Знак - Кристина Вдовкина

Словил себя на том, что рассматриваю оголенные колени.

Было бы правильным, дать Кристин штаны.

Было бы правильным, но я…

Я не сделал этого, так?

Кристин вздохнула, когда в очередной раз свалилась спиной на кровать. Раскрыла глаза, но, убедившись, что все хорошо, вновь закрыла.

Медленно подошел к кровати, скользя по оголенной коже взглядом. Задержался на бедрах. Сглотнул, когда Кристин потянулась, зевая. Футболка приподнялась, но то, что произошло дальше, заставило напрячься. Она перевернулась на живот, подтягивая тело выше, и легла на подушку.

Шумно выдохнул через нос, заставив себя поднять взгляд. И я стоял так, смотря на её волосы. Долго. Молча.

Шорох. Кристин подняла голову, наклоняясь. Посмотрела на меня. Также. Молча. Нахмурился, решая спросить о её чувствах, ведь это то, что не давало мне уснуть по ночам. Убирал руки с груди и подошел к кровати, опустившись на край. Прислонился к спинке кровати и посмотрел на лежащую рядом Кристин. Она в ответ прикрыла глаза.

Только посмей уснуть.

– Что ты чувствуешь ко мне? – мой голос слаб, но я всеми силами пытаюсь сдержать дрожь.

– Чувства – она пустила смешок, а у глаз прорезались мимические морщинки, —чувствую чувства.

Я выгнул брови. Неужели алкоголь разбудил в ней чувство юмора?

Поднял руку, взъерошив волосы, ведь мне нужно было куда-то деть себя, когда я задал следующий вопрос:

– Зачем ты выложила видео?

– Захотела, – ответил на выдохе.

– Может, это сделала не ты? – предположил.

Кристин как-то резко открыла глаза, посмотрев на меня. Перевернулась на спину, подтянувшись ближе на кровати, и села рядом со мной. Ноги поджала, неожиданно громко ударив ладонями по оголенной коже:

– Я. Все сделала я. Кроме поцелуя. Этого хотел ты.

– Ты пьяна, ты не можешь знать хотел я этого или нет, – отвел взгляд.

– А я знаю, – обиженно заворчала.

– Ты ошибаешься, – ответил ей как-то грубо. Неужели я действительно заставляю поверить Кристин в обратное? Да. Даже если я хотел её поцеловать с самой первой встречи, ей не обязательно было знать об этом.

Кристин смотрела в потолок, вздохнув:

– Все равно душно, – коснулась пальцами своего лба, прикрыв глаза, – Голова болит.

Я нахмурился.

– Уже? Кристин, тебе точно нельзя пить, раз твое тело так реагирует.

Копчик начал ныть, поэтому сполз ниже, ложась подобно девушке не подушку. Выпрямился, подняв ноги на кровать. Продолжил смотреть на Кристин. Она кусала губу, опустив глаза. Взяла в руки ткань моей футболки. Потерла её пальцами, и я замер, когда она подняла ткань к лицу. Прикрыла глаза, принюхиваясь.

Прищурился, отводя взгляд от оголенного тела, и действительно с трудом выдавил из себя:

– Просто скажи мне, что ты одна из тех, кто нюхает бензин и клей. Ты токсикоман?

Кристин нехотя открыла глаза, прошептав:

– На ней твой запах.

– Это уже не моя проблема. Сама начала раздеваться, поэтому либо спи в футболке, либо в белье, но тогда я буду в другой комнате, – проворчал я. Это было настоящей пыткой. Кристин моргнула, отвернувшись. Растянула ткань футболки, вновь прикрывая тело и, в частности, бедра. Переплела пальцы в замок и положила их на живот. Взгляд её был какой-то слишком задумчивый для нетрезвого человека.

– Мне нужно идти к Алекс, – прошептала, обреченно вздохнув. Я нахмурился, повернув к ней голову. Наблюдал за тем, как она пыталась выдернуть себя из сна, и у нее это не выходило. Она прикрыла глаза, – я не хочу спать с тобой, – сказала, с трудом повернувшись на бок. Лицом ко мне.

– Почему? – спросил, а низ живота предательски заныл. Неприятно, словно у меня были приступы тошноты и изжоги одновременно.

– Я не хочу надоедать тебе. Ты опять будешь называть меня эгоисткой. Накричишь, – она говорила настолько тихо, что под конец пришлось и вовсе читать по губам. И я не знал, что сказать. Молчал, медленно переведя взгляд на стену. Кристин продолжила издеваться над тканью моей футболки.

Закатил глаза, тяжко, действительно тяжко выдыхая.

– Ты мне не надоедаешь, – прошептал, и дальше, несколько раз запнулся, прежде чем произнести, – и ты не эгоистка. Никогда не была ей.

Глаза Кристин задвигались, под прикрытыми веками. Она нахмурилась, а я замер в ожидании, настолько томительном, что меня покинули все силы.

– Но ты всегда кричишь на меня.

Я промолчал, ведь не кричал на неё так часто. Или кричал?

Да она всегда раздражала меня своей улыбкой. Я мог просто взглянуть на Кристин, и мне уже хотелось придушить её. Чертова счастливица. Это бесило. Она улыбалась, даже когда никто вокруг не разделял её чувств. Стоило оказаться рядом с её счастьем, как меня выворачивало. Неприятно. Я хотел подавить её. Пытался хоть как-то задеть. И поэтому остался в школе, после того как видео оказалось в интернете.

Чтобы разрушить твою жизнь.

Но ты лежишь в моей кровати.

Я хотел стереть твою улыбку.

Но ты уже прикрыла глаза, пробираясь ладонями под подушку.

Хотел причинить тебе боль, ведь ты была первой, кому я доверился.

Но ты уже заснула, так и не дождавшись моего ответа.

Я хотел уничтожить тебя.

Перевернулся на бок, подбираясь ближе к лицу Кристин. Лег напротив нее, слыша тихое сопение.

«Я люблю тебя, Дилан»

Сознание сходило с ума, издеваясь надо мной, в то время как она спала. Кристин была уже не здесь.

И я злился. Так происходило всегда. Мне было плохо, а она улыбалась, с восхищением рассказывая Алекс очередной вещий сон. Я умирал раз за разом, а она смеялась, когда кто-то рядом с неё пускал ни хрена не смешную шутку. Я смотрел на неё и изводил себя. Кристин легко было заставить смеяться. Она смеялась из-за пустяков и это так злило. Мы такие разные, что у меня сводило челюсть, а она тихо сопела напротив меня.

Рассудок затмевала ненависть. Она разъедала внутренности, выводя на поверхность плохие мысли. Кристин вообразила себя маленькой героиней и забрала вину моего отца. А я поверил в это. Ненавижу себя за это. Ненавижу, что усомнился в той, к которой что-то чувствовал.

Да, у меня были к ней чувства. Всегда.

Наклонился, пододвигаясь ближе. Голову положил на свободную половину подушки, напротив Кристин. Я настолько близко, что мог ощутить её дыхание на подбородке. А она дышала. Тихо и размеренно, совсем рядом и это не действовало мне на нервы. Напротив, я успокаивался.

Она вздрогнула, неожиданно раскрыв глаза. Её зрачки как-то обеспокоенно заметались по комнате. Я коснулся пальцем её щеки, немного отодвигаясь. Она замерла. Посмотрела на меня. Долго. Дьявольски мучительно и я не выдержал.