На краю - Арина Александер

- Эй! Девушка…

Я вынырнула из мира фантазий и уставилась на двухметрового амбала:

- А?! Это вы мне? – что ему надо? У-у, бандитская рожа.

- Я за тобой. Меня Артём прислал. У него не получается приехать.

Странно, почему не предупредил? Что-то тут не так. У него сегодня выходной, вообще-то. Так, сейчас проверим. А сердечко тук-тук, тук-тук и как назло, ни одной живой души рядом. Насколько позволял тротуар, я начала отходить от громилы подальше, пока не уперлась спиной в бетонную стену.

- Сейчас, подождите минутку… - и набрала Артёма.

Занято… Да что же это такое. Набрала ещё раз. Опять занято.

Зыркнула на мужика - стоит и, не моргая, наблюдает за мной. Мурашки по коже от такого взгляда. Нехорошего между прочим.

Повернувшись к нему спиной я побежала к подъезду. Он тоже стартонул с места. Я ускорилась. В последний момент меня грубо схватили за руку, рванули на себя, выхватили телефон, отбросив его в сторону, и я увидела, как огромная ладонь с тряпкой, смоченной непонятной жидкостью зажала мне рот. Я рванулась, схватилась руками за ткань, пытаясь отодрать от себя, и судорожно сделала пару глубоких вдохов. Катастрофически не хватало воздуха. Я начала задыхаться. В ушах появился противный писк, и меня накрыло чёрным куполом.

Боже, как же болит всё тело. От длительного пребывания в неудобной позе затекли все мышцы. 

Я попыталась пошевелить руками – не получалось, ногами – та же история. Мысли начинали понемногу проясняться, но перед глазами ещё плыли темные круги. Проморгав несколько раз, я сфокусировала свое внимание на стоявшем напротив стуле.

В запястья безжалостно врезались пластиковые фиксаторы, и от этого ощущения захотелось поскорее избавиться.

Я попыталась подняться – не получается. Вместе со мной подымался и стул, к которому были прикреплены ноги. Что за хрень? Это уже не смешно. Я с тревогой осмотрелась по сторонам.

Полупустой подвал, голые бетонные стены, одинокий потертый кожаный диван с одной стороны и небольшой столик на низких ножках рядом, заваленный всяким мусором. Не густо. Что это за место?

В голове мелькнула мысль вытянуть ноги из сапожек. Хорошенько зафиксировав каблук об ножку стула, я попыталась потянуть стопу вверх. Не получается. Слишком сильно затянут фиксатор.

Неприятная догадка прошибла мозг и побежала по позвонку холодной дорожкой. Артём… Он не знает, что со мной случилось. Приедет, а меня нет. Как сообщить?

Кому понадобилось идти на такие меры? У меня и врагов толком нет, если не брать во внимание Максима. Но это так... Одержимость человека тем, что ему не принадлежит. Разве к такому опускаются?.. Опускаются, и ещё как. Могут даже убивать.

А если не Макс, а кто-то другой из врагов Артёма? Я начинаю сходить с ума. Разве я знаю их всех? Возможно, через меня будут пытаться надавить на него. Только не это Я не хочу, чтобы у него были проблемы из-за меня.

С остервенением я стала рвать фиксаторы не понимая, что только острый предмет сможет их перерезать. Мне было всё равно… Липкий, животный страх начал потихоньку просачивался в подсознание - за себя, за положение, в котором оказалась и за Артёма… За него особенно.

- Эй!.. Есть тут кто-нибудь?

Пожалуйста, пусть это окажется страшным сном, одним из немногих кошмаров, которые изредка снятся.

С памяти вынырнули воспоминания.

Будучи в деревне у бабушки, я гуляла по заброшенному двору. Его хозяева переехали в город, а дом с участком оставили на произвол судьбы. Этот двор был по соседству с бабулиным домом, и я частенько в нем играла. Мне нравилось находиться в опустелом строении, смотреть на голые стены, изучать и дышать их историей, наблюдать за  полуразрушенными стенами, перекрытиями. Я чувствовала себе малолетним сталкером.

Однажды, исследуя окрестности, я зашла в самую дальнюю часть и неожиданно провалилась в заброшенный погреб. Его не видно была из-за кучи прошлогоднего листья и высоченного бурьяна. Я больно ударилась спиной и головой, и пока приходила в себя, прошло немало времени. Очнувшись, я начала выбираться, но земля скользила под ногами, а руки безнадежно цеплялись за корни растений. На меня сверху сыпался мусор, нагнетая ощущения погребения вживую. Тот панический страх был сродни теперешнему. Но тогда я звала на помощь и меня услышали.

А сейчас… Одна надежда на Артёма.

Я насторожилась – послышались приглушенные шаги, которые по мере приближения становились всё чётче.

Время остановилось. Уставившись на дверь, я превратилась в ожидание.

В помещение вошел бугай, который и привез меня сюда.

- Оклемалась? Хилая ты какая-то. Два часа в отключке. Где он только таких находит? Сиськи конечно зачетные, да мордашка смазливая, а так… одни кости. 

- Слушай, отпусти по-хорошему, а? - я наблюдала, как он осматривал меня со всех сторон и чтобы он там не говорил, по глазам видно, дай волю – наброситься сразу.

- Макс придет и решит, что с тобой делать дальше.

Всё-таки Максим.

Значит, не успокоиться, пока не возьмет то, что хочет. А я до последнего верила в лучшее в людях.

- Колечко у тебя зачётное. Я заметил. Отдашь сама или я заберу, когда тебе оно уже будет не нужно?

Тут и добавить нечего. Я просто выпала в осадок:

- Пошел на хрен. Ничего тебе я не дам.

- А ты мне нравишься. С гонором. Никогда не подбирал после Макса, а теперь стоит задуматься, – он  наклонился и, лизнув меня в губы, заржал, наблюдая за моим страхом. – Это я тебя разогреваю, так сказать. Потом ещё спасибо скажешь.

- Не трогай меня! – я начала бодаться и со всей силы ударила его лбом в переносицу.

- Ах ты ж суку-а-а-а, - взвыл бугай и с размаху пихнул ногой стул.

Я перекинулась назад и больно ударилась затылком. С глаз посыпались звёзды. Повернувшись набок, я воспользовалась временной сменой положения и пыталась пошевелить онемевшими конечностями. Волос коснулась рука и, схватив их в пригоршню, потянула вверх, поднимая меня вместе со стулом. От боли с глаз брызнули слёзы. 

- Пусти-и-и...

- Как скажешь… - и опять толчок, от которого ударилась уже виском. – Хочешь освободиться?! – рывок волос, от чего я попыталась приподняться, чтобы облегчить натяжение. – Давай, вот телефон, звони своему еб**ю, пускай приедет и заберет. Посмотрим, есть ли ему до тебя дело, когда у самого жизнь висит на волоске, – при этом он присел возле меня и указательным пальцем