Ускользающее пламя - Кэтлин Вудивисс

Преступники бродили по комнатам верхнего этажа, заглядывая в каждую нишу, пока внезапно не услышали снизу слабый, мелодичный крик. Опасливо спустившись по лестнице, они обошли обломки разбитой вазы. Один из них все же вонзился в подошву ботинка Радда, и тому пришлось вынимать его.

Свет был погашен во всех комнатах. Внезапно как из-под земли перед злоумышленниками появилось нечто белое, с размытыми очертаниями, и бросилось к ним с пронзительным криком. С дикими воплями они разбежались. На этот раз от нападения Серинис пострадал Радд. Пока он с Алистером вел поиски на верхнем этаже, Серинис разыскала моток крепкой веревки, тяжелый железный чайник и мешок муки. Набросив на чайник, наполненный мукой, простыню, она привязала к ручке веревку, а второй конец закрепила на одной из балясин. Затем, отступив подальше в тень под лестницей, зажала в руке конец второй веревки, обвязанной вокруг чайника и позволяющей раскачать его, и затаилась, словно паук, поджидающий муху. Чайник с мукой был настолько тяжелым, что сбил с ног налетевшего на него поверенного. Не удержав равновесия, Радд покатился по полу, усыпанному осколками, и наконец затих, ошеломленно уставившись на раскачивающееся словно маятник белое привидение.

— Ты жив? — крикнул Алистер, всерьез сомневаясь в этом, ибо поверенный смотрел перед собой застывшим взглядом и, похоже, перестал дышать.

Возможно, все эти годы его компаньон страдал болезнью сердца, и потому при виде привидения оно не выдержало. Приблизившись, Алистер грубовато постучал кулаком по выпуклой груди Радда, пытаясь добиться от него хоть какого-то ответа, и наконец Радд со свистом втянул воздух в легкие.

— Кто меня ударил? — еле выдохнул он.

— Привидение, — ироническим тоном известил его Алистер. — Дело рук Серинис.

Радд судорожно сглотнул, пошевелился и понял, что на его затылке, в том месте, которым он ударился об пол, стремительно растет громадная шишка. Но это было еще не все. Что-то острое впилось в его спину и пониже спины. Радду пришлось повернуться и попросить Алистера о небольшом одолжении — извлечь из его тела осколки фарфора.

— Напрасно ты выгнал ее из теткиного дома, — произнес поверенный с таким видом, словно его до сих пор мучили угрызения совести. — Теперь она ни за что не простит нас.

— У меня гораздо больше причин мстить ей, — проворчал Алистер, вглядываясь в темноту под лестницей. Приподняв фонарь над правым плечом, он прищурился, уверенный, что уловил какое-то движение. — Где ты прячешься, Серинис?

Бронзовая подставка для книг просвистела в воздухе, словно летучая мышь из преисподней. Она ударилась о лампу, разбила стекло, и горячий керосин попал на Алистера. Его одежда мгновенно вспыхнула, Алистер заорал нечеловеческим голосом. Радд опомнился, схватил сообщника за руку и, протащив его через весь холл к входной двери, вытолкнул наружу, под проливной дождь. От боли Алистер приплясывал, сгибаясь в три погибели, и вопил не переставая. Ливень вскоре потушил пламя, но к тому времени Алистер уже здорово обгорел. Вернувшись в дом, преступники в изнеможении повалились на пол.

Вокруг было тихо. Дом казался совершенно безлюдным, в углах застыли зловещие тени. Единственный уцелевший фонарь Радда отбрасывал на пол крохотное пятно тусклого света.

— Неужели я еще жив? — наконец прохрипел Алистер.

— Зато рана перестала кровоточить, — обрадовал его поверенный.

Алистер возмущенно фыркнул:

— Да я вообще забыл, что у меня есть уши!

Радд подполз поближе и обнаружил, что одежда на худосочном торсе Алистера почти полностью обуглилась. Сквозь большие прорехи проглядывала обожженная, вздувшаяся пузырями кожа. Опаленные волосы висели клочьями, брови начисто сгорели. Это ужасающее зрелище вызвало у поверенного брезгливую гримасу. Он осторожно перетащил Алистера на скамью, стоящую в холле.

— Уверен, что хочешь продолжать поиски?

— Найди какую-нибудь тряпку и перевяжи меня! — рявкнул Алистер.

— Но капитан может вернуться с минуты на минуту, — напомнил Радд.

— Наверняка он переждет на корабле, пока не кончится дождь.

— Дождь затянется надолго. Давай-ка убираться отсюда, пока мы живы.

— Ну уж нет! Я убью эту суку, даже если поплачусь за это жизнью!

— Она наверняка перехитрит нас, — печально заметил Радд.

— Никогда!

— Ладно, я поищу какой-нибудь мази от ожогов. — Поверенный, поднявшись на дрожащих ногах, осторожно направился к кухне, оставляя за собой мокрый след.

В кухне он поднял лампу повыше, огляделся и двинулся к кладовой. Зная, что обычно целебные мази держат в кухне, там, где всегда присутствует опасность обжечься, Радд надеялся найти какое-нибудь подходящее снадобье. Но первым делом он подкрался к двери кладовой и прислушался, желая убедиться, что оба пленника по-прежнему без сознания и не нападут на него.

По пути через столовую внимание Радда привлек странный шорох. Испуганно обернувшись, он увидел Серинис с чугунной кочергой, вскинутой над головой. Он попытался защититься, поднял руку, но опоздал. Отчаянный вопль Радда оборвался: кочерга обрушилась ему на голову. Он упал на колени, но не выпустил фонарь и хотел ухватиться за юбку Серинис. Кочерга взметнулась и опустилась еще раз. После третьего удара перед глазами Радда все померкло.

— Радд! — завопил в панике Алистер, услышавший шум. Серинис положила кочергу рядом с неподвижным телом поверенного и взяла фонарь. Неторопливо шагая через гостиную, она наблюдала, как перед ней движутся полосы света.

— Я думал, с тобой что-то случилось, — сказал Алистер, переводя дыхание. — Я услышал твой крик. — Ответом ему было молчание, и Алистер в тревоге завопил: — Радд! Это ты, Радд? Почему ты не отвечаешь?

— Боюсь, он не может ответить, Алистер, — отозвалась Серинис, появляясь в холле подобно призраку.

Алистер ахнул и пошатнулся.

— Что ты сделала с ним?

Сдержанно улыбнувшись, она поставила фонарь на стол.

— Избавила от земных страданий.

— Ты убила его?!

Разглядеть выражение обезображенного лица Алистера ей не удалось, но в его голосе явственно звучало недоверие.

— Может быть.

— Но как ты могла… — начал Алистер и вдруг вспомнил все, что случилось сегодня. Им овладел страх, от которого волосы встали дыбом. — Не подходи ко мне!

— В чем дело, Алистер? Чем я так испугала тебя? Ведь ты уже поклялся превратить мою жизнь в пытку!

На покрытом копотью лице Алистера глаза казались огромными, с потрескавшихся губ слетел вопль:

— Ведьма!

Собственное самообладание изумляло Серинис. Она встретила опасность не дрогнув, а ей всегда казалось, что в рискованной ситуации она растеряется и не сможет помочь ни себе, ни кому-нибудь другому.

— Как можно не замечать бревна в собственном глазу, Алистер? — Она сухо усмехнулась, вглядываясь в закопченное лицо врага. Сунув руки в карманы, она нащупала рукоятку пистолета. — Впрочем, ты и без того наказан. Так ты не хочешь последовать совету Радда и убраться отсюда?