Преследуя Аделайн - Х. Д. Карлтон

Я втягиваю его нижнюю губу в свой рот, теряясь в его вкусе. Ощущение его губ против моих.

Осознав, что я делаю, я отпускаю его губы, пытаясь отстраниться от него. Его рот — это наркотик, и, как и настоящий, он заставляет меня принимать невероятно глупые решения.

Он не отпускает меня и вместо этого возвращает свои чувства. Засасывает мою губу в рот и делает резкий укус. Я задыхаюсь от боли, предоставляя ему доступ и позволяя ему проникнуть в мой рот.

Моя киска отвечает ему тем же, пульсируя от ощущения его языка. Воспоминания нахлынули на меня, я вспомнила, как этот язык скользил по моему клитору.

Непроизвольный стон вырывается наружу, и в тот момент, когда он чувствует предательство моего тела, его поцелуй становится яростным.

Он полностью поглощает меня, посасывая и облизывая мои губы и язык так, как я никогда не испытывала. Я бессильна остановить его, так же как и бороться с ним.

Еще один рык вырывается из моего рта — единственное предупреждение о его следующем движении. Он хватает меня за талию и поворачивает к зеркалу, прижимая меня к прохладному стеклу своим телом.

— Какая хорошая, блядь, девочка, — хвалит он мой рот, прежде чем обхватить мои распухшие губы еще одним поцелуем.

Задыхаясь, я отвожу голову, втягивая драгоценный кислород. Он зажимает мои щеки между своими большими ладонями и рычит на меня.

— Дай мне эти гребаные губы, — рычит он, проталкивая свой язык обратно в мой рот.

Мои руки вклиниваются между нашими телами, путешествуя вверх по его животу, покрытому мускулами, к его твердой груди. Я грубо отталкиваю его, и наши губы расходятся с громким шлепком.

— Подожди, остановись, — задыхаюсь я, мой разум затуманен и дезорганизован.

— Что я сказал? — резко требует он. Его непохожие глаза ловят мой взгляд в наркотическом плену. Трудно отвести взгляд, когда мне кажется, что я смотрю в глаза хищника.

Он и есть хищник.

— Что? — Я дышу, голова все еще кружится от поцелуя.

— Если я поймаю тебя, то трахну тебя, — повторяет он медленно.

Я открываю рот, но слова выходят медленно.

— Ты не трахнешь меня, — отказываюсь я, сильнее прижимаясь к его груди.

Его губы шепчут по моей щеке, проводят вдоль линии челюсти, а затем опускаются к шее.

— Потому что ты боишься, что тебе это слишком понравится, — заключает он и резко щиплет меня за шею. Моя спина выгибается, по коже бегут мурашки от холода. — Потому что ты знаешь, что станешь такой же зависимой, как я.

— Нет, — отрицаю я шепотом. — Потому что я не хочу этого.

Он поднимает голову, на его губах играет знакомая ухмылка.

— Итак, ты собираешься быть моей плохой девочкой сегодня вечером? Лги мне в лицо и делай вид, что твоя киска не болит от желания наполниться моим членом.

Я чувствую, как кровь приливает к моим щекам, смесь гнева и смущения.

— Не все должно сводиться к физическому влечению, — наконец отвечаю я. — Может, мое тело и хочет тебя, но вот здесь, — я постучала пальцем по виску, — нет.

Он медленно кивает головой, его глаза в задумчивости скользят по моему лицу. Он делает шаг назад, оставляя меня опустошенной и холодной.

Это ощущение похоже на черный саван, закрывающий солнце в жаркий летний день — просто внезапный, леденящий до костей холод.

Он хватает меня за руку и оттаскивает от зеркала. Он вертит меня, пока я не смотрю на бесчисленные отражения, которые окружают нас, повторяя наш образ со всех сторон.

Я смотрю на него через зеркало. Он снова прижимается своим телом к моему, его тепло снова проникает в мои поры. Мой взгляд останавливается на одном зеркале, наши глаза сталкиваются через стекло.

Медленно он наклоняется, пока его рот не оказывается прямо у моего уха, его глаза не отрываются от моих.

— Хочешь знать, почему я люблю зеркальный дом? — прошептал он мне на ухо, вызывая искры во всех моих нервных окончаниях. Его голос полон темных обещаний и опасных начинаний.

Я тяжело сглатываю.

— Почему? — шепчу я.

— Оглянись вокруг, — мягко приказывает он. Я нерешительно отвожу взгляд от его глаз и провожу взглядом по десяткам зеркал. — То, что ты сейчас видишь, я вижу каждый день. Не важно, как далеко я убегаю, как сильно я пытаюсь убежать от тебя — ты везде, куда бы я ни пошел. Ты — все, что я вижу. Любить тебя — все равно что оказаться в зеркальном доме, мышонок. И я никогда не чувствовал себя так дома, когда был так потерян в тебе.

Мое дыхание сбилось, мои глаза вернулись к его глазам.

Мое сердце споткнулось и упало вниз по лестнице в ту секунду, когда слово «любовь» прозвучало из его уст. Слово, которое он произнес так непринужденно, что я не уверена, признание это или нет.

— Я не думаю, что ты знаешь, что такое любовь, — шепчу я.

Он хмыкает от удовольствия.

— Я не думаю, что кто-то знает, детка. Любовь — это загадка, и она переосмысливается каждый раз, когда кто-то говорит об этом.

Я хмурюсь. Все, что я чувствую, это разочарование. Не из-за того, что он сказал, а из-за того, как чертовски легко ему удалось достичь того, что он задумал.

Как он и хотел, безрассудное, импульсивное чувство поглощает меня. Все, что я хочу сделать, это позволить ему обладать мной. Так много ночей, когда он пробирался в мою постель и пользовался моей слабостью — будь то слабость моего тела или мозга — он использовал это против меня снова и снова. Но он никогда не доводил дело до конца, и каждая частичка моего существа ждала этого момента. Предвкушала его.

Я умираю от желания отказать ему, но мне приходится бороться со своим телом, чтобы не повернуться и не втянуть его в себя.

Может быть, только в этот раз…

Я прикусываю губу, перекатывая ушибленную и поврежденную губу между зубами.

Он внимательно наблюдает за мной, изучая каждое движение, словно пытаясь понять мертвый язык, скрытый в линиях моего тела.

— Ты говоришь это только потому, что думаешь, что это сработает? — спрашиваю я, мой голос хриплый и неровный.

Его рот все еще наклонен к моему уху, а глаза смотрят на меня. Медленно, он качает головой, его лицо сурово, а взгляд напряжен.

— Ты говоришь правду? — Я настаиваю, мой голос дрожит от отчаяния, что он просто солжет и скажет мне «нет».

— Да, Аделайн, — шепчет он.

Я закрываю глаза, смирение просачивается из моих пор. Почувствовав перемену, он проводит рукой по