Его Луна, или Планета мечты - Янина Наперсток

— Ой, чья бы корова мычала! — ухмыльнулся Рэд, с явным нежеланием отрываясь от Селены, поднимаясь со снега и подавая девушке руку. — А кто там в медблоке среди бела дня запирался?

— В лазарете есть камеры? — обескураженно ответил вопросом на вопрос парень, вдруг начиная заливаться краской.

— Естественно! — победно заявил Рэд. — Это же лазарет!

И, подождав пока брат станет совсем пунцовым, снисходительно добавил:

— Не волнуйся, я их сразу выключил!

— Ребят, всё в порядке, да? — крикнула добравшаяся до края уступа Рейвен, в непонимании переводя глаза с мужа на смеющихся Джарэда и Селену.

Ник наконец тоже расхохотался и, подняв глаза, ответил за всех:

— Всё относительно, фея! В жизни всегда всё относительно!

— Эх, сейчас бы горячего чайку, — томно проговорила Селена.

— Ну так, может, уже будем вылетать? — уточнил у всех Рэд. — По сути, наш отпуск еще только-только начинается.

— Как вылетать?! — неожиданно бойко встрепенулась Рейвен. — Мне Ник еще обещал помочь слепить снеговика!

Младший Леграсс тоскливо-просительно посмотрел на брата и его невесту.

— Конечно, все поможем, — сразу забыв о чае, ответила Селена. — Мы же команда!

Пока Ник с Рейвен сооружали туловище и голову, Рэд с Селеной мучительно накатывали нижний ком. Оказалось, что это вам не снежки! Попробуй насобирай столько, когда всё плато засыпано-то всего сантиметра на три! Но в итоге тело было сооружено, в качестве рук примостили по два снежка с каждой стороны, а Ник сбегал на яхту и вернулся с двумя ведерками от продуктов, морковкой для носа и парой крупных ягод голубики для глаз.

— А зачем второе ведро? — недопоняла Рейвен.

— Ну, обычно дома мы ставили ему в руку какую-нибудь палку типа посоха, — пояснил Ник, — а здесь это лучшее из того, что я нашел. Может, он за снегом идет.

— И мы, вообще-то, пластиком планету замусориваем, — с сомнением вставила Рейвен.

— Не волнуйся, это продуктовый, саморазлагаемый, — успокоил ее капитан. — Ну что, программа-минимум выполнена? Можем лететь дальше?

Все дружно закивали и двинулись к яхте. В последний момент Ник как будто о чем-то вспомнил и, попросив Рэда дождаться его на трапе, бросился назад.

…Уже пару часами позже, когда яхта начала взлет и все пристегнулись в кабине, снеговая картина Рейвен стала видна полностью. Селена от восхищения приоткрыла рот, а Рэд присвистнул и сделал несколько кругов на небольшой высоте, чтобы разглядеть шедевр получше. На снегу была вычерчена гигантская еловая ветка, украшенная шарами, шишками и гирляндой из свечей.

— Ну-ка, ну-ка! — внезапно вскрикнула Селена. — Сделай-ка снимки нашего снеговичка!

Рэд произвел какие-то манипуляции.

— И?..

— И выведи крупно его на экран!

С творением всё было в порядке. Только один из снежных шаров, символизирующих руку, превратился в совершенно явный кулак, откуда второй морковкой торчал «средний палец». Вся компания грохнула хохотом, обернувшись на Ника, который с улыбкой «я не я, и морковка не моя» разглядывал заклепки на потолке.

— Ну и для кого здесь это послание? — сквозь смех поинтересовался капитан.

— Да так, для профилактики. Если те пираты всё-таки станут нас разыскивать…

Глава 38

Вечер на «Виктории» выдался на редкость безмятежным и домашним. Росс-128-Би как будто переключил тумблер в сознании Селены, и всё, что было ранее, стало восприниматься как далекое и несущественное. Какой-то игровой квест или вообще сон. Яхта на автопилоте четко держала курс на Валинор. Рэд уединился в каюте и работал. Ник притащил терминал на кухонный стол и, хрустя на всю гостиную яблоком, что-то там самозабвенно печатал. Девчонки расположились на диване, каждая в своем, уже ставшем для всех привычным «амплуа»: Селена — погрузившись в чтение, а Рейвен — делая новые наброски.

— Сел, ты могла бы на минутку приподнять голову и глянуть вон… в сторону пальм? Да, вот так хорошо! Спасибо!

— Ты меня, что ли, рисуешь?!

— И тебя тоже, — розовея, проговорила Рейвен.

Селена сменила лежачее положение на сидячее и попыталась заглянуть в альбом. Подруга, смеясь, прикрыла эскиз рукой.

— Погоди, а то будет неинтересно!

— Ну ла-адно, — слегка разочарованно протянула Селена, но, выждав всего несколько минут, спросила: — Рейв, а почему ты так часто смущаешься? Я ведь задала совершенно банальный вопрос? В нем не было ничего провокационного?

Рейвен теперь уже действительно покраснела и едва слышно ответила:

— Зато в рисунке есть!

— Ах, вот оно что! — сразу подскочила подруга, но художница уже успела спрятать альбом за спину и отпрыгнуть.

Пара минут бега вокруг дивана с визгом, хохотом и препятствиями вообще никак не подействовала на вперившегося в терминал Ника. Прекратив преследование и чуть отдышавшись, Селена уточнила:

— Ник, а мы тебе не мешаем?

— Зря спрашиваешь, — захихикала Рейвен. — Он, когда кодит, уходит в астрал, становится слеп как пробка.

— Глух. Говорят «глух как пробка».

— И это тоже. Но, по сути, и я права. Пробки же слепые! А он ничего не слышит и не видит.

— Вот теперь мне стало даже интереснее, что у него там, чем то, что у тебя в блокноте, — проговорила Селена, на цепочках перемещаясь в сторону кухонного стола.

— Погоди, — встрепенулась Рейвен, — не отвлекай его. Хочешь — на, посмотри рисунок. Но это еще так… полуфабрикат.

Селена тотчас воспользовалась предложением. На листе тонкими линиями в карандаше они с Рэдом целовались на снегу. И в их лицах, и даже в положении тел было столько счастья и… страсти, что теперь Селена залилась краской. За несколько недель вдали от Онадэрры ее загар изрядно поблек, и это стало отчетливо видно.

— Отдай мне его, ладно?

— Не-а-а, — вредничая, ответила Рейвен, постепенно проникающаяся стилем общения остальной команды и принимающая правила игры.

— Ты же вообще этого не видела! — возмутилась Селена.

— Ну-у-у… мне Ник рассказал. И потом, я же каждый день рядом. Возле вас временами стоять опасно, вдруг полыхнет, — и Рейвен снова звонко засмеялась.

— Сами такие же!

— Да ладно? — реально растерялась и удивилась Рейвен.

— Накладно. Просто тебе вас не видно, вот и вся разница. Так отдашь эскиз?

— Конечно! — Рейвен выдернула из альбома и протянула