Во сне и наяву - Ширли Басби

Ковбои гнали ничего не подозревающих лонгхорнов и мустангов в сторону оврагов. Потом ворота неожиданно закрывались, и животные оказывались в капкане. Поблизости спешно сооружались деревянные загоны, куда предстояло загонять лонгхорнов и мустангов для отбора и кастрации.

В тени ив и акаций у ручья стояло несколько фургонов, а рядом с ними виднелось с пару десятков палаток. На крепкой веревке из сыромятной кожи, натянутой между двумя деревьями, висело с полдюжины седел.

Сара подъехала к лагерю, в котором уже кипела жизнь.

Быстро двигались ковбои, перебрасываясь репликами, люди готовились к новому рабочему дню. Громко ревели быки и ржали лошади. В прохладном утреннем воздухе пахло дымком, свежесваренным кофе и жареным беконом.

Сара глубоко вздохнула и с удовольствием огляделась по сторонам. Ей нравилось бывать в полевом лагере. Она соскочила с Локуэлы, привязала кобылу вместе с другими лошадьми и сердито подумала, что не позволит Янси испортить ей удовольствие от посещения лагеря! И как только он мог додуматься до того, чтобы шпионить за ней!

Не обращая внимания на Кантрелла, неторопливо въехавшего на территорию лагеря, Сара окинула лагерь внимательным взглядом и заметила около одного из костров пьющего кофе Хайрама Барнелла. Она хмуро посмотрела на Янси и с широкой улыбкой решительно двинулась к своему бывшему управляющему.

Если Хайрама и удивила ее ослепительная улыбка, то он не подал виду. После приезда в «Дом голубки» Сара чаще всего обращалась с ним сухо, с подчеркнутой вежливостью. Барнелл встал при ее приближении.

— Доброе утро, Хайрам! — приветливо поздоровалась Сара, подойдя к костру. — Как ваши дела?

Хайрам, ответив на ее приветствие, кивнул на огромный кофейник, стоявший на огне.

— Может быть, кофе? — предложил он. — Немного крепковат, зато только что заварен.

Сара взяла у него кружку, подула на темно-коричневую дымящуюся жидкость и весело сказала:

— В последние дни у нас как-то совсем не было времени, чтобы поговорить… Как вам нравится работа в «Голубке»?

— Знаете, даже больше, чем я рассчитывал, — серьезно ответил Хайрам. — Возиться со скотом совсем не то что выращивать хлопок, чем я занимался всю жизнь. Я сам удивился, когда обнаружил, что мне по душе этот изнурительный труд.

По крайней мере работы здесь непочатый край!

— О, я знаю, знаю! — с пониманием кивнула Сара. — Раньше, когда мы строили планы в «Магнолиевой роще», все казалось так просто. Правда? Ни вы, ни тем более я даже не представляли, как много здесь тяжелой физической работы, от которой не разгибается спина, но которую необходимо выполнять. — Заметив краешком глаза приближающегося мужа, Сара подарила собеседнику ослепительную улыбку и прощебетала:

— Но пока все идет просто замечательно, вы не находите? — Она вовремя прикусила язык, едва не выпалив: «Как раз так, как мы с вами планировали в „Магнолиевой роще“!»

Хайрам растерянно мигал, купаясь в ее обаянии. «Что произошло»? — сразу насторожился он. В последние дни Сара, несомненно, сторонилась его, как зачумленного, но сегодня утром… И только тут он заметил Янси Кантрелла. Увидев его хмурое лицо, Барнелл мгновенно догадался, что придумала Сара. Похоже, в раю для влюбленных очередная ссора, подумал он и злорадно ухмыльнулся. Кажется, удача наконец повернулась к нему лицом. Может, благодаря счастливому стечению обстоятельств он сумеет вернуть расположение Сары, а затем… Хайрам Барнелл улыбнулся Саре и как бы между делом сообщил:

— Сегодня утром мы загоняем очередную партию лонгхорнов. Если хотите, я могу взять вас с собой.

Янси подошел совсем близко к костру и услышал последние слова Барнелла. Естественно, они не улучшили его мрачного настроения, и он еще больше нахмурился. Уж слишком обворожительно Сара улыбалась этому мерзавцу. "Всем своим видом его жена показывала, что ей нравится беседовать с Хайрамом. Костер Хайрама находился на самом краю лагеря, и остальные ковбои не слышали, о чем они тут беседуют. Янси буквально задрожал от злости.

Откуда эта задушевная атмосфера, в которой протекает их беседа? А недавняя ссора по дороге в лагерь только подлила масла в огонь. И тут он с неожиданным испугом понял, что ярость, охватившая его, не что иное, как элементарная ревность! Ведь Сара была его женой, черт побери! И он не собирался разрешать ей строить глазки другому мужчине, да еще такому типу, как Хайрам Барнелл!

Сара только открыла рот, чтобы принять приглашение Барнелла, но в разговор вмешался Янси.

— Это очень мило с вашей стороны, Барнелл, — холодно проговорил он. — Думаю, моей супруге понравится загонять лонгхорнов, но ни на минуту не сомневаюсь, что со мной делать это ей понравится куда больше, нежели с вами! Нам, к сожалению, скоро придется уезжать, поэтому, боюсь, сеньора отклонит ваше любезное приглашение.

Янси сделал вид, что не заметил шумного негодующего вздоха жены, так же как и испепеляющего взгляда, которым она его наградила. Кантрелл взял жестяную кружку, стоящую у огня, и налил себе кофе. Потом, бросив насмешливый взгляд на Сару, он вкрадчиво поинтересовался:

— Разве я не прав, дорогая?

Сейчас Саре больше всего на свете хотелось выплеснуть кофе в это надменное лицо и заорать, что он не прав.

Но заметив снующих вокруг ковбоев, тайком наблюдающих за ними и с интересом прислушивающихся к слишком уж оживленному разговору, она сообразила, что не должна бросать вызов Янси при всех. С трудом поборов гнев, Сара пробормотала:

— Прав, дорогой! Прав…

Желая, чтобы последнее слово все же осталось за ней, Сара подарила Хайраму Барнеллу обворожительную улыбку и проговорила хрипловатым от волнения голосом:

— Но это вовсе не означает, что мы не сможем участвовать в загоне вместе с вами как-нибудь в другой раз, Хайрам.

Надеюсь, в мой следующий приезд в лагерь у меня найдется для этого время.

Хайрам дотронулся двумя пальцами до шляпы и, заметив опасный блеск в золотисто-карих глазах Кантрелла, поставил кружку и торопливо сказал:

— Как вам угодно, мэм. Я всегда в вашем распоряжении.

А сейчас, боюсь, мне тоже пора. — Хайрам прекрасно понимал, что одно дело — заигрывать с Сарой и совсем другое — провоцировать на скандал ее мужа. Поспешно распрощавшись, он пошел к лошадям.

Янси наблюдал поверх кружки за тем, как Хайрам Барнелл оседлал лошадь и присоединился к группе ковбоев, выезжающих из лагеря. На короткое время Янси и Сара остались одни. Кантрелл сурово посмотрел на супругу и проворчал:

— На твоем месте я бы не стал поощрять его заигрывания.

Не забывай, пожалуйста, что он уже соблазнил одну замужнюю женщину! Хотя, думаю, у него не хватит пороха сделать то же самое и со второй, но я был бы тебе признателен, если бы ты перестала кокетничать с мистером Барнеллом!