Лунный луч - Эдриенн Вудс

Она провела рукой по своим коротким волосам.

— Это произойдет, он причинит мне боль. Независимо от того, собираешься ты его убить или нет. Это заявление прав. Вот что происходит на заявлениях.

Я вздохнула.

— Знаю.

— Я готова. Пожалуйста, позволь мне остаться.

— Елена, — сказал Альберт. — Это охранники Элп. Паппи с нетерпением ждет твоего визита.

Она сглотнула, будто проглотила ложку неприятного на вкус лекарства.

— Хорошо, я поеду. Я только начала задумываться, нужна ли мне дополнительная тренировка. Вот и все.

Я поцеловала ее в макушку.

— Он — Рубикон. Ты знаешь.

Она улыбнулась.

— Хорошо, тогда я поеду. — Она поднялась в свою комнату.

Я повернулась к Альберту и подняла щит.

— Она беспокоит меня. Она с нетерпением ждала этого.

Альберт улыбнулся.

— Не делай этого, Кэти. Мы оба знаем, что заставляет Елену хотеть остаться.

Я ненавидела глупые комментарии Альберта. Он заставил меня волноваться за нас обоих. Холодное, непринужденное отношение, которое он носил с собой все эти годы, когда дело касалось Блейка и Елены, сводило меня с ума. Это заставляло меня делать безумные вещи.

Я вздохнула и включила телевизор. Мне нужно было очистить разум. Я хотела пойти и поиграть на пианино… но нет, все было еще не так плохо.

ЕЛЕНА

Это было сообщение от Блейка. Я закрыла дверь и открыла Кэмми. У меня было около миллиона писем от Энни и Сэмми. Обе хотели знать, почему я ушла так рано. Я собиралась уехать только послезавтра. Я написала, что устала.

Я открыла сообщение Блейка.

Дело сделано. Все кончено. Она расстроена, но знала это с самого начала. Что делаешь?

Я ухмыльнулась. Он порвал с Табитой. Да!

Я написала ответа:

Я в своей комнате. Пыталась отменить Элпс. В конце концов, ты всего лишь один дракон. Не повезло.

Бип.

Мы только что помирились, а теперь ты снова уходишь.

Я набрала:

Это отстой. Я знаю.

Телефон снова запищал:

Я увижу тебя сегодня вечером?????

Я улыбнулась.

Ты знаешь, что это так. Где?

Его сообщение было немедленным.

Все еще непослушная маленькая засранка.

Я рассмеялась.

Твой домик на дереве, после того, как все лягут спать? послал он.

Хорошо. Увидимся позже.

Телефон снова запищал.

Можешь поспорить на свою сладкую задницу, что так и будет.

Я рассмеялась и положила Кэмми в ящик стола.

Я приняла долгую ванну, побрила ноги и все такое. Домик на дереве. Ох ты ж, ёж ты ж.

В моей голове всплыли образы прошлой ночи. Я не знала, повторится ли это снова, так как у меня все еще немного болело после прошлой ночи, но у меня определенно был бы всплеск гормонов. У мамы будет гребаный сердечный приступ, если она узнает, что я солгала о том, что Блейк еще не готов.

Но сейчас ей не нужно было знать.

Я пошла в их комнату и пожелала им спокойной ночи. Мама улыбнулась, перелистывая страницы книги, которую держала в руке. Папа послал мне воздушный поцелуй, когда шел к кровати из ванной. Он был серьезно сложен для старика. Он посмотрел на меня.

— На что ты смотришь?

— Ты уверен, что тебе двести семьдесят? — спросила я, и он рассмеялся.

— Он твой отец, милая, — засмеялась моя мама.

— Ну и что? Он хорошо выглядит. Я не могу говорить ему комплименты?

Она засмеялась, когда отец исполнил небольшой танец перед мамой.

— Ладно, это мне не нужно было видеть. Спокойной ночи, — сказала я и ушла.

Я слышала их смех, когда закрывала дверь и шла в свою комнату.

Я подождала, пока они уснут, а затем натянула брюки, свернула несколько полотенец поплотнее и положила их на кровать так, чтобы один из моих светлых париков торчал наружу. Просто на случай, если мама решит проверить меня.

Я натянула рубашку и брюки, схватила спальный мешок и фонарь, на цыпочках прошла по коридору и спустилась по лестнице. Феликс дремал в комнате отца, поэтому я закрыла дверь. Я прошла через одну из боковых дверей и побежала к домику на дереве в нескольких ярдах от замка.

Я поднялась по лестнице. Меня охватило разочарование: его еще не было здесь. Я вытащила Кэмми.

Ты где?

Он не ответил. Вероятно, летел.

Я ждала, казалось, целую вечность. Фонарь был похож на шар из-за того, что случилось, когда мне было пять лет. Это было до того, как он принял свой человеческий облик. Это была не моя вина, и Блейка тоже. У него была икота. Мы не могли потушить огонь. Я взяла вину на себя, сказав, что это был фонарь, но мама была в ярости.

Я услышала грохот, но не настолько, чтобы он разбудил родителей. Потом я услышала, как он поднимается по лестнице.

На нем были только шорты. Его рубашка была скомкана в руке вместе с ботинками. Он не потрудился полностью одеться после изменения. О боже.

Я уже лежала в спальном мешке. Он бросил сумку в угол. Мышцы бугрились, когда он поднимался по лестнице.

Он подполз ко мне, и наши губы встретились. Я поцеловала его в ответ. Через две секунды я уже лежала на спине. Он забирался в мой спальный мешок и продолжал целовать меня.

— Скучала по мне? — сказал он.

— Не так уж сильно. Я была зла на тебя почти весь день.

— Прости за это. Я чувствовал себя действительно паршиво. Она просто появилась без предупреждения. Я понятия не имел, что делать. Прости.

— Все кончено? — я была строга.

— Да, я же сказал тебе, что все кончено. — Он устроился у меня между ног. Наши губы нашли