Колдовской вереск - Анна (Нюша) Порохня

Ближе к ночи, сидя в горячей ванне, я все прокручивала в голове неожиданную новость о назначении Рэналфа. Какая бы хорошая пара получилась из него и Гвен… Но да, Торнтон был прав, нельзя так грубо вмешиваться в чужую жизнь. А если сделать это не грубо?

- Как? – вслух произнесла я, глядя на Прошку и Мануса, сидящих у огня. – Что вы думаете по этому поводу?

Прошка запрыгнул на камин, и вдруг рухнул оттуда прямо на обалдевшего от такой наглости пса. Манус прижал кота лапой к полу, зарычал, а потом принялся вылизывать его недовольную морду.

- Да? Вы так думаете? – я вспомнила, как Гвен упала Рэналфу под ноги. А что если провернуть еще раз такой финт? Девушка должна привлечь его внимание, чтобы Рэналф стал замечать ее.

Это ведь не колдовство в прямом понимании! Я не собиралась привораживать кого-то из них! Я просто столкну их лбами в надежде, что от такого близкого контакта вспыхнет искра.

Глава 71

Глава 71

Рэналф ехал по пустоши и думал о том, как ему удивительно повезло. Его совершенно не интересовало, почему Асгалл Нэрн отказался от должности, но он был благодарен ему за такой шанс. Граф будет изумлен, когда узнает такую новость и Рэналф даже улыбнулся, представив лицо друга.

Он остановил коня под большим, раскидистым каштаном и спрыгнул на землю. После долгого пути хотелось немного посидеть на траве, прислушиваясь к шороху желтой листвы. День выдался погожим, светило солнце, а легкий ветерок был на удивление теплым. Осень не спешила покидать эти красивые места, сохраняя золото и багрянец в конце октября.

Рэналф достал из седельной сумки флягу с вином и присел, опершись спиной о шершавый ствол. Сделав глоток, он вдруг услышал странный звук, доносящийся откуда-то сверху. Какая-то большая птица прячется в кроне каштана? Рэналф снова погрузился в свои мысли, но шорох снова заставил его поднять голову. Что это? Башмак?

Это действительно был башмак, надетый на чью-то ногу, свисающую вниз. Кто-то сидел на дереве и явно не собиралась обнаруживать свое присутствие. Только он собрался обратиться к незнакомцу, прячущемуся в ветвях, как что-то довольно увесиситое стукнуло его по лбу.

- Черт! – взревел Рэналф, хватаясь за голову. – О, чееерт!

Он посмотрел вверх и обнаружил, что нога с башмаком исчезла, похоже, ее обладатель подтянул свою конечность выше.

- А ну слазь с дерева! – рявкнул Рэналф, осматривая землю вокруг. – Немедленно!

В траве лежал крупный каштан, который видимо и отскочил от его лба. Шутник!

Но никто не собирался спускаться, что разозлило Ларнаха еще больше.

- Я не стану повторять дважды! Спускайся с дерева, кем бы ты ни был!

Он поднял каштан и швырнул его в крону дерева со всей силы, на которую был способен. Раздался какой-то странный звук, похожий на хрюканье, а потом на Рэналфа посыпался целый град из каштанов. Следом за ними на него упала корзинка и словно нелепая большая шляпа прикрыла глаза.

- Ну, все! – взревел он, сняв ее с головы. – Сейчас я сам сниму тебя!

Ларнах швырнул корзину в то место, где минуту назад виднелась нога, ожидая всего что угодно, но только не падающее на него тело. Оно сбило его с ног, и они завалились под дерево.

Рэналфу показалось, что все его кости трещат от напряжения, а дыхания не хватает. Да что же это такое?! Он распахнул глаза и обнаружил, что его нос находится между чьих-то белоснежных грудей. Это было бы даже, наверное, приятно в другой ситуации, но не сейчас. Ларнах перекатился, подминая под себя девицу, и с изумлением увидел красное от смущения лицо Гвен Огилви.

- Вы преследуете меня? – процедил он. – То стаскиваите с меня штаны, то душите своей грудью! Чего мне ожидать от вас в следующий раз?!

- Я просто собирала каштаны! – высоким, надрывным голосом произнесла девушка. – Просто собирала каштаны! Откуда я могла знать, что вас принесет именно под это дерево?!

- Следите за языком, леди. – Рэналф выгнул шею, разглядывая ее оголенные ноги. – О Боже… у вас на панталонах вышивка! Да вы соблазнительница, Гвен Огилви…

- Слезьте с меня! – девушка покраснела еще сильнее, ерзая под ним. – Сейчас же!

- Вы думаете, мне это доставляет удовольствие? – хмыкнул он, поднимаясь на ноги. – Подо мной лежали куда более красивые дамы.

- Фу, как это гадко! – воскликнула девушка, поправляя платье. – В вас нет ничего благородного!

- Девица, лазающая по деревьям, тоже выглядит не очень благородно. – Ларнах веселился, глядя, как она злится. – Ваш батюшка знает о том, как вы проводите время?

- В этом нет ничего плохого! – Гвен подняла корзинку. – Ничего!

Она зашагала прочь, возмущенно бурча себе под нос, а Рэналф смотрел ей вслед и думал, что девушка хорошо сложена. У нее были широкие бедра, узкая талия и хрупкие плечи…

- Леди Гвен! – крикнул он с улыбкой. – Вы красивая девица!

Она посмотрела на него через плечо и прибавила шаг.

* * *

Я медленно шла в тишине застывшей природы, не ощущая присутствия охраны, неотступно следующей за мной. Осень немного задержалась в своей золотой поре, и лесные тропы казались желтыми коридорами, а вода у берега озера была усыпана багряными листьями. Деревья еще не сбросили полностью весь наряд, лишь большой дуб раньше всех обнажил свои сухие ветви, будто спешил подготовиться к зиме.

Перед праздником по полям шли стада домашнего скота. Самайн был окончанием пастбищного сезона и его в конце октября возвращали обратно в стойло. Часть уходила на сохранение на зиму и, конечно же, на убой к массовым гуляниям. Ведь в этот праздник, как и в остальные, собирались все – и простой народ и вожди кланов. Граф тоже намеревался устроить пир с танцами, ряжеными и обязательно с дарами крестьянам.

Но самым прекрасным обычаем Самайна был ритуал разжигание чистого огня - от камней или трения. Этот новый огонь люди потом разносили по своим домам. Светильники, очаги, костры во дворах – должны быть погашены, чтобы вновь быть зажженными