Черный бриллиант - Андреа Кейн

— Да, в самом деле.

— Я искренне с вами согласен, — заявил мистер Сколлард, входя в гостиную. — Надеюсь, что мы выпьем за это.

Джулиан подпрыгнул так высоко, что бокал чуть не вылетел у него из руки.

— С ней все в порядке?

Горделивая улыбка появилась на губах мистера Сколларда.

— Она устала. Но она все-таки Рори — восторженная, смелая и нетерпеливая. Поэтому независимо от усталости она сознает, что ее нетерпеливое ожидание подходит к концу.

— Проклятие! — На скулах у Джулиана заходили желваки. — Я хочу помочь ей.

— Пусть Рори помогает природа. — Сколлард взял бокал Джулиана и вновь наполнил его, после чего налил и себе. — Ваша жена необыкновенная женщина.

— Я знаю, — сказал Джулиан, принимая с благодарным кивком бокал.

— За что бы нам выпить? — Смотритель маяка сжал губы. — Дайте подумать… Для вас было бы лучше выпить до дна этот бокал, перед тем как предстать перед миссис Питере. Она вас не слишком-то жалует.

Мистер Сколлард вдруг замолчал и покачал головой, словно опровергая свои собственные слова.

— Нет, я решил выбрать другой момент. Наверное, мне лучше подождать с тостом. С одной стороны, потому что я хочу многое сказать, а с другой — потому что Эмма в эти минуты будет священнодействовать. После этого они с миссис Питере выйдут из комнаты. Таким образом, когда вы зайдете в спальню Авроры, то не встретите там никого, кроме своей жены. Я также подозреваю, что вы не упустите случая познакомиться с новым обитателем этого мира. — С этими словами мистер Сколлард поднял свой бокал и подождал, пока то же самое проделают двое мужчин. — За двух замечательных джентльменов, Слейда и Джулиана, и за их поразительных жен, Кортни и Аврору. За Тайлера, — он торжественно поклонился малышу, увлеченно следившему за ним зелеными глазами, — рождение которого увековечило имя Хантли самым удивительным способом. За всех Хантли и Бенкрофтов, вновь соединившихся после шестидесятилетней вражды, к тому же собравшихся вместе в первый раз за этот день. И за бесподобный результат этого окончательного союза, самое ценное сокровище, зачатое в любви во время шторма на море.

Сколлард обвел спокойным взглядом Слейда, Джулиана и Тайлера, потом поднял голову к потолку, очевидно, приобщая обитателей второго этажа к своему тосту.

— Доброго здоровья всем присутствующим здесь, — тихо произнес он, и его глаза слегка затуманились. Через секунду взгляд его прояснился, и Сколлард улыбнулся, заканчивая свой тост. — Пусть радость поселится в ваших домах, освещая ваши жизни и затмевая трудности прошлого — с этого дня и навсегда.

Тайлер издал булькающий звук и хлопнул в ладоши.

Слейд и Сколлард весело засмеялись и выпили.

Джулиан пить не стал.

— Неужели это только что произошло? — тихо спросил он Сколларда. — Секунду назад, когда вы посмотрели наверх и что-то почувствовали. Это родился мой ребенок?

Сколлард изогнул дугой брови:

— Вы не выпили за мой тост. Выпейте, и предсказание исполнится.

Покорно отпив глоток бренди, Джулиан продолжал рассматривать Сколларда.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Вы сами на него ответили. — Смотритель маяка посмотрел на Джулиана, и его взгляд поведал о многом.

Со слезами на глазах Джулиан кивнул, потом склонил голову, молча поблагодарив Бога.

— Ваша благодарность получена и принята, — сказал Сколлард с торжественной уверенностью. — Теперь допейте свой бренди. Но не наполняйте бокал снова, у вас больше не будет времени.

Джулиан с радостью согласился, удивившись, что еще что-то, кроме чая мистера Сколларда, имеет такой же замечательный вкус.

— Джулиан? — На пороге гостиной появилась Кортни с раскрасневшимися щеками и с сияющими от счастья глазами. — Терпение твоей жены сейчас лопнет. Она просила передать тебе, что не собирается одна любоваться этой наградой. Как она сказала, вы вместе пустились в это приключение и вместе должны получить свое вознаграждение. Полагаю, что тебе нужно бежать к ней в спальню.

Джулиан с глухим стуком опустил на буфет свой бокал.

— Аврора хорошо себя чувствует? А наш ребенок?

Кортни подошла к Джулиану и взяла его за руки.

— Мама и ребенок здоровы и сильны. Поздравляю тебя, Мерлин. Ты стал отцом. А теперь иди, твое семейство ждет тебя.

Дрожа от волнения, Джулиан стрелой вылетел из комнаты, чуть не сбив Джина с Даниелем, которые отмечали событие в прихожей, похлопывая друг друга по спине и открыв две новые бутылки джина.

— Мы гордимся вами, Мерлин! — заявил Джин, потрясая своей бутылкой. — Мальчик или девочка?

— Я дам вам знать, — сказал Джулиан на ходу, перескакивая через три ступеньки, потом повернулся на площадке и помчался по коридору.

Он остановился перед закрытой дверью спальни Авроры и постучал трясущейся рукой.

— Войдите, — раздался тихий, но ясный голос Авроры. Этот голос манил его, и Джулиан чуть не потерял сознание от облегчения и неподдельной радости, услышав его.

Он медленно и осторожно вошел, обратив внимание на то, что в комнате никого нет, кроме полулежащей в подушках Авроры и небольшого свертка, который она держит на руках.

— Джулиан. — Аврора подняла руку, и Джулиан тут же оказался рядом с ней, прижав ее ладонь к своим губам. Его жена выглядела очень бледной и утомленной, под ее великолепными бирюзовыми глазами появились темные круги.

— Слава Богу, с тобой все в порядке, — выдохнул он, целуя ее пальцы, запястье и руку. — Ты выглядишь измученной, дорогая. Я так огорчен. Наверное, было невыносимо больно?

— Только пока миссис Питере не дала мне в руки нашу дочь, — тихо ответила Аврора, наблюдая за выражением лица мужа.

У Джулиана перехватило, дыхание, и он вскинул голову, повторив:

— Нашу дочь?

— Подойди, познакомься с ней. — Аврора погладила его по подбородку, притянув поближе к себе, и откинула одеяло со спящего младенца.

Джулиан внимательно посмотрел на дочь. Нахлынувшие чувства сдавили ему грудь, пока взор наслаждался чудом, сотворенным им и Авророй, их взаимной любовью.

Перед его глазами предстало прелестное лицо дочери, его тонкие черты. Глазки девочки были закрыты во сне, темные ресницы касались изящно очерченных щечек, крошечный вздернутый носик и розовый, словно бутон розы, ротик. Боже, как она была похожа на Аврору! И только небольшое облачко ее волос было таким же темным, как у него.

— Она твоя копия, — прошептал Джулиан.

— Не совсем, — возразила Аврора. — У нее твой цвет волос и твои глаза. Когда она проснется, ты сам увидишь. Они похожи на горящие топазы. Разве она не красива?

— Ее красоту невозможно описать словами, — ответил Джулиан, касаясь пухлой щечки ребенка и его теплого округлого подбородка.