Нянечка для соседей - Лили Голд

Я фыркаю. Подо мной раздается низкий стон, и мышцы Себастьяна начинают сжиматься. Он зарывается лицом в мою грудь и рычит, кончая. Я чувствую, как мощный поток его выделений вливается в меня, покрывая меня.

— Блять, — клянусь я, сильнее насаживаясь на него, высасывая из него его кульминацию. Он так крепко держит меня за руки, что, наверное, останутся синяки, а его лицо искажается от мучительного удовольствия, когда я вгрызаюсь в него, отчаянно заставляя влиться в меня каждую каплю его семени.

В конце концов, его содрогающееся тело затихает, и я чувствую мягкий поцелуй на своем плече.

— Хорошая девочка, — тихо говорит Себ. — Боже, ты такая чертовски милая, Бет.

Я не отвечаю. Я не могу. Я балансирую прямо на краю пропасти. Каждый жесткий толчок Джека в мою задницу толкает меня все дальше и дальше. Я стискиваю зубы, зажмуриваю глаза, пот льется по спине, все тело напрягается и напрягается…

Джек в последний раз вбивается в мой зад, и я теряю сознание. Я вскрикиваю, когда мое зрение вспыхивает. Себ и Сайрус держат меня, пока я содрогаюсь от наслаждения. Мое ядро сжимается и расслабляется ритмичными волнами, посылая спазмы в низ живота. Сайрус наклоняется и берет в рот одну из моих сисек, лаская ее языком, а вторую сжимает, и я выгибаюсь, отчаянно пытаясь отдышаться. Моя рука вырывается и хватает Себа за ногу.

Это уже слишком. Джек все еще яростно долбит меня изнутри, и я словно не могу остановиться. Нет никакого облегчения. Я просто продолжаю кончать, один всплеск экстаза переходит в следующий, два, три, четыре раза.

— Джек, — задыхаюсь я, сжимая ягодицы. — Пожалуйста!

Джек вздрагивает, взрываясь внутри меня, заливая мою задницу жаром. Поток спермы еще больше растягивает мою кульминацию; как только я думаю, что наслаждение угасает, последняя волна обрушивается на меня с новой силой. Мой рот раскрывается. Пальцы ног подгибаются. Мышцы болезненно напрягаются. Все мужчины держат меня, пока я неудержимо трясусь. Сайрус начинает жадно тискать мои груди, стонать, а Джек продолжает входить и выходить из меня сзади, его удары смазаны его разрядкой. Я почти ничего не понимаю. Я почти не нахожусь в своем теле. Мой разум где-то в тишине и пустоте, в гулкой плоскости чистого экстаза. Я погружаюсь в наслаждение, позволяя ему поглотить меня целиком.

* * *

Когда я, наконец, возвращаюсь, то понимаю, что лежу. Себастьян прикасается к моему лицу, а Джек выходит из меня, поглаживая по спине. Я так измучена, что даже не пытаюсь перевернуться. Я чувствую, как выделения трех мужчин просачиваются мне между ног, смешиваются с моей собственной влагой и прилипают к бедрам.

Господи. Хорошо, что я не нуждаюсь в противозачаточных средствах. Наверное, мне пришлось бы принять тройную дозу, чтобы справиться с этими тремя. Я закрываю глаза, откидываясь на влажные простыни, и вздыхаю, наконец-то расслабившись.

— Тебе нужно в душ, — говорит Себ над моей головой.

— Эй, — протестую я, и он смеется, подхватывая меня на руки. Я позволяю ему отнести меня в душ и вымыть, смывая пот и грязь с моей кожи. После прошедшей недели, когда я почти не спала, я почти устала, чтобы стоять, но ему все же удается добиться от меня последнего кульминационного момента, поглаживая и пощипывая мои размягченные соски, пока он медленно массирует мне между ног. Я кончаю со стоном, прижимаясь к нему, пока он держит меня под струями воды.

Когда я вытираюсь, он вытирает меня полотенцем и возвращает в спальню. Кто-то сменил постельное белье. Он аккуратно укладывает меня на середину матраса, и все остальные мужчины опускаются вокруг меня. Я вытягиваю свое усталое тело, глаза закрываются.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Джек, прижимая меня к своей груди.

Я рассматриваю. Есть некоторая болезненность, особенно в задней части тела, но она исчезает, превращаясь в приятное теплое ощущение.

— Хорошо, — бормочу я, прижимаясь к нему. — Я люблю вас.

Он целует меня в щеку. Сайрус прижимается к моей спине. Себастьян протягивает руку и сжимает мою ладонь.

— Мы тоже тебя любим.

Все еще улыбаясь, я засыпаю через несколько секунд.

ГЛАВА 70

БЕТ

Я просыпаюсь в пустой постели.

Уже вечер, красно-золотой свет проникает в тусклую комнату сквозь щели в жалюзи Себастьяна. Я лежу, на секунду коснувшись холодной подушки у своей головы. Теперь, когда я снова одна, старая грусть снова пробирается ко мне, сжимает горло, давит на грудь. Я переворачиваюсь на бок, обхватывая рукой живот. Чувство вины давит на меня.

Я должна быть счастлива. Я так рада, что ребята здесь. Я так рада, что они хотят быть со мной. Но даже этого недостаточно, чтобы унять боль внутри меня. Понадобится не одна неделя и не один перепихон, чтобы пережить новость о моем бесплодии.

Но ведь не в этом смысл иметь парня, правда? Люди, которых ты любишь, не должны исцелять твою боль. Никто не может сделать это за вас. Но они могут поддержать вас, пока вы справляетесь с этим.

Я слышу хихиканье, доносящееся из гостиной, и приподнимаюсь. Снова хихиканье, визг, а затем глубокий мужской смех. Боль в груди немного стихает. Я выскальзываю из постели, быстро одеваюсь и иду на звук.

Себ и Джек в гостиной, играют с Ками. Я прислоняюсь к дверному проему и наблюдаю. Они разложили игровой коврик Ками, и Себастьян складывает ее любимые розовые блоки в башни. Ками прыгает вверх-вниз на руках у Джека и хихикает, наблюдая за происходящим. На ней зеленый костюм динозавра с маленькими фетровыми шипами по спине. Я никогда не видела его раньше, наверное, ребята купили его в Америке.

Пока я смотрю, Себастьян берет Ками и, удерживая ее в вертикальном положении, ведет ее через кучу блоков. Она с радостью начинает их пинать, а Джек серьезным голосом рассказывает.

— Гигантский хамелеон Ками пробиралась через огромный город, оставляя за собой хаос. Перед ней рушились здания. Улицы города были залиты пламенем. Мосты рушились, деревья вырывались с корнем. Но великанша Ками не проявляла милосердия.

Ками чуть не спотыкается о свою игрушку-зайчика, и он вскакивает, чтобы убрать ее с дороги.

— Граждане с криками разбежались, отчаянно пытаясь укрыться от ее огромных лап. — Он щекочет одну из ног Ками, заставляя ее пинаться и визжать. Себ подводит ее к самой высокой башне из блоков.

Джек задыхается.

— Она подошла к башне с часами. Это было самое высокое и прочное здание в городе. Конечно, даже монстр Ками не смог бы опрокинуть такое массивное сооружение!

Ками пытается перевернуть