Никто, кроме тебя - Яна Дин

Стоящий рядом Даниэль, с довольной ухмылкой почесал подбородок, наблюдая за всем, как за большим и любимым шоу. Он зашагал к Марко. Тот начал ползти назад, при виде того, каким взглядом надвигался на него Даниэль. Он навис над Марко, останавливая любые движения одним рывком за воротник рубашки. Даниэль приблизился к Марко на уровне глаз, и его лицо озарилось совершенно недоброй улыбкой.

– Это тебя за брата, – удар правой пришёлся прямо по корпусу в лицо ублюдка.

Даниэль разбил Марко губу и нос, отчего хлынула кровь. Кажется, на землю полетел даже зуб. После он потянулся к его пальцам. Даниэль поднял их так, чтобы Марко видел.

– А это за мою жену.

Сердце екнуло и наполнилось необъяснимым страхом.

Костяшки хрустнули и поле наполнил истеричный вопль Марко.

Даниэль ломал ему пальцы. Каждый. Чертов. Палец.

А после и руку. Отец бил меня ею. Избивал до потери сознания. Мои страх и травмы только из-за него. Даниэль знал. И он делал это за меня.

– За каждый…, – ещё один палец хрустнул.

Марко извивался под Даниэлем, моля остановиться.

– Чертов, – еще один, – Удар, – и последний палец.

Кожа покрылась мерзкими мурашками от зрелища. Даниэль отступил. Обтряхнул руки и перевел взгляд на стоящего рядом Моро.

– Ну что скажешь, Романо? Как будем расправляться с ним?

– Самым мучительным способом, – криво улыбается Моро, глядя на отца, что уже не мог поднять головы.

Он был достаточно стар и не так силен, как раньше. Даже при большом желании, не мог пойти против стольких.

– Теперь? – поворачивается Даниэль к Марко, – Последнее слово?

Марко поднял взгляд, все ещё не в силах прийти в себя. Но он мог говорить.

– Был бы у меня шанс, я бы сделала это снова! – злобно выкрикнул он, выплевывая кровь изо рта на землю, – Попытался бы вновь, чтобы наконец убить эту суку, – его глаза нашли меня, и внутренности сжались от давнейшей обиды.

Сколько месяцев прошло? Я так давно не слышала такой грязи в свою сторону.

– Она принесла мне одно несчастье, как и ее мать, которая не смогла родить мне наследника, а только нагулять от другого.

– Что это значит? – прошептала в оцепенении, чувствуя, как сердце останавливается от услышанного.

– Хочешь услышать? – дьявольски рассмеялся Марко, – Твоя мать изменила мне! А когда я узнал, было уже поздно. Поздно разбираться с тобой, ведь все думали, что ты моя, но нет! Нет, ты была того ублюдка. Жаль, что я не смог…не смог, – он вздохнул, задыхаясь собственной кровью, – его убить.

– Кто он? – ноль эмоций.

Просто вопрос, на который я должна была найти ответ.

Марко не мой отец. Вот почему он так ненавидел меня. Вот почему призирал. Тогда кто мой настоящий отец? Любил бы он меня?

– Поэтому я ненавидел и твою мать тоже. Знаешь? – проигнорировав мой вопрос продолжил Марко, – Я всегда был рад, что она сгорела там. Я даже благодарен тому, кто сделал это.

Тело залилось свинцом и сжигающей дотла ненавистью. Казалось, будто вот, снова я: маленькая, с глазами полных слез, загнанная в угол, смотрела на отца и как он бил маму. Словно все события и слова Марко до этих пор, всплыли один за другим.

Он заслуживает смерти как никто другой. Теперь не осталось никаких сомнений.

– Я хочу, чтобы он горел, – слова вырвались совершенно самовольно, но я знала, что говорю.

Окружающие явно удивились. Даниэль повернулся ко мне.

– Что ты хочешь? – недоверчиво спросил он.

– Я. Хочу. Чтобы он. Горел!

Желательно в аду.

Но это озвучивать не стала.

– Отличная идея, – спохватился Моро, глядя в мою сторону.

Я посмотрела на мужа сестры, и только сейчас поняла, насколько сильно, пошатнула его смерть Тины. Серые глаза были залиты кровью. Они жаждали мести. В них не осталось ничего живого.

– Ему там самое место, – закончил он, сжав челюсть.

– Габриэль, – повернулся Даниэль к парням, – Найдите спички и бензин.

– У меня есть, – перебил Рицци.

Даниэль и Моро переглянулись, а после подняли Марко с земли и потащили в самый центр пастбища. Прямиком к заброшенной машине. Поплелась за ними, едва перебирая ноги. Горло высохло, я чувствовала, как во рту не остаётся даже слюны. Необъяснимое чувство волнения завладело телом. За мной шли Габриэль и Каир, с верёвкой и бензином в руках от Рицци.

Даниэль открыл скрипучую дверь машины, где даже окон не осталось и толкнул туда Марко.

Он молчал. Знал, что его ждёт. И скольким бы ублюдком не являлся, был ещё и гордым. Но даже это не скрывало его страха в глазах, и мольбу, с которой он взглянул на меня. Но моё сердце словно запечатали со смерти Тины. Последние крупинки ушли вместе с ней. Я не чувствовала. Ни-че-го. Абсолютно.

Даниэль начал мотать верёвку вокруг тела Марко. Закончив, захлопнул дверь и отошел. Моро взял бензин и вылил прямо на Марко, после прошелся по машине. Рицци отдал спички брату и Моро зажег ее, укрывая рукой от ветра. Дальше пачка перешла к Даниэлю. Он проделал то же самое и повернулся ко мне. Сердце бешено пробило пульс, когда посмотрела в его глаза. Они были жестоки, расчётливы и полны мести. Мести, с которой он вошёл в наш дом и заставил меня влюбиться в себя.

Месть. Все было построено на ней. Насколько сильна эта сила? Сила, что убивает и оживляет. В нашем случае она зародила извращенную любовь. Любовь, у которой есть только один конец, и он никак не может быть счастливым.

Зажгла спичку. Моро, я и Даниэль переглянулись. С огнем в руках подошла к Марко, намертво привязанного к сиденью. Наклонилась к нему, внимательно смотря в глаза. Смотря с той детской надеждой, с которой смотрела раньше. В надежде, что он полюбит меня.

– Я всегда мечтала об отце, как оказалось которым ты и не был, – тихо прошептала, смотря в его глаза, – Но я ведь думала наоборот, и успокаивала себя мыслями, что ты мёртв. Так мне было легче смериться с тем, что ты меня не любишь. А ведь я очень этого хотела, пока это желание не перекрыло другое: твоя смерть, – последние два слова, словно яд, вылетели из моих губ.

Я сделала два шага назад, прежде чем закинуть спичку прямиком на Марко. Всполохнулся огонь, разогнавшийся резкой вспышкой. Остальные сделали также.

Крик Марко заполнил каждую частичку тела, как и запах дыма лёгкие. Даниэль оказался совсем рядом, и его рука сжала мою. Мы смотрели как огонь ярким пламенем заполучает каждый дюйм машины и тело Марко скрывалось