Бессильная - Лорен Робертс

Китт прислоняется головой к стене и смеется. — Я не могу уйти, Пэйдин. Здесь повсюду стража, и у меня нет возможности просто уйти.

И это именно то, что я надеялась, что он скажет.

Тем не менее, я смотрю на него равнодушно. — Но ты же принц.

— Да, но иногда я принц только по титулу, а не по привилегиям. Я не могу просто выйти через парадную дверь.

— Так выйди через другую дверь. — Я делаю шаг ближе, вскидываю руки вверх, чтобы они шлепнулись о мои бока, изображая беззаботность. — Не можете же вы сказать, что отсюда нет выхода, о котором никто не знает? Какой-нибудь двери, которая не охраняется? Я говорю совершенно обыденно, даже с любопытством.

Ну же. Доверься мне. Скажи мне.

Если я смогу заставить его говорить о туннелях, заставить его провести меня по ним, есть шанс, что он расскажет мне о том, который мне нужно найти. Я буду вести себя как любопытная, задавать вопросы о других туннелях, чтобы узнать об одном конкретном. Это не самый надежный план, но начало положено.

Он смотрит на меня так, что смутно напоминает Кая. Я отгоняю мысли о другом брате, предпочитая сосредоточиться на том, кто передо мной. На том, с кем легко быть рядом, с кем легко разговаривать.

Легко обмануть, предать, использовать…

— О, да. У меня есть много способов выбраться из замка незамеченным, — с улыбкой говорит Китт, обрывая мои кричащие мысли.

Сердце колотится, голос тихий, но я говорю: — Я возьму тебя. На одну ночь. Ты увидишь Лут и свой народ. Каковы они, какова их жизнь… — Он смотрит на меня так пристально, что я на мгновение замираю, поглощенная этими изумрудными глазами, в которые я не осмеливалась заглянуть несколько дней назад. — Король, не знающий своего народа, не может быть королем для своего народа.

Несмотря на истинность моих слов, во рту у меня горько от причины, побудившей меня их произнести.

Достаточно одного семени сомнения, одного зерна неуверенности, чтобы оно взошло и разрослось.

А я его только что посадила.

Я ободряюще улыбаюсь ему, как будто не вру сквозь зубы.

Доверься мне.

— Может быть, — говорит он, изучая меня. Я борюсь с желанием попытаться убедить его еще больше, стараясь не показаться отчаявшейся или вызвать подозрения. — Я подумаю над твоим предложением.

— Китт.

Волосы на моей шее встают дыбом при звуке этого голоса. Этот холодный, черствый голос. Я медленно поворачиваюсь на каблуках и вижу короля в конце коридора, который направляется к нам. Я делаю ему самый маленький реверанс, прикусываю язык и улыбаюсь.

— Китт, ты нужен мне в кабинете, чтобы закончить нашу беседу с советниками. — Он окидывает меня взглядом, наконец-то сочтя меня достойной внимания. Они такие же ярко-зеленые, как у Китт, и все же они не могут быть более разными, более… холодными. Я чуть не вздрогнула, вспомнив, почему я едва могла встретить взгляд его сына. Король снова переводит взгляд на Китта, а затем говорит: — Сейчас.

Хотя в голосе Китта не слышится особого восторга, он отрывисто отвечает: — Конечно, отец. — Он делает шаг рядом с королем, готовый вместе с ним вернуться в кабинет.

— Иди вперед, сын. Я жду тебя там. — Его строгий голос не оставляет места для споров, и Китт медленно кивает в ответ, затем бросает мне небольшую улыбку и поворачивается на пятках.

Я с трудом выдерживаю его взгляд, но заставляю себя встретиться глазами с убийцей моего отца. Он смотрит на меня так, словно я отброс, который он соскреб с подошвы своих блестящих ботинок. Мне это невыносимо, но я заставляю себя не шевелиться, а не корчиться под его пристальным взглядом. Поэтому я одариваю его яркой улыбкой, одновременно задаваясь вопросом, не выглядит ли это так, будто я обнажаю зубы. — Ваше Величество. — говорю я на прощание и двигаюсь, чтобы обойти его, убежать от этого человека и от своих бушующих, мстительных мыслей.

Его ботинки стучат по каменному полу, когда он заступает мне дорогу.

Я останавливаюсь, глядя на его крупную фигуру. Для своего возраста он обладает прекрасным здоровьем, поэтому легко понять, откуда у его сыновей крепкое телосложение и красивые черты лица. Сходство между Киттом и его отцом поразительно, но я обращаю внимание именно на Брауни способность короля, которая напоминает мне о том, что он может с легкостью свернуть мне шею.

— Мисс Грей, приятно видеть, что вы вышли из первого Испытания практически невредимой. — Похоже, он нисколько не рад моему благополучию. — Ну, благодаря моему сыну, то есть.

Могу себе представить реакцию короля, когда он увидел кадры, где Кай со мной на Испытании. Я знаю, что он возненавидел это. Возненавидел, что его сын помог мне — ничейной, Приземленной, из трущоб.

Обыкновенной.

— Да, я благодарна, что Кай был моим партнером, — холодно говорю я, не понимая, к чему ведет этот разговор.

— Хм… — Король смотрит на меня, сузив глаза.

Прежде чем он успевает сказать что-то еще, я добавляю: — И я с нетерпением жду следующего Испытания. И следующего за ним.

Ложь.

Я просто хотела увидеть выражение его лица, когда я говорила так уверенно о том, что продержусь так долго. Я сопровождаю свое заявление фальшивой улыбкой, готовая оставить его и этот разговор позади, когда он говорит: — Позволь мне быть откровенным, Пэйдин. Ты не выиграешь.

Я напрягаюсь. — Мне жаль?

— Я знаю, что ты этого хочешь. Победить в Испытании Чистки и устроить лучшую жизнь для себя и своей подруги-швеи. — Он смеется, горько и едко. — Это мне напомнило. Я должен поздравить тебя с тем маленьким трюком, который ты проделала со своим платьем на балу. Ты, конечно, добилась того, чего хотела. Напомнив людям об их Серебряном Спасителе.

Я отворачиваюсь, не в силах больше смотреть на него, когда он, взмахнув рукой, продолжает. — Скажи, ты видела результаты голосования?

Видела. Через день после показа первого Испытания баллы участников и голоса людей были объединены и подсчитаны. Рейтинг оставшихся семи соперников был повсюду, на баннерах и листовках по всему городу. Кай был на первом месте, за ним следовал Эйс, Энди была на третьем месте. Мы с Блэр остались на четвертом месте, а Брэкстон и Джекс заняли последнее.

Похоже, что королевство Илья не знает, что со мной делать. Те, кто живет в трущобах, скорее