Песня ветра - Валери Шервуд

Каролина только фыркнула.

– Последующие события убедили меня в том, что я глубоко ошибся. – Рэй вздохнул. – Это я готов признать.

Значит, в Лондоне Розалия покорила его своими чарами. Значит, здесь, на корабле, они спали на этой постели в капитанской каюте, уютно завтракали, обедали и ужинали за этим столом! Все было так, как и предполагала Каролина, однако его признания привели ее в ярость.

– В моей жизни для тебя больше нет места! – вскричала она. – Отправь меня на берег. Уж как-нибудь я доберусь сама до Америки.

– Если ты в самом деле хочешь поехать в Америку, я отвезу тебя в Тайдуотер, – вдруг сказал Рэй. – Поднимусь по Йорку и высажу тебя в Левел-Грине, или же поднимусь по Джеймс-Ривер к дому Сэнди Рэндолфа. Сейчас прикажу изменить курс.

Рэй направился к двери, но Каролина преградила ему путь.

– Ты знаешь, что в Тайдуотере тебе нельзя появляться! – Ее глаза презрительно сверкнули. – Ты не можешь плавать ни по Йорку, ни по Джеймсу. В тех краях тебя не защитит королевское помилование. Ты мог приехать туда, когда никто тебя не знал. Теперь же тебя все знают, поэтому тут же схватят и вздернут на самом высоком дереве.

– Тем не менее, – беспечно отозвался Рэй, – я не доверю тебя никому и отвезу сам. В Америку так в Америку.

Господи, какой же он упрямец! Каролине хотелось топнуть ногой и осыпать его горькими упреками.

– Ненавижу тебя! – бросила она сквозь зубы.

– Поэтому и спасала мою жизнь? – весело осведомился Рэй.

– Спасать твою жизнь было незачем, поскольку ты обманул меня.

– Но ты этого не знала, когда бросилась грудью на испанские мушкеты, и предполагала, что тебя казнят как сообщницу пиратов. – Рэй улыбнулся.

– Я была не в своем уме, но в другой раз я так не поступлю.

– Надеюсь, нет.

– Конечно же, я лишилась рассудка.

– Несомненно.

– Я не могла допустить, чтобы тебя убили, потому что… потому что когда-то ты так много для меня значил.

– Вот-вот, то же самое я испытывал и по отношению к Розалии. Когда она сказала мне, что ее муж похищен, я решил непременно ей помочь – ведь когда-то Розалия так много для меня значила.

«Проклятие! Его ничем не проймешь».

Каролина дерзко прищурилась:

– Так знай же: я изменяла тебе.

– Увы! – вздохнул Рэй. – Похоже, все женщины изменяли мне. Такая уж, видно, у меня судьба.

– Не сравнивай меня с Розалией! – крикнула Каролина.

– Ладно, не буду. Думаю, у вас обеих были основания покинуть меня. Ты увидела меня с другой женщиной. Розалия полагала, что я умер.

–Неужели ты действительно в это веришь? Убеждена, она отреклась от тебя, узнав, что ты еретик.

– Вполне возможно. Теперь, понимая эту женщину гораздо лучше, я допускаю, что так оно и было.

– .А вот я заслуживала лучшего отношения к себе. – На глазах Каролины выступили слезы.

– Вполне согласен, однако одно обстоятельство отчасти оправдывает меня. Я надеялся уберечь тебя от неприятностей и полагал, что ты спокойно дожидаешься в Эссексе моего возвращения…

– Ты и не собирался возвращаться!..

– Каролина! – Рэй схватил ее за плечи и крепко держал, не позволяя высвободиться. – Я всегда намеревался вернуться, но считал своим долгом оказать помощь Розалии… Каролина! – с глубоким чувством воскликнул он. – Ты даже не представляешь себе, как разрывалось мое сердце, когда мне пришлось оставить тебя в Лондоне. Не можешь вообразить, как я тосковал о тебе во время этого безумного плавания. Будь мне известно, что ты пересекаешь на корабле океан, я непременно отыскал бы тебя. Я отыскал бы тебя в самом аду.

– А что скажешь о Розалии?

– Трудно разжечь угасшее пламя, Каролина. Я понял, что у меня не осталось к ней никаких чувств. Она не та женщина, которую я когда-то знал. Жизнь ожесточила и изменила ее. Прежняя Розалия была юной, неопытной и веселой девушкой.

Ничего этого в ней не осталось. Напрасно я пытался отыскать в Розалии то, что нашел в тебе.

Его слова – а Рэй никогда не говорил так много – тронули ее сердце. Она вдруг отчаянно устыдилась двух ночей, проведенных в объятиях маркиза Солтенхэма.

– Но ведь мы… все погубили, Рэй. – Голос Каролины дрогнул. – Ты изменил мне с Розалией, а я тебе – с Робином. Каковы бы ни были причины, толкнувшие нас на это, нам уже не вернуться к прежнему.

– Вернемся, если забудем прошлое, погребем его здесь, на Азорских островах. Каролина, я был в таком гневе, что едва не убил Солтенхэма, однако за это время все хорошенько обдумал. И понял, что сам виноват во всем. Как только у тебя появился выбор, Каролина, ты сразу же вернулась ко мне. Ты ведь могла сказать, что любишь Солтенхэма, и я бы оставил вас в покое, но ты этого не сказала. Более того, решила пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти мою. Зачем ты все это делала, Каролина, если не любишь меня?

– Я люблю тебя, Рэй, – призналась она. Он хотел обнять ее, но Каролина оттолкнула его. – И все же я считаю, что у нас с тобой нет будущего. Сейчас ты пылко уверяешь, что можешь меня простить, но думаю, это только слова.

– Не могу простить? Но почему? Когда мы познакомились, ты уже не была девственницей, но это не помешало мне полюбить тебя. И все случившееся с тех пор не изменило моих чувств. – Рэй развел руками.

Как объяснить ей, почему он любит ее? Уж конечно, не только за красоту. Нет, Каролина горда, простодушна и непредсказуема. Она наполняет его жизнь светом и радостью. Она верна и надежна, на нее можно положиться. И он глубоко благодарен ей за то, что она делит с ним жизнь и ложе. Даже держать ее в объятиях – величайшее счастье на свете. Нет, всего этого Рэй не может ей сказать.

– Я люблю тебя такой, какая ты есть, Каролина. Ты для меня единственная во всем мире. И я отвезу тебя даже в ад, если ты этого пожелаешь.

Всем телом прильнув к нему, она ощутила, как бьется его сердце под полотняной сорочкой. Каролина уже не надеялась услышать такие слова.

Его губы скользнули по ее лицу, шее, и он повторял:

– Ведь ты же знаешь, Каролина, всегда знала, что я люблю тебя.

Душа ее расцвела, ибо она и в самом деле знала это. Знала всегда, даже в самые тяжелые времена, когда мучилась от злобы и ярости, убежденная в том, что Рэй бросил ее.

Каролина пыталась убежать от своей любви. Но боги, благосклонные к влюбленным, покровительствовали ей. И вернули Рэя.

Наконец-то она там, где ей и надлежит быть, в объятиях любимого человека, и эти объятия обещают ей неизъяснимое блаженство.

– Если я этого и не знала, – шепнула она, с трудом удерживаясь от слез, – то теперь знаю.