Ну разве она не милашка? - Сьюзен Элизабет Филлипс

— Угу.

— Не было никакой конференции. Мы сняли гостиничный номер в Мемфисе и провели уик-энд, играя в секс-рабов.

Это было ложью, но такой реакции она даже не ожидала.

— Ах ты, распутница!

— Секс-рабы?

— У вас были наручники и все такое?

— Все, — кивнула Уинни.

Шугар Бет явно не поверила, но, как преданная сестра, держала рот на замке, что заставило Уинни еще раз осознать, как хорошо, что они наконец помирились.

— У нее слезы на глазах, — подметила Мэрилин. — Наверное, чертовски веселый был уик-энд!

— Незабываемый, — улыбнулась Уинни сестре.

Та ответила улыбкой.

— Даже в моей жизни не было уик-энда с секс-рабами!

— Не пора зажигать священные свечи? — встрепенулась Уинни, пока новая волна воспоминаний не захлестнула ее подруг.

— Не совсем, — покачала головой Шугар Бет, многозначительно поднимая брови. — Еще одно…

— Нет! — завопила Эми, вскакивая. — Этого мы делать не будем!

— Придется. Иначе Уинни никогда не станет настоящей «Сивиллой».

— О Господи… — пробормотала Мэрилин и, откинув голову, расхохоталась.

— Не следовало мне так много есть, — простонала Линн.

— Только никому не говорите, — попросила Хейди. — Сами знаете, как свекровь меня ненавидит. Если она пронюхает, мне несдобровать.

— Да о чем вы? — спросила Уинни, совсем не уверенная, что хочет услышать ответ.

Несколько минут вся компания молчала.

— Мы должны раздеться догола и три раза обойти Френчменз-Брайд, — прошептала затем Эми.

Уинни, не веря собственным ушам, вытаращилась на подруг:

— Сочиняете!

— Хотелось бы! — хмыкнула Линн.

— Чистая правда, — поклялась Эми. — Каждый раз, когда кто-то новый вступал в клуб…

— Что, к счастью, случалось не так уж часто, — вставила Мэрилин.

— …мы ждали ночи, когда Дидди разрешала нам переночевать во Френчменз-Брайд.

— Предпочтительно летом, чтобы можно было лечь на веранде, — добавила Хейди.

— Как только Дидди и Гриффин засыпали, — продолжала Эми, — мы раздевались и бегали голышом вокруг дома.

— А я ничего об этом не слышала, — удивилась Уинни.

— Это была наша лучшая тайна.

— Наша единственная тайна, — сухо поправила Линн.

— Даже мальчишки не знали.

— Но солнце только что село, — возразила Уинни. — И на улице даже шестидесяти градусов[28]нет!

— Значит, придется бегать быстрее, — ухмыльнулась Шугар Бет.

Последовали дебаты о сроках и условиях, но в конце концов они все же сделали одну уступку зрелости: согласились, что туфли снимать не будут.

— Знала же, что нужно выбросить эти вшивые трусики, — пропыхтела Линн, сбрасывая одежду.

— Кто-нибудь, проверьте, выключен ли свет.

— Я коплю на липосакцию, клянусь! Честное слово!

— Мне больше нравилось, когда мы ненавидели Шугар Бет. Только взгляните на ее ноги!

— Господи Боже, ну и засос у Уинни!

Голые хихикающие женщины собрались у задней двери.

— Готовы? — спросила Мэрилин.

— Готовы! — хором ответили остальные.

Шугар Бет схватилась за ручку и распахнула дверь.

— «Сивиллы» навсегда! — провозгласила она. И они выпорхнули из дома.

Незапланированная ночная прогулка привела Райана и Джи-джи в конец Мокингберд-лейн. Добравшись до тропинки, ведущей к Френчменз-Брайд, они одновременно остановились как вкопанные.

К Джи-джи первой вернулся дар речи:

— Как по-твоему, они все рехнулись, или что?

— Похоже, что рехнулись.

Несколько секунд оба молчали, потом Джи-джи затрясло от ужаса.

— Не смотри, папа, — выпалила она.

— Солнышко, да я не пропустил бы это и за миллион!

До них донеслись пронзительные смешки… проклятие… шипение. Женщины исчезли за домом.

— Если ребята в школе узнают об этом, — процедила Джи-джи, — я домой не вернусь. Даю слово.

— Покинем город вместе.

— Ничего подобного не было, пока Шугар Бет не появилась!

— Если она останется, будет еще хуже.

— Но я все же не хочу, чтобы она уезжала.

Райан сжал плечо дочери:

— Я тоже.

Джи-джи тихо ахнула, когда с другой стороны дома возникла все та же процессия, на этот раз во главе с Уинни.

— Какой позор!

— Самое печальное в том, что они наверняка не пили ни капли спиртного.

— А я-то думала, что у меня идеальная мама.

— Ничего не поделать, дорогая. Южанки рождаются с геном безумия.

— Только не я.

Райан вздохнул:

— Рано или поздно и ты последуешь их примеру.

В этот момент с тихим шелестом включились автоматические разбрызгиватели, и женщины дружно завизжали.

— Я больше не могу смотреть.

Райан прижал к груди голову дочери и улыбнулся.

— Утром мы притворимся, что все это было дурным сном.

Шугар Бет выключила будильник. Сегодня вторник, день, когда она собиралась навсегда уехать из Парриша. Она повернула голову на подушке Колина, вдохнула знакомый запах и помолилась, чтобы он вернулся до того, как придется сменить простыни. Тоска одолевала ее, но Шугар Бет отважно боролась с ней, вспоминая прошлую ночь и «Сивилл». Уинни подарила ей бесценный подарок, и какое же это счастье!

Кое-как ей удалось стащить себя с постели — нелегкая задача в эти дни. Одевшись, она поехала в магазин.

— А я думала, ты вещи складываешь, — удивилась Джуэл, когда Шугар Бет вручила ей плюшку с голубикой, которую намеревалась съесть сама, но не нашла в себе сил даже откусить.

— Временное изменение в планах. Я, пожалуй, немного задержусь.

Крошечное лицо Джуэл просветлело.

— Правда?

Шугар Бет кивнула и сообщила последние события.

— Он уехал? Вот так взял и уехал? — яростно прошипела Джуэл.

— Вот так, — кивнула Шугар Бет, несколько утешенная сочувствием подруги.

— И что собираешься делать?

— Продолжаю его разыскивать.