Я его достану! - Алина Ланская

Андрияш начал нервно крутить в руках бокал: первый признак того, что сейчас будет врать.

— Здесь больше свободы обещают, хорошее финансирование. Это во-первых. Во-вторых, хочу немного передохнуть. Перезагрузиться. Ну и ты под боком. Тоже немаловажно.

— А еще здесь Лада.

— Здесь Лада.

Я смотрел, как Андрияш помрачнел и залпом допил коньяк. Во-первых, Лада. Во-первых. Ради нее ты и приехал сюда.

— Я здесь не из-за нее. Не беспокойся. Все давно прошло.

— Ага! Прошло.

Я подвинул к себе бутылку. Каждый раз, когда речь заходит о Ладе, ему нужна новая стопка. Точнее, две.

— Да не заморачивайся. Я же не мудак, чтобы снова накосячить. Ты лучше про рыжую скажи. Тоже облажался?

— А ты и рад?

— Хорошая девочка, слишком хорошая для тебя.

Я отвлекся на шумную компанию, которая только что зашла в бар, и через мгновение заметил движение на столе.

— Не надо пытаться меня контролировать, Олежек. — Бутылка пустела на глазах. — Я взрослый мальчик, и это же твой город.

— Давно в обезьяннике не ночевал? Ты же, когда бухой, совсем не соображаешь.

— Ты глянь, какие девочки! — Андрияш громко присвистнул: за соседний стол присели три девахи. — Брюнетка с сиськами моя, если че. Да и шатенку… — Разумовский входил в кондицию. — Слушай, третью тоже заберу. Тебе же не надо? Или как?

— Не надо, забирай. Так зачем ты приезжал днем? Выкладывай, пока не отключился.

— Лысый завтра прилетает, помнишь?

— Ну да. На неделю. Звонил сегодня утром. А что?

— Ты его про Лору не спрашивай. Там все очень плохо. Вены пыталась себе вскрыть на прошлой неделе. Надрез сделала крошечный, но крови вокруг налила… Короче, опять мозг ему ебет.

— Понял!

— Бабу ему надо. Нормальную. У твоей рыжей нет никого на примете?

Хороший вопрос… Я никогда не задумывался о ее друзьях. Они вообще есть у Василисы? Или только одна работа и я? Точнее, я и ее работа. Должен же кто-то быть, она общительная девочка. А еще родители… Вот с ними точно пора уже познакомиться. Ужин? На следующей неделе? Да, пожалуй.

— О чем задумался? Подружек ее перебираешь? Мой тебе совет: если хочешь ее сохранить, не знакомь их с Яношем. — Язык у Разумовского начал заплетаться, я не сразу понял, о чем речь.

— Подруг Василисы я, честно говоря, не знаю. Мы не так много проводим вместе времени, как хотелось бы. Но этот пробел я восполню.

— Романтический Новый год вдвоем со всеми вытекающими? — Андрияш невесело усмехнулся и уставился на пустую рюмку. — Завидую. Но я бы с одной никогда не смог. Она у тебя надолго?

— Очень. Не смотри в ее сторону. Даже в шутку.

— А что сделаешь? Глотку перегрызешь?

— Кастрирую.

Пьяная улыбка исчезла с лица.

Когда Андрияш позвонил и сказал, что хочет обосноваться в городе, я не поверил. Редкостный придурок, начисто лишенный тормозов, обладал научным складом ума и к своим тридцати годам уже успел защититься, выпустить несколько монографий, с успехом читать собственный курс, вести фундаментальные исследования. А еще завести роман с женой одного из проректоров своего бывшего вуза. И одновременно спать с тремя своими студентками. Скандал был знатный. Даже до меня слухи долетели.

— Любишь ее?

— Люблю. Но тебя это не касается. В общем, не лезь к ней в подружки. А что ты про Яноша говорил? Я не понял.

— Сказал, чтобы Василису свою предупредил, если у нее подружки есть.

— Ты хочешь брата сюда зазвать? — До меня наконец начало доходить. — Зачем? Он не поедет сюда.

— А кто его слушать будет? Засранец совсем страх потерял. Мама переживает.

Это единственная женщина, которая может похвастаться, что Андрияш Разумовский любит ее верной всепоглощающей любовью и ни разу не изменял. Также это означало, что младшего Разумовского вот-вот скрутят в бараний рог. Если еще не скрутили. Распиздяй по жизни, Андрияш всегда чересчур ответственно относился к своим обязанностям старшего брата. А еще больше к правам. Так что Янош может и правда здесь оказаться.

— Что натворил?

— Учиться не хочет, гаденыш. С первого курса может вылететь. Это же каким надо быть дебилом, чтобы завалить зачет по латыни! Налей еще. Так почему ты не с феей?

— Фее надо выспаться, у нее был тяжелый день.

— А ты бы не дал?

— Нет.

Он долго молчал, водил пальцем по пустой рюмке. И наконец, спросил о том, ради чего позвонил два часа назад, заставив приехать в этот дешевый бар на краю города:

— У нее все хорошо?

— Да.

Он не удивился, лишь удовлетворенно кивнул головой.

— Парень есть?

— Да.

— У них серьезно?

— Да. Ты зря приехал. Себя не мучай и сотрудников мне не нервируй. У Лады все хорошо, пока тебя нет рядом. Так что подумай, надо ли тебе именно в нашем университете курс читать.

— В жопу себе засунь свои нравоучения! Я здесь не из-за нее. Выдохни и не лезь.

Сбоку что-то замельтешило, и перед глазами появились сиськи брюнетки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Привет, мальчики! Скучаете?

— Да-а-а!

— Нет!

После душного бара улица порадовала морозным свежим воздухом. На часах полночь, она, наверное, уже спит. Боевая девочка. Моя. Но по-другому и быть не могло.

— Олег Константинович… — Саша подошел сзади, я не услышал его шагов. Хотя обычно ему не удается подобраться ко мне близко незамеченным. Все-таки давно вместе работаем.

— Пригляди за Андрияшем. Чтобы не вляпался, — ответил я, не обернувшись на охранника. — Я домой. Доведи его до гостиницы. И шлюх проверь, они мне не понравились. Еще накачают идиота…

Сволочь эгоистичная, что делаю это, что могу разбудить ее, но сегодня чуть не сдох, когда представил, что не поймет, обидится и уйдет. Она может. Просто не знает об этом. На мое счастье. Как и о том, что я ее никуда не отпущу. Моя девочка.