Жених для няни - Галлея Сандер-Лин

— Откуда вы всё это знаете?!

— Ангелина-Ангелина. Я терпеливый, умею ждать и получать необходимую информацию, тем более если это касается юридических кругов. А ещё. — он понизил голос. — Я не привык отпускать то, что должно принадлежать мне!

Его пристальный взгляд пронзал меня насквозь, и я поняла, о каком дяденьке говорила Дарина.

— Почему я? Неужели вокруг мало женщин, желающих видеть вас своим мужем?!

— Предостаточно! Но именно вы похожи на мою бывшую жену. И именно в вас увидела свою мать Анфиса.

Тогда всё понятно. Но это не даёт им обоим право влезать в мою жизнь!

— Да, бывают подобные внешние сходства, но я не она! — сказала как можно твёрже.

— Ангелина, пожалуйста, стань моей мамой! — ринулась в атаку Анфиса, которая до этого внимательно следила за нашим разговором. — Я больше не буду баловаться и делать плохие вещи и извинюсь перед тем дядей, которого тогда облила. Пожа-а-алуйста!

Ясно-понятно, у них с отцом заговор. Мне было искренне жаль этого ребёнка, который так хотел иметь маму, что практически бросался на почти незнакомую тётеньку, лишь бы та приголубила и подарила немного тепла. Я не знала, что случилось с женой Глеба. Умерла ли? Тогда он вдовец. Изменила ли? Тогда разведён. Сменил место жительства и переехал, дабы уберечь себя и дочь от неприятных воспоминаний на старом месте? Или просто оставил жене жилплощадь и нашёл себе новую квартиру? Почему тогда ребёнка забрал? Как мать согласилась отдать? Или он даже он спрашивал? Если она вообще жива. Г осподи, сколько вопросов, я ведь о нём почти ничего не знаю.

— Вы ведь не думаете, что я соглашусь на ваше предложение? — я еле сдерживалась и почти готова была сказать грубость. — Если, конечно, этот почти шантаж можно так назвать…

— Шантаж. Какое правильное слово ты подобрала! — он резко перешёл на «ты». — У тебя ведь действительно нет выбора. Ты же не хочешь, чтобы Дарину увезли в столицу? Или ещё куда-нибудь. Поверь, пара, которая искала приёмного ребёнка и которой я посоветовал твою сестру, достаточно влиятельна, чтобы в два счёта получить разрешение на удочерение. А если не эта пара, то мне не составит труда подобрать другую. У меня немало клиентов, знаешь ли, а полезных связей ещё больше. Девочку тебе не отдадут.

— Мне всего лишь надо удачно выйти замуж, тогда мы с мужем без проблем заберём сестру!

— заявила я храбро.

— Ангелина, ты действительно настолько наивна? — на его лице мелькнула жалость. — Неужели надеешься, что Зарецкие дадут согласие на ваш с Дмитрием брак, да ещё и позволят сыну взять детдомовского приёмыша?! — теперь он почти смеялся. — Их наследничек только-только очухался, они с него пылинки сдувают. Кстати, ты в курсе, что приёмный ребёнок получает право на наследство (грубо говоря, имущество) удочерителей наравне с их законными детьми? Считаешь, Зарецкие станут рисковать состоянием и позволят делиться им с кем попало? Не факт, что они тебя саму приняли бы в семью, а уж теперь, с таким балластом.

Я говорила себе, что это чушь, что Глеб просто меня уговаривает, но червячок сомнения грыз и вонзался в душу сильней и сильней. Собственно, всё, что сказал Коновальский, могло быть правдой. Это мне Дарина родная, а Зарецким она никто, впрочем, как и я. Они пока не вмешивались в наши с Димой отношения, даже, вроде бы, были не против, но люди часто меняют своё мнение, когда дело касается юридических вопросов и оформления бумаг.

— Если выйдешь за меня, я предложу клиентам другие варианты удочерения, а мы с тобой станем счастливыми родителями двух дочерей, — продолжал Глеб, будто не понимая, что каждым словом режет меня без ножа. — Анфиса наконец-то перестанет плакать по вечерам и оглядываться на каждую светловолосую женщину, надеясь увидеть в ней маму. Но сделаю акцент, что фиктивный брак — не мой вариант. Как уже сказал, мне нужна жена, которая будет согревать мою остывшую постель. Я ведь тоже истосковался по ласке и теплу.

«По кулаку в лицо ты истосковался!» — готова была выкрикнуть я и только чудом не перешла от мыслей к действиям.

— Знаете, Глеб, я была о вас лучшего мнения. — сказала как можно презрительнее. — Продолжаете спекулировать ребёнком, и своим, и моим. У вас совесть вообще есть?

— Совесть для юриста слишком большая роскошь…

— Папа, Ангелина не хочет быть моей мамой, да? — рука Анфисы, вцепившаяся в мою юбку, задрожала, личико скривилось, из глаз полились слёзы. — Я тебе совсем-совсем не нравлюсь? — теперь она обратилась ко мне, а слёз прибавилось.

Господи, спасите кто-нибудь мои нервы, умоляю! Плачущий ребёнок — это выше моих сил. Как же я от всего этого устала!

— Ангелина Павловна, не хотел вас прерывать, — вмешался в разговор Ибрагимов, приближение которого я даже не заметила, — но вам звонят по работе, — он протянул мне смартфон. — Это очень срочно.

Я удивлённо взяла телефон. Коновальский смерил Рустама недовольным взглядом, буркнул, что времени на размышление у меня почти нет и, с трудом отодрав от моей юбки рыдающую дочь, удалился, обещая свозить её в развлекательный центр. Автоматически поднеся аппарат к уху и наткнувшись на абсолютную тишину, поняла, что мне никто не звонил, Рустамчик просто нашёл повод оттащить меня от Глеба.

— Спасибо, — я попыталась выдавить улыбку, но у меня плохо получилось.

Так, теперь шутки действительно кончились. Если за всем стоит Глеб, мне нужно срочно принимать решение.

— Ангелина, я не хотел подслушивать, но так уж вышло. — пробормотал Ибрагимов. — Надеюсь, ты не поддашься на его шантаж? Возможно, Димону пока действительно не до свадьбы, и так еле выкарабкался, но время-то не ждёт, да ещё и этот хмырь рядом околачивается.

— Не ждёт, ещё как не ждёт. — вздохнула я обречённо.

— Тогда. Ты сама сегодня говорила, что помимо прочего рассматривала даже вариант фиктивного брака. Так, может. я сгожусь в качестве фиктивного мужа? — огорошил Рустам.