Дочь Клеопатры - Мишель Моран

25 г. до н. э.

Брат разбудил меня поцелуем.

— Felicem diem natalem, Селена.

Я резко вскочила.

— Что? Что такое?

— Ничего! — рассмеялся он. — Просто поздравил тебя с днем рождения. Здесь Юлия и Марцелл. Они собрались пойти с нами в цирк, а потом и в театр.

— Уже? А который час?

— Почти полдень. Хорошо, что сегодня вам не нужно встречаться с Витрувием. Кажется, ты вчера перебрала вина.

Александр ухмыльнулся. Накануне мы с ним не ложились до поздней ночи — смеялись, болтали, а главное — помогали Марцеллу планировать Мегалезийские игры. Пока я проворно натягивала теплую тунику и плащ и укладывала волосы в легкий пучок, брат любовался прелестным мраморным панно на стене.

— Думаешь, война и вправду кончится через шесть месяцев? — с беспокойством спросила я.

— Надеюсь, что нет. Чем дольше Август пробудет в Иберии, тем лучше для всех.

В дверь постучали.

— Входите! — радостно выкрикнул брат.

Я ожидала увидеть Юлию или Марцелла, но на пороге возникла Октавия с письмом и медовыми пряниками. Мы с братом переглянулись, и он украдкой коснулся буллы. Моя оставалась со мной до свадьбы, а вот ему предстояло отдать свою ларам сегодня же вечером. Пока на нас эти амулеты, мы не представляем угрозы. Но как император поступит дальше?

— Felicem diem natalem! — воскликнула сестра императора. — Вот вам и пятнадцать, и впереди — новый год вашей жизни. — Поставив поднос с угощением, она улыбнулась. — Я слышала, сын решил повести вас в цирк. Кажется, для Селены это не самый лучший подарок.

Я коротко улыбнулась.

— Потом нас ждет театр. Марцелл обещает комедию…

И вопросительно посмотрела на письмо.

— От брата, — многозначительно произнесла Октавия. — Вчера доставили целых семь штук: одно Агриппе, несколько — полководцам, ну а вот это, — проговорила она, усаживаясь на третью кушетку, где раньше любил отдыхать Марцелл, — может и вас заинтересовать. Хотите послушать?

Мы снова переглянулись и дружно кивнули. Октавия развернула свиток и принялась читать:

Кстати, надеюсь, что вы поздравите наше созвездие Близнецов с пятнадцатилетием как полагается. Нет важнее момента, нежели переход из детства во взрослую жизнь; подобное событие заслуживает очень серьезных раздумий. По возвращении я первым же делом позабочусь о том, чтобы устроить приличный брак. Не забудь упредить царевну Селену: пусть она заранее подготовится.

Сестра Цезаря опустила письмо и посмотрела на меня.

— И все? — испугалась я. — А что насчет Александра? И нашего возвращения в Египет?

Ее торжествующая улыбка померкла.

— Всему свое время. Брат еще на войне. Когда вернется…

— А чего ему ждать? — не отступала я. — Когда Галл покончил с собой, Август назначил нового префекта прямо из Галлии.

— Это другое дело. — Октавия отвела глаза. — Зато у нас новый повод для радости: близится свадьба!

Брат взял меня за руку.

— А если мы не хотим этих свадеб?

Сестра Цезаря недоуменно наморщила лоб.

— Разве найдется такая девушка, которая не мечтала бы выйти замуж хотя бы раз в жизни? Или такой мужчина, которому не нужна жена?

— Мы такие, — ответила я. — Нам с Александром достаточно просто быть рядом; разлука совсем не входит в наши планы.

Октавия положила письмо на колени.

— Это хорошая новость, Селена. Ты сможешь жить собственным домом, как Юлия и Марцелл.

— Они любят друг друга! — возразила я. — Тебе лучше других известно, к чему ведут нежеланные браки.

Она заметно вздрогнула. Не хотелось причинять боль этой женщине, но в моих словах была чистая правда.

— И зачем Александру жена, — продолжала я, — которой он даже не знает?

— Многие узнают своих жен только на свадьбе. Так принято…

— Но мы против!

Октавия отпрянула, потрясенная моим пылким сопротивлением. Впрочем, Август наверняка ожидал чего-то подобного, иначе не стал бы писать, чтобы меня заранее подготовили.

— Обсудим это через несколько месяцев, — предложила хозяйка виллы. — А пока что я совершенно не вижу причин, почему вы должны расставаться, когда сделаетесь семейными людьми.

— А если кого-то из нас пошлют в Египет, а кого-то в Грецию? Или вдруг Александра не собираются возвращать на родину и нас попросту поселят в разных концах империи? Ливия может устроить и не такое.

— Ливия здесь ни при чем. В подобных делах последнее слово — всегда за моим братом. — Поднявшись с кушетки, Октавия сокрушенно вздохнула. — Не стоило вам ничего говорить. Сегодня такой светлый день, разве можно его омрачать? Не бойтесь, вам суждены удачные браки. Очень счастливые.

Я почему-то не разделяла ее уверенности.

Юлия и Марцелл ожидали нас в атрии. Увидев наши лица, они немедленно принялись расспрашивать, что случилось.

— Письмо от Августа, — пояснил мой брат.

— Похоже, меня скоро выдадут замуж, — прибавила я.