Правильный ход - Лиз Томфорд

И теперь он выглядит так, как будто им никогда раньше не пользовались, с ослепляюще ярким светом и незнакомцами, отчаянно бегающими вокруг.

Пока я держу тарелки Макса, мое внимание снова переключается на задний двор. Трое мальчиков Роудс были на улице все утро, отвлекая Макса от хаоса в доме. По сравнению с безумной кухней, снаружи все выглядит как совершенно другой мир.

Мой совершенно другой мир.

Жизнь, которую я построила во время летнего перерыва, находится по другую сторону этого стекла, пока я снова погружаюсь в свою обычную жизнь. Но теперь эта семья снаружи кажется мне новой нормой, в то время как этот хаос на кухне, к которому я привыкла раньше, кажется пространством, которому я больше не принадлежу.

— Шеф-повар Монтгомери, — говорит ассистент съемочной группы, и мне требуется мгновение, чтобы осознать, что он обращается ко мне. Меня так давно не называли шеф-поваром. Звучит странно, когда я слышу это сейчас.

Он говорит успокаивающе. — Могу я просто сказать, что я ваш большой поклонник?

Его глаза широко раскрыты и взволнованны. — Сейчас я учусь в кулинарной школе, но сегодня вызвалась добровольно, потому что надеялась познакомиться с вами. То, как вы сочетаете современную презентацию и технологии с экспериментальным подходом к ингредиентам, это… — он недоверчиво качает головой. — Вдохновляюще.

— Благодарю вас…

— Эрик.

— Спасибо тебе за это, Эрик.

— Нет, спасибо, шеф. Я не думаю, что в индустрии есть человек, который не ждал бы, затаив дыхание, вашего возвращения на кухню.

Боже, последние пару месяцев я была настолько оторван от этого мира, что забыла каково это, когда с тобой так разговаривают. Что ко мне относятся так, словно я какая-то знаменитость.

Мне кажется, что это неправильно, когда я держу в руках вещи Макса.

Эрик, возможно, и не может вспомнить ни одного человека, который не был бы рад моему возвращению, но я могу.

Я.

— Меня зовут Миллер, — говорю я ему. — Зовите меня просто Миллер.

Его брови в замешательстве хмурятся, и бедняга открывает рот, чтобы заговорить, но не может произнести ни слова. Сомневаюсь, что шеф-повара когда-либо просили их называть не по их званию.

— Эрик!

Окликает Сильвия, обводя рукой круг, как будто просит его закруглиться. — Шеф Монтгомери, вы должны быть готовы к десяти часам.

— Мне нужно возвращаться к работе, но это была честь для меня, Ше…Миллер.

Я ободряюще улыбаюсь ему, и когда он отходит в сторону, я снова вижу задний двор, только на этот раз Кай смотрит прямо на меня со своего места на траве.

Ты в порядке? — одними губами произносит он.

Я пожимаю плечами, потому что, честно говоря, понятия не имею, что на это ответить. И, ничего не сказав, я разворачиваюсь на каблуках и направляюсь по коридору в его комнату.

Ту самую комнату, которую я теперь считаю своей, пока не уйду.

Начиная с начала этой недели, каждую ночь я провожу здесь, в этой постели, с Каем. Все правила которые кто-либо из нас ввел в действие, с тех пор были выброшены в окно, за исключением срока их действия, и каждый день, который проходит с опущенными стенами, я беззащитна, я чувствую как он просачивается внутрь, завладевая каждой моей мыслью, каждым моим действием.

Я хочу быть там, где он, но каждое мгновение кажется будто на стене весит гигантский таймер с обратным отсчётом, постоянно напоминающий что наше время скоро истекает.

И сегодня… сегодняшний день — самое важное напоминание.

Закрывая за собой дверь в комнату Кая, я ставлю тарелку и стаканчики на его матрас, на самом деле не зная, куда еще их поставить, но и не желая, чтобы кто-нибудь трогал вещи Макса.

Я не могу сказать, почему я так себя веду. Сегодня просто фотосессия. У меня есть еще несколько дней до того, как я полностью вернусь к рабочему режиму, чтобы облачиться в броню, необходимую для выживания в ресторанной индустрии.

Мне просто кажется неправильным позволять даже секунде той части моей жизни касаться этой.

Когда я стою перед зеркалом, разделяя волосы пробором посередине и гладко зачесывая их назад, дверь открывается. И всего через несколько секунд Кай появляется в дверях ванной позади меня, глядя на меня через зеркало.

— Привет, Миллс.

Я укладываю волосы так, как всегда укладываю их на кухне, тщательно и аккуратно. — Привет.

Кай не сводит с меня глаз через отражение. Я наблюдаю, как его взгляд скользит по моим волосам, уложенным в стиле, которого он никогда не видел. Он смотрит, как я снимаю кольцо в носу и кладу его на стойку в ванной.

— Я выгляжу по-другому, я знаю.

— Просто немного отличается от девушки, которая пила пиво ранним утром в лифте.

Моя грудь сжимается от беззвучного смеха, я благодарна, что он смог вытащить из меня хоть что-то.

— Что случилось? — спрашивает Кай, потому что, конечно, он понял что со мной что-то не так внутри, даже когда я смеюсь снаружи.

Я качаю головой, ничего не говоря ему. Этот человек только что пожертвовал своим домом, чтобы помочь мне. Он потратил так много времени и сил, поддерживая меня этим летом.

— Это дико, — говорит он. — Увидеть эту часть твоей жизни. Это впечатляет, но в то же время пугает.

Мой взгляд метнулся к нему, на губах появилась ухмылка. — Я тебя пугаю, Малакай?

— Ты всегда меня пугала. Тем, насколько ты свободна. Насколько ты храбрая и уверенная в себе. Так почему же ты выглядишь там такой неуверенной?

Моя улыбка исчезает.

Это хороший вопрос. Я была уверена в своей карьере на протяжении многих лет. Я упорно трудилася, чтобы быть лучшей, так почему же меня сбивают с толку несколько фотографий?

— Мне кажется неправильным делать это здесь, — честно говорю я ему.

На его лице появляется недоумение. — Почему?

Почему? Потому что с тех пор, как я уехала в восемнадцать лет, у меня никогда не было места, которое я могла бы назвать домом, и хотя это пребывание такое же временное, как и другие, я чувствую, что этот дом важно защитить.

Я поворачиваюсь к нему лицом, указывая на кровать. — Они собирались положить вещи Макса на пол. Мы с тобой постоянно моем его посуду, его одежду, а они собирались положить это на пол, чтобы не мешалось. Кто так делает?

Кай хихикает. — Люди, которые не хотят, чтобы на их обложке были изображены стаканчики для детей, это не соответствует роскошному образу жизни. Я точно не знаю, просто догадываюсь.

На этот раз я не смеюсь, потому что слишком погружена в свои мысли.