Глеб и Аврора. Брак по расчету - Олег Ростов

сильное тело… Волк. Да, сейчас он был именно волком. И мои глаза горели таким же пожаром, как и его. И я была волчицей, которая вилась вокруг своего избранника в брачном танце любви и страсти. Мы словно соревновались с ним, кто больше любит, сильнее и страстнее. Доказывали что-то друг другу, но не словами, а движениями, объятиями, ласками. А слова… Слова были одни — люблю, люблю, люблю…

Ксения

Дедушка умер. Мир рухнул. Мне казалось, что всё стало зыбким, словно марево в пустыне. Что та жизнь, к которой я привыкла закончилась. Впереди неизвестность и она меня пугала. И мой малыш. Я обняла выпирающий уже живот руками, словно пытаясь закрыть его, защитить. Легла на бок в кровать. В квартире тишина. Теперь мне предстояло прятаться от всех. Как всё не вовремя. Я даже проститься с дедушкой не могу. Потом, после родов, только прийти в нашу часовню. Поговорить с ним. Попросить у него за всё прощения.

Одна надежда на Глеба. Я чувствовала, что ему будет не легко. Всё будет решаться в ближайшее время. Сумеет старший брат удержать власть или нет? Сумеет он показать всем, что пусть старый Акелла и ушёл, но на его место пришёл молодой и сильный волк. А если не сумеет? Думать об этом не хотелось. Вдруг почувствовала непреодолимое желание увидеть Данила. Закрыв глаза, увидела его. Даже почувствовала тепло его рук. Хотелось спрятаться в них от внешнего мира. Но Дани не было. Он и не мог здесь быть. Таково было требование Глеба. Со мной контактировали только люди дяди Коли и то, всего лишь два человека, особо доверенных. Со всеми остальными все связи были прекращены. Я понимала брата. Моя беременность могла скомпрометировать семью перед моим женихом. А такого Глебу никто не простил бы. Так как вопрос стоял удержит наша семья бразды правления или их перехватит кто-то другой из наших родственников. Я даже на улицу не могла выходить. Раздался звонок по мобильному. Звонил Глеб.

— Алё? Ксюша?

— Да, Глеб.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Ксюша. Сегодня поедешь в клинику. Нет, не в ту, в которой ты наблюдалась. Оттуда твоя карта изъята. Поедешь в другую, причём под другим именем. Там тебя никто не знает. Лицо закроешь полупрозрачной вуалью. Твоего мужа будет изображать Борис, один из телохранителей. Поняла?

— Да, поняла. Глеб, скажи, мне так и придётся сидеть в четырёх стенах?

— Нет. Этот вопрос прорабатывается. Тебя вывезут в пригород. Там есть коттедж. Его хозяева по легенде уехали за границу. Будешь там жить до родов.

— Скажи, а Даню я смогу увидеть?

— Пока нет. Но я подумаю над этим. Не грусти, сестрёнка. Прорвёмся.

— Спасибо, Глеб. Я люблю тебя. И Вовку тоже. Как Аврора? Соскучилась по ней. У вас всё с ней в порядке?

— У неё всё хорошо. Держится молотком. Тебе просила привет передать. Тоже хочет тебя увидеть. У нас с ней всё хорошо.

— Слава богу. Мы же должны держаться все вместе⁈

— Да. Все вместе.

— Я верю в тебя, Глеб. Дед никогда не ошибался. Просто сразу мы не всегда могли понять его действия, те или иные решения. Но спустя время приходило понимание, почему он так сделал. Знаешь, я сначала не могла понять, почему он выбрал для тебя Аврору? Разве других не было? Да и сам способ женитьбы. Тебя он, фактически, принудил. Поставил в безвыходное положение. И теперь я понимаю. Ты созрел для семьи. Аврора для тебя оказалась самым лучшим вариантом. Пусть и глупила она поначалу. Но все мы взрослеем. Береги её.

— Спасибо, Ксюш. Спасибо, что всё понимаешь. Потерпи. Да, что хотел сказать. Рене заболел.

— Он заразился?

— Да. Я не знаю, что будет, но он очень ослаблен после той катастрофы. Мне звонил его отец. Мы с ним долго разговаривали. Он очень жалеет, что не поженил вас раньше. Говорит, что возможно, у него бы уже родился внук или внучка.

— Глеб, а если Рене умрёт? Я не хочу его смерти, правда. И выйдя замуж за него, стала бы ему верной женой и во всём его поддерживала. Подожди… Глеб⁈ Ты что, хочешь выдать ребёнка Дани за ребёнка Рене?

— Было бы не плохо, но очень рискованно. Тест на ДНК никто не отменял. А они могут его провести, чтобы убедиться, что малыш их. Так что рисковать я не буду. Они ничего о ребёнке не должны узнать. Если и случится такое, что Рене не станет, то позже можно будет ребёнка и легализовать.

— Глеб, ты так говоришь, словно мой ребёнок, это набор дензнаков, которые нуждаются в легализации.

— Извини, Ксюш. Я, наверное, не совсем правильно и корректно выразился. Но суть ты поняла. Мало того, Данил, на крайний случай, сможет усыновить ребёнка. Но в любом случае, мы ребёнка не бросим и он будет находиться под нашей опекой.

— Конечно, Глеб. Я не собираюсь бросать своего ребёнка, чтобы не случилось.

— Вот и чудесно. Ладно, Ксюша. Целую тебя. Приготовься для поездки к врачу.

— Хорошо.

Глеб

С Ксенией пока вопрос был решён. Слишком уж дядя Петя ей интересуется. А она мощный компромат, со своей беременностью перед французскими партнёрами. И он может это использовать. Но обломится. Надо её вывозить из города, подальше, спрятать, пусть доходит, а потом родит. Теперь Данил. Дал Стиву задание привезти папочку моего будущего племянника на одну квартиру. Светить его раньше времени в Усадьбе не стоило. А так пообщаемся. Посмотрим, что он за человек. Хотя безопасники дали мне по нему развёрнутую справочку — что, где, когда и на кого. Там ещё и аналитики с психологами поработали. Вроде парень нормальный, адекватный. Есть своё дело и довольно успешно развивается. Молодец, это говорит о том, что явно не альфонс, а человек дела. Значит Ксюха его точно зацепила. Хотя, даже такие деловые, тоже не прочь окольцевать богатую невесту и через её родственников подняться ещё выше, особенно если эти родственники имеют такие возможности и ресурсы. Хотя он уверял меня, что Ксения ему нужна не ради денег. Рассматривал внимательно видео их встреч. Нет, интимных сцен не было, это было строжайше запрещено в отношении членов семьи. Так как, как бы хорошо не охранялись такие материалы, а вероятность ухода на сторону была высока. Поэтому снимать интимные сцены в спальне или даже если человек просто в туалете,