Тайна античных свитков - Айрис Джоансен

— Еще как из наших, пока не доказано обратное. — Он усмехнулся. — Я так полагаю, ты уже посылаешь проклятия на род Макдафов. Тебе значит лучше быть без роду, без племени, чем членом моей семьи?

— А вы воображали, я буду польщена?

— Нет, но хотя бы терпима. Мы не такие пропащие души, и мы уж точно стоим за своих.

— А за меня не надо никому стоять! — Она развернулась и вышла. — Слышите, Макдаф?!

Девушка бросилась назад к конюшне, слыша, как он хохочет ей вслед. Она была обескуражена, шокирована и взбешена. Злость нахлынула внезапно, она сама не понимала ее причину.

Нет, все понятно. Она всю жизнь была сама по себе и гордилась своей независимостью — следствием одиночества. От неожиданного признания Макдафа ей стало не по себе, у нее как будто что-то украли.

Черт бы его взял! Наверняка все придумал, просто чтобы оставить золото у себя, а она чтобы не проговорилась Тревору.

А что она теперь сделает? Что из услышанного она сможет доверить Тревору?

А почему это она вообще собралась что-то от него утаивать?

Конечно, она расскажет ему все. Только не станет ничего говорить про это выдуманное родство с Макдафом. Пусть Тревор сам решает, где искать золото Циры, и не надо создавать у него чувство неловкости, что он запускает лапу в ее семейные сокровища.

У нее одна семья — Ева с Джо. И ей совсем не нужен этот наглец Макдаф с его надменностью и снисходительным тоном.

Нет, тон у него был…

Да что это с ней? Зачем об этом думать? Ей и так не по себе, хватит с нее пока безумных историй.

Она вышла во двор и увидела Тревора.

Бархатные ночи и серебристый рассвет.

Пошел ты, Макдаф! Секс с Тревором великолепен, он удивительный человек и умеет взволновать и ее разум, и ее тело. Чего еще ей надо? Джейн ускорила шаг.

— Мне надо тебе кое-что рассказать. Я нашла письмо Циры, и неудивительно, что Марио не хотел нам говорить, что она…

— И что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил Тревор, выслушав ее рассказ.

— С золотом? Сам решай, — ответила Джейн. — Ты его давно ищешь. Твой друг Пьетро даже за него жизнь положил.

— Кто-то скажет, что оно принадлежит Макдафу, раз это часть его родового богатства.

— Да. А ты что думаешь?

— Я думаю, он его заслужил, если сумеет найти.

— Он так и сказал.

— Проницательный человек. — Тревор сделал паузу. — Если хочешь, я прекращу поиски. Это всего лишь деньги.

— Не говори ерунды. Это же целое состояние! — Джейн повернулась к лестнице. — И ты сам должен решить. Я не собираюсь отвечать за то, что тем или иным образом на тебя повлияла. Мне до смерти надоело брать на себя ответственность.

— А мне надоело ни за что не отвечать. Мы отлично дополняем друг друга, ты не находишь?

Джейн охватила радость, мгновенно сменившаяся настороженностью.

— О чем это ты?

— Ты понимаешь, о чем я. Просто боишься признаться. Что ж, у меня это уже в прошлом. Тебе придется нагонять. Что ты чувствовала, когда решила, что меня разнесло на куски?

Она медленно произнесла:

— Ужас. Испуг. Пустоту.

— Отлично. Уже прогресс. — Тревор взял ее руку и поцеловал ладонь. — Я понимаю, что спешу. Ничего не могу поделать. У меня намного больше опыта, я знаю, чего хочу. Тебе еще до этого расти и расти. Ты даже не знаешь, можно ли верить тому, что у нас есть. — Он улыбнулся. — И моя забота — доказать, что это чувство не пройдет. Ни у меня, ни, я надеюсь, у тебя. Я буду следовать за тобой, как верный пес, и при каждом удобном случае тебя соблазнять, пока ты не решишь, что не можешь без меня жить. — Он снова поцеловал ее ладонь. — Что будешь делать, когда уедешь отсюда?

— Поеду домой, побуду у Евы с Джо. Стану рисовать, отдыхать и забуду все, что связано с этим замком.

— А меня с собой не возьмешь?

Джейн посмотрела. Радость жаркой волной нахлынула вновь, она порывисто и крепко поцеловала его и улыбнулась:

— Дай мне неделю. А потом считай, что ты приглашен.

Через два часа во дворе замка сел вертолет. К ним вышел Макдаф.

— Уезжаете? Надо полагать, Тревор, аренда окончена?

— Пока не решил. Не вздыхай! Мне может потребоваться база, если надумаю искать золото. Замок Макдафа мне очень даже подойдет.

— Или нет. — Шотландец натужно улыбнулся. — В другой раз не жди от меня и моих людей радостной встречи. Тебе может стать здесь неуютно. — Он повернулся к Джейн: — Прощай. Береги себя. Надеюсь, еще увидимся.

— Не увидимся. Я уезжаю к Еве с Джо.

— Вот и правильно. Тебе это необходимо. Я тоже уезжаю. Мне надо вернуться в Айдахо и найти Джока.

— Смотри, как бы тебя Венабл не опередил, — заметил Тревор и стал подниматься по трапу.

Макдаф качнул головой:

— Стоит мне кликнуть — и Джок сам ко мне выйдет, надо только подобраться на необходимое расстояние. А сюда я приехал только затем, чтобы взять Роберта Камерона. Он служил под моим командованием в спецназе. Лучшего помощника не найти.

— Тоже из «ваших людей»? — ехидно спросила Джейн.

— Да. Иногда это бывает очень ценно. — Макдаф собрался уходить. — Скоро сама убедишься.

— Сомневаюсь. Но все равно удачи вам с Джоком! — Она последовала за Тревором, который уже скрылся внутри вертолета.

Макдаф окликнул:

— Я дам тебе знать, как только его найду.

— Откуда у вас уверенность, что я не позвоню Венаблу? Вы делаете меня невольной соучастницей.

Макдаф улыбнулся:

— Ты ему звонить не станешь. Кровь — не вода. Джок ведь один из твоих. Кузен.

— Черта с два! И вам я тоже не родня.

— Родня, и еще какая. Наверняка даже ДНК совпадет. Но дальняя родня. — Он подмигнул и отдал честь. — И слава богу!

Макдаф зашагал к конюшне, а Джейн с досадой смотрела ему вслед. Такой уверенный, наглый и в этом допотопном замке как рыба в воде. У старого Ангуса наверняка был такой же независимый характер.

— Джейн? — Тревор показался в проеме вертолета. Она оторвала взор от упрямого скотта и шагнула на трап.

— Иду!

— Мерзавец! — стиснув зубы, выкрикнула Цира. — Это ты со мной сделал!

— Да. — Антоний поцеловал ей руку. — Простишь меня ?

— Нет! Да. Может быть. — Ее снова пронзила боль, она вскрикнула. — Нет!

— Повитуха клянется, что ребенок вот-вот выйдет. Первые роды часто бывают затяжными. Крепись!

— Креплюсь. Я рожаю уже больше суток, а ты еще говоришь «крепись»? Сам-то вон какой довольный сидишь! Ты себе не представляешь, какая боль! Уйди отсюда, пока я тебя не убила.