Аргентинское танго - Джанет Дейли

— Он всегда легко поддавался настроению, даже когда был ребенком. Но никогда не впадал в такой гнев, как теперь. Думаю, в последнее время он слишком перетрудился. Как только просыпается — сразу же в конюшню и проводит почти все время за тренировкой или игрой. Ты заметил?

— Да.

— Думаю, для него это становится слишком трудным. Всякий из нас может сломаться из-за чрезмерного напряжения. — Лес была встревожена поведением сына и пыталась найти ему оправдание. — Ему нужно немного снизить темп.

За стол села Эмма, и кухарка внесла свежий салат из морских продуктов.

— Кейти, — обратилась к ней Лес, — Роб решил, что он не голоден и не будет есть с нами. Можете унести его прибор.

— Завтра наша новая команда играет дружеский матч против «Блэк-Оук». Ты собираешься прийти и поболеть за нас? — спросил Рауль.

— Конечно, — с вымученной беззаботностью откликнулась Лес, притворяясь, что не произошло ничего особенного.

На следующий день все шло, казалось, как ни в чем не бывало.

Воодушевленный поражением, которое они нанесли команде «Блэк-Оук», выигравшей в прошлом году кубок Кинкейда, Роб смеялся и хлопал по спине товарищей по команде. Лес видела даже, как он схватил за руку Рауля и начал уверять его, что команда выиграла только благодаря умелому руководству капитана.

Рауль молча выслушал его, однако, когда Роб предложил отпраздновать их первую победу вместе с двумя остальными игроками в клубном баре, решительно отказался. Он присоединился к Лес, и они вдвоем пошли на стоянку, где оставили автомобиль.

— Почему ты не захотел пойти с ними? — спросила она.

— Ребята получат гораздо больше удовольствия, если я не буду слушать, как они бахвалятся, — улыбнулся Рауль.

Вокруг его рта залегли усталые складки. Он обнял Лес за плечи, привлек ее к себе, и они зашагали нога в ногу.

— Роб играл очень хорошо, не правда ли?

— Лучше, чем в прошлом…

Когда они проходили мимо теннисных кортов, Лес заметила двух игроков, выходивших из решетчатой ограды с ракетками в руках и полотенцами, висящими на шее. Она сразу же узнала Эндрю, загорелого, мускулистого, одетого в теннисные шорты. И вдруг ощутила слабый приступ ностальгии, нечто вроде горького сожаления. И сама удивилась этому чувству. Она увидела, как он глянул в ее сторону и как шаг его сделался слегка неуверенным, когда пути их пересеклись.

— Здравствуй, Эндрю.

— Лес? Как поживаешь? — Он замолчал и вытер концом полотенца выступившую на лице испарину.

— Просто замечательно, спасибо.

Она уловила во взгляде, который ее бывший муж бросил на Рауля, неодобрение… Или, может быть, это была ревность? Как странно. Он не хочет, чтобы у нее был кто-нибудь другой, хотя сама она ему вовсе не нужна.

— Думаю, ты незнаком с Раулем Букананом, — сказала она. — Рауль, это мой… мой бывший муж Эндрю Томас.

— Я много о вас слышал, мистер Буканан. — Эндрю с бесцеремонным видом пожал Раулю руку. — Дочь рассказала мне, что вы тренируете Роба.

— Тренирую.

— Роб сильно продвинулся вперед, — вмешалась Лес. — Жаль, я не знала, что ты здесь, Эндрю. Они только что сыграли «дружественный» матч с командой Чета Мартина и разбили их в пух и прах. Ты мог бы сам посмотреть, как Роб хорошо теперь играет.

— А где он?

— В баре, празднует победу.

Эндрю глянул в сторону клубного здания.

— Может быть, загляну и поздороваюсь с ним. — Однако в голосе его звучало сомнение. Эндрю знал, что Роб не хочет с ним встречаться.

— Он со временем успокоится, Эндрю. Я в этом уверена.

Лес хотелось сделать что-нибудь, чтобы положить конец этому отчуждению между отцом и сыном. Но Роб становится очень упрямым, когда чувствует, что им пытаются руководить. Вот Триша, та сумела простить родителям их развод — Лес сама в этом убедилась.

— Как твой ребенок? — спросила она.

По лицу Эндрю медленно расползлась улыбка.

— Здоров! Он хороший мальчик.

— Я рада. Большего и желать не надо. — Лес улыбнулась ему со странной нежностью, вызванной сожалением обо всем том, что было между ними и что они потеряли. — Ты, должно быть, торопишься домой, к нему. Приятно было повидать тебя, Эндрю.

— И мне тебя тоже, Лес. — Он на мгновение задержал ее руку, нежно стиснув в своей ладони. Они словно скрепили договор — забыть все плохое. — Береги себя. — Он посмотрел на Рауля. — Заботьтесь о ней. Она замечательная женщина.

Лес смотрела ему вслед и не сразу вспомнила о стоящем рядом Рауле.

— Что бы я ни говорила об Эндрю, он неплохой человек, — сказала она, повернувшись к нему. — Просто мы не подходили друг другу. Вот и все. — Она обняла Рауля за пояс и положила голову ему на плечо. Ей показалось, что даже воздух, которым она дышала, стал свежее и чище. — Пойдем домой, Рауль.

Ночь. Бегущие по темному небу облака то и дело заслоняют луну. Роб свернул на подъездной путь, ведущий к дому. Радио в машине было включено на всю мощь. Роб постукивал ладонями по рулю в такт музыке, его голова и плечи двигались в дерганом ритме.

Дверь гаража стояла распахнутой настежь. Роб, почти не сбавив скорости, влетел в гараж и затормозил машину менее чем в трех дюймах от задней стены. Он чувствовал себя автомобильным гонщиком. Он готов был побиться об заклад с кем угодно, что смог бы заняться и гонками. Они требуют чувства времени, координации и способности рассчитывать скорость и расстояние. Черт побери, все эти качества у него есть. Роб выключил двигатель, заглушил радио и выскочил из машины.

В его голове все еще продолжала звучать музыка, когда он вышел из гаража, вертя на пальце ключи от машины. В доме светились всего несколько окон. Робу он показался безмолвным и мертвым. Он остановился. Вернуться в свою комнату и просто сидеть там — можно ли придумать что-нибудь глупее. После такой игры, после того, как они отшлепали Мартина по заднице, после победы — нет, ни за что. Он чувствовал себя отлично и хотел продлить это ощущение.

Роб ухмыльнулся, подбросил ключи в воздухе, поймал их резким взмахом руки и сунул в карман ветровки. Потом повернулся и пошел к конюшне. Там у него припасено столько зелья, что хватит не на одну неделю. Впрочем, злоупотреблять им он не будет. Он не настолько глуп, чтобы втянуться в марафон и курить дни и ночи напролет. Завтра утром Рауль будет ждать его на тренировочном поле…

«Покурю и пойду домой».

Однако позже, когда Роб начал терять ощущение эйфории, вызванной кокаином, энергия все еще продолжала бурлить в нем. Слишком много энергии, чтобы улечься спать. Он подумал, не следовало ли взять пузырек со снотворным, который предлагал ему Джимми Рей, но затем решил, что был прав, отказавшись. Недоставало еще пристраститься к снотворному, как Джимми. Конечно, конюх стар и нуждается в отдыхе, а ему, Робу, достаточно и пару часиков сна.