Невыносимая шестерка Тристы - Пенелопа Дуглас

— Или что? — Она прикусывает мою губу. — Ты угрожаешь мне, что получишь от Каллума то, чего не можешь получить от меня?

Лив облизывает мои губы, и мы сильнее тремся друг о друга.

У меня вырывается стон.

— Покажи, что ты собственница, и мне не придется этого делать. Скажи мне, что я твоя девушка.

Скажи мне.

— Ты пытаешься разобраться с этим дерьмом прямо сейчас?

— Да. — И я целую ее глубоко и сильно, накрывая рот, словно это последняя еда на земле.

Оливия сползает по стене, садится на корточки между моих ног и притягивает мои бедра к своему рту. О, боже. Ее язык скользит вверх по моей киске снова и снова, каждый раз заканчивая покусыванием или посасыванием.

Снова и снова.

Я закатываю глаза, ее губы теребят мой клитор и заставляют меня стонать. Мне плевать, если нас кто-нибудь услышит. Пусть слышат.

Поднимаю ногу, ставлю ее на край ванны позади нее, одной рукой сжимаю ее волосы, а другой хватаюсь за подоконник.

— Трахни меня, принцесса, — говорит Лив.

Она кусает меня, и я, обессилев, откидываю голову назад. Двигаю бедрами, толкаясь в ее рот, и смотрю вниз, любуясь видом.

Целуя и посасывая внутреннюю поверхность моих бедер, она водит языком по моей киске.

— Черт. — Я дрожу, все быстрее прижимаясь к ее рту. — Глубже, Лив.

Она хватает меня за задницу обеими руками, погружаясь в меня своим языком, и я вскрикиваю. Тепло наполняет мой живот, и пульсация охватывает меня, когда она толкается внутрь и при этом ласкает себя.

Оливия лижет и вкушает.

— Ты такая мокрая, детка. — А затем снова встречается со мной взглядом: — Мне не терпится растянуть тебя.

Я замираю, мое тело жаждет кончить, и каждый дюйм моего тела горит.

Прежде чем успеваю убедиться, что вроде как понимаю, чего она хочет, Лив встает, поворачивает насадку для душа к стене, подальше от нас, и достает игрушку.

И как только я это вижу, мое сердце начинает биться, как отбойный молоток.

— Мне страшно.

Лив встречается со мной взглядом.

— Мне тоже.

Она держит его под водой, тщательно ополаскивая, и, хоть знаю, что она говорит это просто для моего спокойствия, я ценю это. На мгновение мне кажется, что мы делаем что-то вместе. Хоть для нее это и не первый раз. И даже, возможно, не пятый.

Оливия снова целует меня.

— Ожидание заставляет тебя волноваться, — говорит она, нажимает на кнопку и находит медленный, размеренный ритм.

Она проводит игрушкой между моих ног, и я вздрагиваю, хватаясь за нее.

— Не могу дождаться, когда ты трахнешь меня ей, — шепчет Лив.

Мне трудно сдержать улыбку. Я бы сделала все что угодно ради ее удовольствия.

— Иди сюда, детка. — И она тянет меня вниз на себя, когда садится на пол ванны, откидываясь назад в расслабленной позе. Я сажусь верхом, следуя ее примеру, мы оба двигаем бедрами и тремся друг о друга.

— Ты хочешь сделать это здесь? — спрашиваю я.

Лив кивает.

— Да. Мы мокрые. Если мы выйдем, ты замерзнешь. Останься со мной.

Навсегда.

Она перемещает игрушку между нами, и я немного опускаюсь вниз по ее ногам, наблюдая, как она вставляет более короткий конец внутрь себя. Он вибрирует, я слышу внезапный вдох, и мои глаза устремляются к ней, видя болезненное выражение на ее лице, когда она погружает его внутрь.

Оливия всхлипывает, и мое сердце замирает, но… боль исчезает с ее лица, и она успокаивается.

Немного перекатывая игрушку, она проводит ребристой частью по своему клитору, пока дыхание не становится уже не коротким и поверхностным, а размеренным и глубоким.

