Невыносимая шестерка Тристы - Пенелопа Дуглас

— Так когда эта часть свидания закончится? — спрашивает она.

— Ты готова ко второй части? Романтической прогулке по пляжу?

— Иу.

Я смеюсь.

— Тогда фильм?

Она сердито смотрит на меня.

— Мини-гольф?

Она качает головой, не отводя взгляд от моих губ.

Но я продолжаю:

— Затем следует философский разговор о наших социологических, политических и религиозных ценностях. Такой порядок тебя устроит?

Она наклоняется к моим губам, и я действительно рада, что ее дом недалеко. Мы все еще можем посмотреть фильм или поговорить о религии, только в постели.

— Клэ-э-эй? — прогремел вдалеке голос.

Я замираю, Лив останавливается, едва касаясь моих губ.

Что это…

— Какого черта? — вздыхаю я.

Мои нервы натянуты, и я выпрямляюсь, убирая ее руки со своего тела.

Каллум. Я выглядываю из-за дерева и вижу, как он неторопливо входит во двор с Майло, Эми и парой своих друзей.

— Что они здесь делают? — шепчу я, рефлекторно отодвигаясь, и все внутри меня сжимается. — Я удалила это приложение.

Дерьмо. Как они нашли меня?

Лив смотрит на меня, но я не смотрю на нее в ответ. Не могу сделать это сейчас. Не прямо сейчас.

Она ждет несколько секунд, дает возможность просто обнять ее и признать, что между нами что-то есть, но…

Она встает. Отодвигая стул к своей стороне стола, Лив достает телефон и нажимает на кнопку, и я не знаю, что она делает, но просто сижу там, откинувшись назад, и наблюдаю, как они направляются в нашу сторону.

— Привет, детка, — здоровается Каллум, подходя с тарелкой лаймового пирога, Эми несет содовую.

Я пристально смотрю на нее. Они следили за мной или что?

Каллум пододвигает стул и садится за наш столик, его друзья маячат позади него. Он переводит взгляд на Лив.

— Привет, детка.

Она усмехается себе под нос, словно ее терпение по отношению к нам обоим почти иссякло.

Каллум хватает мою вилку.

— Услышал, что ты здесь без меня, — объясняет он. — И подумал, что ты с одним из парней Джэгер, — он переводит с меня на нее. — Собрание команды, девчонки?

— Скучно, Эймс? — огрызается Лив. — Деньги, секс, привилегии, но тебя все еще одолевает скука, и поэтому тебе пришлось проделать весь путь сюда в поисках развлечений, да?

Я держу свой стакан, ледяной конденсат охлаждает мою ладонь, но не остальную часть меня.

— Весь путь сюда, — усмехается она. — Потому что на месте Клэй я бы не захотела тебя, — с этими словами Лив бросает на меня взгляд. — На месте Клэй я бы посчитала тебя довольно жалким, и тебя это, должно быть, бесит.

Его взгляд становится более жестким, и я гляжу на него, уже приготовившись броситься на него, если он пошевелится.

Оливия снова устремляет на него свой взгляд.

— Я даже готова поспорить, что ты ее не заводишь. Как и любую другую девушку. Именно поэтому ты домогаешься до них, да?

Домогаешься… что?

— Ты их не заводишь, — повторяет Лив. — Они улыбаются. И они подлизываются. И они имитируют, — сказав это, она выпрямляется, слегка покачивает бедрами, и стонет. — Да, да, ты лучший, Кал. Лучший, — она сопровождает свои движения шепотом и стонами.

Я сдерживаю улыбку.

— Может, она спит с одним из моих братьев, — пожимает плечами Лив. — Может, даже не с одним. В конце концов, у меня их пять. Иногда они становятся командой. Так что ты им не соперник.

Я прищуриваюсь и пинаю ее под столом. Она едва слышно смеется.

Каллум впивается пальцами в пирог.

