Счастливый билет - Маурин Ли

Несмотря на предчувствия, Лиза едва не упала в обморок.

— Значит, доктор, у меня не осталось никакой надежды зачать ребенка? — прошептала она.

— Это будет настоящим чудом, — сухо отрезал он, и его лицо не выражало ни малейшего сочувствия. — Очень жаль, потому что в остальном вы — исключительно здоровая женщина.

Потрясение, которое Лиза испытала в тот день, не поблекло со временем. Она вытерлась насухо и принялась одеваться. Она в который раз ощутила приступ холодного гнева на отца из-за того, что он с ней так обошелся. Лиза никому не рассказывала о своем визите к врачу, даже Басби.

Набросив кремовую шелковую сорочку, она присела к туалетному столику и слегка подвела глаза черным карандашом, нанесла на веки золотистые тени и прошлась кисточкой по длинным ресницам, загибая их кверху. Лиза по-прежнему не пользовалась пудрой и румянами, но накрасила губы ярко-красной помадой, придав им четкий контур жесткой кисточкой. Закрепив волосы кремовой лентой, она расчесала недавно подстриженную челку, после чего встала, чтобы взглянуть на себя в полный рост в зеркале.

Сомнений не было: несмотря на отсутствие морщин и складок, она выглядела как зрелая женщина, что, впрочем, лишь добавляло очарования ее броской красоте. В глазах пряталась печаль, которая, как была уверена Лиза, появилась там только после того, как она узнала, что никогда не сможет иметь детей. Вчера Басби сказал ей:

— Ты похожа на розу, для которой наступил самый прекрасный момент цветения.

Лиза с негодованием ответила:

— Я не желаю быть похожей на розу, большое тебе спасибо. Это означает, что в любую минуту мои лепестки могут осыпаться и я превращусь в уродливый голый стебель с шипами. Уж лучше я останусь старой крапивой, которая никогда не умирает. По крайней мере я так думаю.

— Я всего лишь хотел сделать тебе комплимент, — сказал Басби голосом маленького мальчика.

— Обойдусь и без комплиментов. — Лиза швырнула в него диванную подушку, он поймал ее и бросил обратно, а потом ухватил жену за талию и усадил себе на колени.

— Смотри, а то я перестану говорить тебе комплименты, — пригрозил Басби.

— Нет, не перестанешь. — Лиза поудобнее устроилась в его объятиях. — Ты просто не можешь не быть милым со всеми. За исключением тех случаев, когда снимаешь кино, — добавила она в раздумье. — Тогда Чингисхан мог бы поучиться у тебя грубости.

Спустя несколько минут Басби сказал:

— Знаешь, еще никогда я не был так счастлив. У меня есть ты, есть деньги на съемку «Сладкой мечты» и есть Джек Кеннеди в Белом доме. Мир прекрасен. — Он говорил так, словно Кеннеди был избран президентом только благодаря его личным усилиям.

— Давай сделаем паузу и запомним этот момент на всю оставшуюся жизнь, — предложила Лиза. — Момент, когда мир был прекрасен для Басби Ван Долена.

Он быстро взглянул на нее.

— А разве он не прекрасен для Лизы Анжелис?

Лиза поцеловала его.

— Почти, — негромко ответила она. — Почти прекрасен.

Перед тем как покинуть отельный номер, Лиза огляделась по сторонам, проверяя, не забыли ли они чего-нибудь. Карл собирался в такой спешке. Но нет, комната была пуста. Если ей удастся поймать такси, то она приедет на студию как раз вовремя.

Действие «Сладкой мечты» разворачивалось в 30-е годы. Мэгги Нестор где-то раздобыла журналы мод тех времен, и теперь гардероб Лизы состоял из облегающих костюмов и вечерних платьев, которые выгодно подчеркивали ее стройную, изящную фигуру.

— Я вшила сюда «молнию», хотя на самом деле тут должны быть крючки и петли. Как вы думаете, он заметит? — спросила Мэгги.

Лиза пыталась влезть в платье, сшитое из черного кружева и бежевого шелка и украшенное блестками.

Мэгги была некрасивой пухленькой женщиной, покупавшей свои наряды в сети розничных магазинов по почтовым каталогам.

«Он» означало «Басби-чудовище».

— Даже не знаю, что и сказать, — осторожно ответила Лиза, вспоминая, как ее супруг пришел в ярость на съемках «Куста сирени», обнаружив на съемочной площадке газету за вчерашнее число. — Но я постараюсь не поворачиваться к нему левым боком. На всякий случай. — Она с трудом дошла до зеркала. — Мне вновь придется учиться ходить в этих узких юбках.

— Вам следует семенить, а не шагать, — заметила Мэгги, а потом с благодарностью добавила: — Как хорошо, что мне не нужно все это носить.

— Вот это да! — вырвалось у Лизы. — Я выгляжу так, словно под этим платьем у меня ничего нет.

— В том-то и соль, — сказала Мэгги. — Она надевает его на бал у мэра. Вызывает настоящий шок — я читала сценарий. А дома ходит почти голая. Вы уже видели эти ночные сорочки и все прочее?

— Вот это да! — вновь воскликнула Лиза, когда Мэгги жестом показала на полудюжину прозрачных одеяний, висящих на стене. — Похоже на нейлон. Его тогда уже изобрели?

— Они сшиты из крепа или шелка. Мне пришлось изрядно попотеть, чтобы разыскать их. Взгляните вот на это. — Мэгги сняла с крючка черный полупрозрачный пеньюар. — Мне повезло: я купила его на блошином рынке. Большая часть отделки оторвалась, поэтому мне пришлось заменить ее перьями. Если вам будет щекотно, валите все на меня.

— С таким же успехом я могла бы надеть стеклянное платье, — сказала Лиза.

— Да, здесь вам не удастся скрыть ни одного достоинства вашей фигуры, — согласилась Мэгги. — Эта картина станет головной болью для цензоров. Я, например, еще не видела фильма, в котором было бы столько обнаженного тела. Басби здорово рискует.

— Он всегда рискует, — заметила Лиза, держа пеньюар на вытянутых руках.

Мэгги во все глаза смотрела на нее, и на ее лице читалось недоумение.

— Уму непостижимо, как вы, актрисы, можете носить такие вещи на глазах у сугубо мужской съемочной группы, — сказала она. Потом улыбнулась и добавила: — Правда, если бы у меня была такая фигура, как у вас, пожалуй, я бы тоже не отказалась выставить ее на всеобщее обозрение.

Съемки «Сладкой мечты» и впрямь походили на сон. Басби говорил, что еще ни одна картина не давалась ему так легко.

Лиза играла красивую, но недалекую женщину, которая вносит хаос в жизнь четырех влиятельных мужчин, сделавших ее своей любовницей. Реплик у нее было немного.

— Тебе не нужно ничего говорить, за тебя это делает твое тело, — заявил ей Басби.

Впервые Лиза понимала без слов, чего он от нее хочет. Роль была написана специально для нее, да и вообще весь фильм строился вокруг ее героини, Касси Ройяль.

— Ты олицетворяешь собой все, что мужчина хочет видеть в женщине, — сказал Басби, — и то, какой женщина хочет быть.

И Касси Ройяль, не обращая внимания на членов съемочной группы, завлекала любовников в свою постель, стоя в дверном проеме в прозрачном черном пеньюаре, под которым ничего не было, соблазнительно поглаживая ладонями стройные бедра.