Затем Лив переводит свой взгляд на меня.

— Иди сюда.

Боже, она такая красивая.

Наклоняясь, я целую и посасываю ее живот, покусываю грудь, а затем опускаю рот на игрушку, беря ее так глубоко и давая ей насладиться этим видом.

— Клэй… — бормочет Лив.

Я смачиваю ее, не уверена, что испуг высушил меня, но я делаю это. Я делаю это с ней. Перекидывая ногу, я снова седлаю ее и опускаюсь на игрушку, чувствуя, как кончик погружается внутрь.

И сразу же напрягаюсь.

— Слишком большой? — спрашивает Лив.

Мне хочется сказать «да». Мне хочется отступить. Но другие делают это каждый день. И у меня получится сделать это.

Я двигаю бедрами по кругу, проводя вибратором по клитору и снова разогреваясь, а затем погружаю его внутрь, сначала всего на дюйм, но затем останавливаюсь.

— Просто дай мне минуту, — прошу ее.

Вытащив его, я снова вставляю, ощущая, как его ствол растягивает меня, и это причиняет боль, но я опускаюсь все ниже, боль неприятная, но терпимая.

Оливия касается большими пальцами моих сосков, мы обе молчим, когда я медленно выхожу, а затем снова вхожу, пока полностью не усаживаюсь на нее.

— Лив…

— Не двигайся, — шепчет она, удерживая меня на месте. — Стой. Дай ему минутку.

Я наклоняюсь, я растянута, мне немного больно, но я заполнена. Это внутри меня, полностью.

Целую ее, сжимая грудь, и начинаю двигаться, тереться о нее.

— Прокатись на мне, Клэй.

— Да, — стон срывается с моих губ.

Я трусь о нее, позволяя вибрациям делать свое дело, и через мгновение мне так тепло, я такая мокрая. Соскальзываю с него и возвращаюсь обратно, теперь легко двигаюсь на нем, совсем не чувствуя боли. Просто ощущая себя… растянутой.

Улыбаюсь, откидываюсь назад и хватаюсь за обе стороны ванны, наслаждаясь тем, как она смотрит на мое тело, когда я двигаюсь и устраиваю для нее шоу.

— Ты хочешь этого, детка? — Лив сжимает мои бедра.

Я двигаюсь быстрее, толщина, кончик проникает глубоко внутрь меня, и маленький моторчик стучит по нашим клиторам, создавая комбинацию лучших гребаных ощущений, которые, как мне кажется, я когда-либо испытывала.

У меня вырывается стон, когда я меняю позу, чтобы запрыгнуть на нее сверху.

— О, боже, — кричу я, ощущая это сейчас. Преследуя это чувство.

Она сжимает мои бедра, улыбается и смотрит туда, где встречаются наши тела.

— Черт, Клэй. Жестче, детка. Ну же. Жестче. Мне так хорошо.

И я не могу отличить ее стоны от моих, пока мы трахаемся в ванной.

Поднимаю ее руку и посасываю палец, а Лив выгибает спину и впивается ногтями в мою кожу.

— Боже, — выдыхает она.

А затем откидывает голову назад, каждый мускул напрягается, когда она кончает, и я прислоняюсь своей киской к ее, потирая так сильно, что чувствую, как ее клитор пульсирует напротив моего до тех пор, пока я не кончаю.

— Боже! — кричу я. — Лив! О, так хорошо!

Она сжимает мою грудь, когда я вздрагиваю и дрожу, мои внутренности разрывает волна эйфории. Мои бедра прижимаются к ней, дергаясь все сильнее и быстрее, пока оргазм не начинает покидать меня, и я падаю на нее сверху, каждая частичка меня горит от изнеможения.

Оливия прижимает меня к себе, и я ощущаю поцелуи на своих волосах, но мир вращается слишком быстро, и я уже ни в чем не уверена.

Вибратор все еще гудит внутри нас.

— Еще раз, — требует Лив, хватая меня за ягодицы.

Я поднимаю глаза, улыбаясь, прежде чем поцеловать ее в губы.

— В постели, — решаю я. — Ты сверху. Трахни меня сзади.