Высматривая путь. Том II - Борчанинов

Ленка и Ивонна громко рассмеялись, уперев руки в бока.

— Во чудная вы, госпожа травница, — начиная икать со смеху, заговорила корчмарка. — Академии ваши… Осенфурты… Редания с магией. Вы в Пацыкивке. Сюда академии и магия не дошли и не скоро дойдут.

— Я уж вижу, — нахмурилась Дера и посеменила в сторону веток, стараясь напрягать бедра. — Хватит хохотать, доставайте киноварь, а я за книгой схожу. Там друидские обереги описаны. А вы, — она обхватила руками ветки и с трудом подняла их, нахмурившись от того, что из нее опять полилось. — Подготовьте тимьян чтобы окурить всю корчму.

— Стало быть, вам кадильницу соорудить? — хмыкнула Ивонна.

— Стало быть ее самую, — отозвалась Фредерика.

А как дождалась, пока Ленка с Ивонной закивают, коротко вздохнула, морально готовясь снова перешагивать покойников, и вышла из каморки.

Ветер, в это время, поднялся нешуточный. Но Эскелю холодно не было. Медальон уже заколебал до такой степени, что хотелось содрать его с шеи и спрятать поглубже в сумку. От ножен уже вспотела ладонь, и, если бы не крепкий, выработанный годами хват, они бы уже давно выпали из руки. Тишина вокруг почему-то не нервировала. Наоборот, было проще прислушиваться. Более того, он уже давно знал, что за ним следят. Ошиваются по кустам, издают специфические звуки, и видать выжидают пока он расслабится. Вот только расслабляться ведьмак не планировал. А как добрался, наконец, до улицы, на которой шумела свадьба, то замер и внимательно осмотрелся. Под стол кто-то юркнул, так как скатерть странно дернулась, и явно не от дуновения ветра. Вдобавок, он определенно и точно заметил чей-то длинный хвост. С тихим скрежетом вытащив из ножен меч, Эскель привычным движением провернул в пальцах рукоять, берясь обратным хватом, и двинулся ближе к столам. Странным было то, что тел по дороге он встретил очень мало. И тут, в месте массового гулянья, тоже не шибко много обнаружилось покойников. Два-три тела — не более. Это определенно радовало, но вместе с тем и смущало. Значит местные уже приноровились быстро хватать ноги в руки и бежать по хатам, а это говорит о том, что такие нападки нечисти — не редкое явление в этих краях, как он и предполагал. Но, видать те, что были попьянее не были столь прыткими. Как в постоялом дворе, например, ведь на свежем воздухе, да еще и с танцами, пьянеешь не так быстро.

Где искать старосту, ведьмак и не представлял. Потому, принял решение, исходя из своего опыта, искать самую вычурную хату. Обычно местные властители любили как-то обозначить свое жилище: расписывали стены или оконные рамы, вешали какие-то украшения на крышу или тын и все в таком роде. Да и всегда дома старост или войтов выглядели хорошо. Возле них паслась откормленная скотина, а двор был подметен на совесть. Благо, что похожая хата оказалась практически перед носом. Добротные стены, недавно перекрытая свежей соломой крыша и гребаные расписанные красными цветами ставни. Да уж, за столько-то лет глупо было ожидать чего-то из ряда вон. Да и погода его подгоняла. Ветер все усиливался, норовя пробрать до костей, а небо застлали черные тучи. Воздух заметно потяжелел. Как пить дать — быть грозе.

За тыном мелькнула тень, размером с щуплого кота, не больше, и нырнула за куст калины. Затем что-то зачавкало, похрюкало, а куст затрясся так, будто за ним происходил самый настоящий произвол. Эскель качнул головой и, как ни в чем не бывало, двинулся к хате. За спиной снова прошмыгнула тень и юркнула за тын. Ведьмак только краем глаза подметил как мелькнул кончик длинного хвоста, но предпринимать что-то пока не торопился. Он немного помедлил, так, чисто на всякий случай, чтобы никакая напасть за ним не увязалась и только когда убедился, что никого по близости нет, спрятал меч от греха подальше и постучал кулаком в дверь.

— Хозяева! — прикрикнул он, затем прочистил горло, чутка прокашлялся и позвал еще раз. — Хозяева! Я старосту ищу.

За дверью послышался сдавленный шепот и возня.

— Не открывай, — уловил чуткий ведьмачий слух женский голосок. — Нечисть это, дурит нас. Выманить хочет.

— Никакая я не нечисть. Ведьмак я. Хочу поспрашать, что за бесовщина у вас тут происходит, — терпеливо пояснил Эскель, упираясь рукой в дверной косяк и склоняя голову.

— Не знаем никакого ведьмака! — заговорил уже мужчина.

— Конечно не знаете. Я только сегодня в вашем постоялом дворе остановился. Ивонна у вас там всем заправляет, а еще Ленка помогает ей и Ясмина кашеварит.

— Ивонна? — зашептала женщина. — Боги милостивы, спроси, жива ли она!

— Кхм… — прочистил горло мужик. — Так Ивонна-то, живехонька?

— Живехонька, — усмехнулся Эскель. — Осталась под опекой моей спутницы.

— Чародейки? — ахнула женщина за дверью, и что-то деревянное загремело.

— Нет, она… — он призадумался, как бы обозвать Деру, а когда нужного слова такого, чтобы уж наверняка внушило доверие простому люду, не нашлось, решил вдаться во что-то более привычное. — Травница, ворожейка. Знается с магией, но не магичит, как принято. Защитит и Ленку, и Ивонну от лиха вашего.

— Так, отойди, Власта. Давай-давай, — захлопотал мужик за дверью. — Откроем мастеру. Видать взаправду он ведьмак.

Дверной замок щелкнул раз-другой, а Эскелю только и оставалось что дивиться тому, как это удалось местному раздобыть себе самый настоящий замок, да еще и с ключом. Обычно таким баловались только вельможи, а простой люд подпирал двери чем-то тяжелым. Видать он не ошибся, приняв эту хату за жилище местного старосты. Тем не менее, дверь тихонько скрипнула, открываясь, представляя взору ведьмака перепуганную белокурую женщину, с округлыми и румяными, словно яблочки налитые, щеками и высоченного, худосочного мужичка, который нервно теребил в руке ключ и хмуро смотрел на Эскеля из-под густых бровей. Его взгляд скользнул сразу же к шее, а затем к распахнутому на груди вороту рубахи, из-под которого выглядывал ведьмачий медальон.

— Хм… — мужик потер щетинистый подбородок. — Видать в самом деле ведьмак. Во делы…

— Приветствую, — тот учтиво качнул головой. — Вы староста?

— Я, как есть, я. Радко звать.

— Эскель. Ведьмак. Что за напасть у вас тут завелась, что половина села в покойники записалась, а вторая половина по хатам попряталась?

— Да что вы, мастер, — нервозно хохотнул староста, загородив собой любопытную Власту, что видать приходилась ему женой. — Никакой напасти у нас и в помине нет.

— Тогда чего это пол села выкосило? — ведьмак сощурил глаза, с нескрываемым интересом всматриваясь в лицо Радко.

Не нравился он ему. Хоть тресни — не нравился. Скользкий уж больно был, а таких Эскель очень