Легкомысленные - С. Стивенс

– Ты опять глазеешь на Келлана. Вы с ним ссоритесь или что? – Дженни рассматривала меня с любопытством.

Я вздрогнула, поняв, что далеко улетела в своих мыслях и последние несколько минут открыто пялилась на него. Оставалось надеяться, что больше никто не заметил. Я же постаралась изобразить искреннюю улыбку:

– Нет, у нас все отлично… Идеально.

– Ты ведь уже не злишься на тех женщин с вечеринки?

Меня обожгло, едва она возродила это жуткое воспоминание. Мне хотелось согнуться, держась за живот, – до того он болел. Но я осталась стоять, проглотив сказанное и силясь сохранить фальшивую улыбку.

– Понимаешь, он такой. Всегда таким был и всегда будет. – Дженни пожала плечами.

– Нет же… Мне все равно, что он делает. – Я выделила «что» сильнее, чем требовало небрежное высказывание, и Дженни обратила на это внимание. Она хотела продолжить, и я, чтобы остановить ее, выпалила первое, что пришло в голову: – А у тебя с Келланом когда-нибудь…

Я прикусила язык, сообразив, куда мог завести мой вопрос. Я совершенно не хотела этого знать.

Однако она поняла, хмыкнула и покачала головой:

– Нет, ни в коем случае.

Она посмотрела на Келлана, сидевшего за своим столом. Он уже усадил на край какую-то симпатичную азиаточку и что-то нашептывал ей, не забывая, к ее вящему восторгу, покусывать ее за ухо. Келлан явился в бар одетым в ту самую чертову футболку, и это сработало. Еще раньше он собрал вокруг себя стайку восхищенных девиц и обязал их выслушать пару-другую куплетов. Похоже, он сократил свой выбор до одной. Я вспыхнула, зная, что впоследствии увижу ее – или услышу.

Дженни оглянулась на меня, не прекращая улыбаться:

– Но только не потому, что он не пытался.

Я удивленно моргнула, а затем поняла, что напрасно. Дженни была красивой.

– Он что, приставал к тебе?

Она кивнула, встала и обогнула стол, чтобы пристроиться рядом.

– Ммм… Постоянно – всю первую неделю на этом месте. – Дженни скрестила на груди руки и стояла впритык ко мне, наблюдая за Келланом и его кралей.

– Однажды мне пришлось сказать ему прямо: нет, но мы можем дружить, если он прекратит попытки залезть мне в трусы. – Она рассмеялась. – Он нашел это крайне забавным и отстал, и с тех пор у нас с ним все замечательно.

Мне было сложно не показать свое удивление. Она заворачивала его снова и снова? Я потерпела в этом столь сокрушительное фиаско, что мне представлялась чудом чья-то способность добиться успеха.

– А почему ты не?..

Дженни задумчиво посмотрела на меня:

– Я знала, что он за фрукт, с самого начала. Меня не интересует разовый секс, а я не думаю, что он способен на большее. – Она покачала головой. – По крайней мере, не сейчас. Может быть, настанет день, и он повзрослеет, но… – Дженни вновь пожала плечами. – Игра не стоила свеч.

Я зарделась и отвернулась, чувствуя себя конченой дурой. Она была права. Келлан таким и был – соблазнителем. Но он не годился для серьезных отношений. Никогда не был готов к ним и никогда не будет. Я горестно наблюдала, как он ворковал со своей барышней. Дженни с интересом уставилась на меня.

– Кира, а почему ты спрашиваешь?

У меня не было никакой причины заваливать ее вопросами о Келлане.

– Просто так. Обычное любопытство.

Какое-то время она пристально изучала меня, а я прикидывала, как бы ускользнуть, при этом ее не обидев.

– Он клеился к тебе?

Я побледнела и постаралась удержать себя в руках.

– Да нет, конечно.

Это была правда… Ну, может, полуправда.

Дженни не купилась на это.

– Кира, если тебе нужно выговориться, то я всегда выслушаю. Я все пойму.

Я кивнула и хмыкнула, как будто мне было все равно:

– Знаю. Спасибо, Дженни. Пойду-ка я лучше работать, а то людей одолела жажда. – Я попыталась издать смешок, но тот получился безжизненным и фальшивым.

Дженни смотрела мне вслед, явно терзаясь подозрениями, после чего не менее настороженно переключилась на Келлана. Черт, они же друзья… Вдруг она скажет ему? Вдруг он чем-то поделится?

* * *

Если на первых порах Келлан ограничивался флиртом и даже в этом умерился, покуда мы развлекались, то теперь я наблюдала намного большее, чем хотела. Неприятности подкарауливали повсюду. Мне было не уклониться. Если у меня случался выходной, он приводил девушку домой, и мне приходилось слушать, как они целуются в кухне, прежде чем скрыться наверху. Когда же я работала, то к моему возвращению и подъему по лестнице он уже оказывался глубоко погруженным в очередную «встречу». Всем этим особам было глубоко наплевать на то, что у Келлана были соседи за стенкой. Я думаю, им не было дела и до соседей по улице. Быть может, они исходили из ложной посылки насчет того, что Келлан выплачивал премии за самое громкое исполнение, за больший энтузиазм, за самое впечатляющее «о боже». Опять же – нельзя исключить, что этот козел и впрямь раздавал призы. Мне становилось тошно и тяжко, когда я слышала, как выкрикивали его имя. Серьезно – будто он не знал, как его зовут. На самом деле единственным именем, которое он помнил, наверное, и было его собственное.

Не удавалось скрыться и на работе. Келлан вечно ошивался где-то поблизости, вылизывая своим языком очередное горло. Однажды я даже видела, как он пытался учить какую-то девчонку игре на бильярде, что возбудило во мне самодовольный смех, благо я знала, что он никудышный игрок. Но вид того, как он перегибает через стол другую… Да, это было немного неприятно. А наблюдать за тем, как они вчистую мажут на пару и девчонка немедленно разворачивается к нему, буквально готовая поиметь его тут же, было неприятно уже всерьез.

К моменту, когда он всего за неделю добрался до пятой в очереди, я наконец не выдержала. Злобно ворочаясь в постели, я пыталась не обращать внимания на смех и звуки любовной возни, долетавшие из коридора.

– Денни! – гаркнула я.

Денни повернулся ко мне, оторвавшись от телевизора, которым, прибавив громкость, увлекся с избыточной сосредоточенностью.

– Что?

– Это уже не смешно! – уставилась на него я. – Сделай что-нибудь! Мне надо, черт побери, хоть немного поспать!

И чтобы Келлан не был потаскуном! Наш последний поцелуй был потрясающе нежным, однако теперь он казался фальшивым в сравнении со страстными звуками, доносившимися из соседней комнаты.

– Что же мне сделать? – встревожился и немного смутился Денни. – Постучаться и попросить угомониться?

Да! Именно этого я и хотела, – может быть, он сумеет и вышвырнуть эту тварь!

– Не знаю… Сделай что-нибудь!

– Ну, он же нас терпит, – хохотнул Денни. – Может быть, это его отыгрыш.