. Я должна найти способ переубедить его, но пока не знаю, как.

Но сначала о главном. У меня есть обязанности подружки невесты. Я иду в свою комнату и собираю сумку с вещами, которые мне понадобятся. В отеле есть визажист и парикмахер, так что мне не нужно беспокоиться о них.

Я быстро принимаю душ, чтобы избавиться от дурного сглаза моих родителей, и одеваюсь в бархатный спортивный костюм, который Райли купила на заказ для всех своих подружек невесты. Он розовый, мягкий и удобный. У меня в запасе десять минут, прежде чем Алекс заберет меня. Чтобы убить время, я беру свою книгу "БДСМ для начинающих" и открываю ее на странице, заложенной в закладки.

Вчера вечером мы не поиграли, и я надеюсь, что Алекс позволит мне быть главной сегодня.

АЛЕКС

Блэр выглядит так прекрасно, что мне трудно оторвать от нее взгляд. Я чуть было не спросил Джиа, не будет ли она против, если она пойдет с Шоном, чтобы я мог повести Блэр к алтарю, но решил, что не стоит навлекать на себя гнев Зоуи. Она серьезно относится к своей роли подружки невесты, и я почти не узнаю ее. Как такая милая девушка могла превратиться в сержанта?

Мы исполнили наш танцевальный номер, произнесли речи, разрезали свадебный торт, и теперь я могу наконец расслабиться и насладиться своей малышкой. Я откидываюсь назад, закидывая руку на стул Блэр, и смотрю, как она ест кусок торта.

— Что? — спрашивает она, проглотив огромный кусок.

Я ухмыляюсь.

— Ничего.

— Разве ты не собираешься съесть свой торт?

— Собираюсь. Я занят, смотря как ты ешь свой.