— Твои слова причиняют боль, — говорит он, — но не так сильно, как я, и ты это знаешь. Мы могли бы унести тебя и Клэй отсюда прямо сейчас, и это сошло бы нам с рук.

— Да неужели? — удивляется она.

Его глаза загораются.

— Пятеро против двоих, Лив.

— Разве?

И сразу же раздается вой.

— Оу, оу, оу!

Мурашки пробегают по моей коже, когда я понимаю, кто только что вошел в «Мариетту».

Вот кому она писала. Своим братьям.

Каллум выпрямляется на стуле, в его голубых глазах появляется настороженность, когда четверо из парней Джэгеров заходят внутрь в поисках своей сестры. Я удивляюсь, замечая, что Крисджен держит Трейса за руку.

И Майло здесь. Прекрасно.

Через мгновение все окружают стол, за которым сидим мы с Лив, другие посетители во дворе бросают взгляды и замечают, что что-то происходит, но никто не двигается.

Я тихо обращаюсь к Крисджен:

— Что ты делаешь с Трейсом?

— Мы переспали после той драки, — шепчет она в ответ.

Я знала.

Смотрю слева направо, напряжение нарастает, когда две компании пронзают друг друга взглядами.

— Я слышал, прошлой ночью кто-то вломился в Фокс Хилл. — Каллум глядит на моих братьев. — Знаете что-нибудь об этом?

Проникновение в загородный клуб? Я ничего об этом не слышала.

— Понятия не имею, о чем ты, — отвечает Даллас. — Тем не менее, мы будем держать ухо востро. Что-нибудь украдено?

— Ничего, — огрызается Каллум. — Странно, не правда ли? Просто портрет основателя подпален, хотя в помещении был кассовый аппарат и тонны спиртного.

— Да, странно, — говорит Арми. — Мы будем начеку.

— Не сомневаюсь.

Я перевожу взгляд с одной компании на другой с таким чувством, словно что-то пропустила. Джэгеры не охраняют территорию Фокс Хилл, и никто из них не работает там. Они не стали бы вламываться туда только для того, чтобы осквернить картину.

Не представляю, кто мог бы это сделать. Но, кажется, Каллум в курсе того, чего не знаю я.

Лив откидывается на спинку стула.

— Значит, эм… Каллум думает, что Клэй сегодня ночует у нас дома, — с сияющими глазами объявляет она, правда вот-вот соскользнет с ее восхитительного маленького язычка. — Он думает, что она спит с кем-то из Джэгеров.

Ее братья усмехаются, и Трейс подходит ко мне, хватаясь за свою промежность.

— О, брось, детка, — воркует он мне. — Ты знаешь, что это твое.

Тьфу.

Джэгеры снова смеются, потому что они точно знают, где я буду спать сегодня ночью, и я, качая головой, смотрю на Оливию.

— Тебе нравится происходящее.

— О, ты даже не представляешь насколько. — Она улыбается, ее лицо сияет от удовольствия, когда она снова обращается к своим братьям. — Я сказала ему, что, возможно, вас двое.

— Ну, и зачем тебе понадобилось говорить ему это? — дразнящим голосом спрашивает Даллас.

Она пожимает плечами.

— Все знают, что вы с Айроном команда.

— Похоже, наш секрет раскрыли, Далли, — смеется Айрон, братья складывают ладони вместе и ударяются кулаками.

Но следом подает голос Арми:

— Почему никто никогда не думает, что это я?

Лив ворчит.

— Потому что ты мамочка — а это большая драма.

Я смеюсь себе под нос. Арми красивый, но да… Никто не хочет седлать этого пони и быть мачехой.

— Возможно, это Мэйкон, — добавляет Айрон.

Я сжимаю зубы.

Лив кивает.

— Мужчина постарше.

— И опытный, — усмехается Трейс.

Но Даллас перебивает их:

— Не, Мэйкону не нравятся богатые принцессы.

Сжав кулаки, я теряю терпение. Не хочу, чтобы весь мир знал о моей сексуальной жизни, но при этом меня не очень волнуют