Дежавю - Дарья Дияр

– Игорь!

Мы втроем обернулись.

Какого черта он тут делает?

– Денис? – папа удивился, но скорее в приятном ключе. В отличие от меня, мечтавшей сбежать отсюда и вернуться домой: внутри поселилось предчувствие, что этот вечер неминуемо обернется катастрофой. – Все же смог выбраться?

– Да, получилось скорректировать свои планы, – сказал Матвеев, пожимая руки сначала отцу, потом Демиду. Наконец, его внимание дошло и до меня. К сожалению. – Мирослава, добрый вечер. Ты потрясающе выглядишь.

– Благодарю, – через силу выдавила я вместе с фальшивой улыбкой.

Денис осмотрел меня с головы до ног и обратно и безуспешно попытался поймать мой взгляд.

Проклятье.

После моего отъезда в другой город, мы не часто пересекались с Матвеевым. Интересно, он всегда был таким мерзким?

В любом случае, мне совершенно не хотелось терпеть его двусмысленное поведение, поэтому я без каких-либо зазрений совести поступила так, как сделала бы, вероятно, любая на моем месте – подключила старшего брата. Для этого потребовалось лишь взять его под локоть и несколько раз незаметно для окружающих, но ощутимо для Демида сжать его предплечье.

– Игорь, как ты еще не нанял телохранителя для такого сокровища? – не унимался Матвеев, подтверждая мою догадку, что фужер шампанского в его руке уже не первый.

Папа недовольно прищурился, но не успел ничего сказать: Демид уже занял позицию с другой стороны от меня, закрыв от Матвеева, положил руку мне на поясницу и мягко подтолкнул в сторону главного зала.

– Ты не о том волнуешься, Денис, – с вызовом сказал брат, когда мы проходили мимо. – У самого-то как с охраной?

Казалось бы, что плохого сделал Матвеев? Он всего лишь смотрел на меня, не более. Кто-то наверняка назвал бы мое поведение детским и даже смешным, но мне было плевать.

Все всегда начинается с малого.

Взгляд, на который предпочла не обращать внимания. Похабный комментарий, который проигнорировала. Прикосновение, которое списала на случайность.

Когда-то веселый и безобидный друг отца, Матвеев теперь напоминал мне удава, который медленно обвивает свою жертву, душит ее и потом с удовольствием поглощает.

Да, я вполне могла ошибаться насчет его намерений, но важно было лишь одно: мне некомфортно и неприятно. От поведения Дениса пропадало ощущение безопасности, а значит, я имела полное право обратиться за защитой к Демиду.

Они с отцом сами учили меня этому с детства.

– Держись сегодня рядом, сестренка, – сказал Демид, склонившись к моему уху. – Не нравится он мне.

Я кивнула и благодарно улыбнулась брату.

Не успела я расслабиться после встречи с Матвеевым, как уже оказалась в огромном зале, полном людей, и вспомнила, зачем мы вообще приехали и кого сейчас можем встретить. В одном помещении вот-вот соберутся люди, которых пока рано было знакомить друг с другом.

Понимая, что весь этот прием уже в любом случае станет для меня сплошным стрессом, я с замиранием сердца ждала встречи с Тимуром.

Пусть хотя бы мимолетной.

Мы не виделись с утра пятницы, когда он довез меня до универа. После занятий я уехала за город вместе с отцом и Демидом, у которых выдался свободный вечер, а вернулись мы уже сегодня, чтобы успеть привести себя в порядок.

Теперь же мне не терпелось увидеть реакцию любимого на свой образ, соответствующий тематике этого вечера: контраст, противоположности.

Предполагалось, что мужчины будут в темных смокингах, а дамы в светлых нарядах. Организаторы не стали ограничивать гостей строго белым и черным цветами, но я знала, что каждый элемент одежды Тимура сегодня будет черным. Мой же выбор пал на белоснежное платье с едва уловимым голубоватым отливом из-за ткани, искрящейся подобно арктическим снегам на ярком солнце.

Платье доходило до самого пола и обтягивало каждый сантиметр моего тела, но при этом не стесняло движения. Длинные рукава удерживали весы нравственности на отметке «прилично» несмотря на открытые плечи и ключицы, вырез сердечком и разрез на юбке, доходивший почти до середины бедра.

Оглядев собравшихся гостей, я поняла, что если Астахов не начнет вдруг размахивать большим флагом с надписью «я здесь», у меня при всем желании не получится его найти. Слишком много людей. Так много, что уже через несколько минут все лица стали для меня не более, чем размытыми пятнами.

– Нужно поймать кого-то из официантов с шампанским, – сказал подошедший к нам папа, осмотревшись.

– Иначе я отказываюсь в этом участвовать, – заявила я, чем повеселила своих мужчин. – Смейтесь-смейтесь. Но это вам предстоит сегодня переговорить с доброй половиной гостей, пока я буду потягивать то самое шампанское где-нибудь в уголке. Чтобы не затоптали.

На самом деле, я была даже рада такому скоплению народа, ведь это сводило риск встречи наших с Тимуром семей до минимума. Конечно, он предупредил Аглаю, чтобы та и близко ко мне не подходила, пока я с отцом или братом. Она заверила, что все будет в порядке, а я ей даже поверила.

После нашего откровенного разговора, мы с Тимуром единогласно решили не ехать на ужин к его матери. Поняв, что только она могла подговорить декана участвовать в этом цирке, Тимур позвонил ей, потребовал объяснений и все подтвердилось.

Аглая ничего не стала отрицать. Она извинялась перед нами обоими и клялась, что больше никогда не станет вмешиваться в жизнь сына. Тимур включил громкую связь, а я молча слушала, не встревая в их разговор. Мне нечего было сказать ей.

Собственно, не только мне. Услышав все необходимое, Тимур холодно и достаточно резко попрощался с матерью и сразу же набрал номер Игнатьева. Этот разговор состоялся уже в закрытом кабинете, куда я решила не идти, и потому слышала только обрывки гневных фраз Тимура, которыми он бросался в друга семьи, в один день утратившего всякое доверие. Не желая больше контактировать с Дмитрием Николаевичем, Астахов буквально проорал ему в трубку о своем увольнении. Чуть позже я узнала, что отрабатывать необходимые две недели Тимур не планировал, а декан не настаивал, лишь сказал, что ждет его в понедельник для решения бумажных вопросов.

И все же, тот вечер удалось спасти. Не желая мириться с сорванным семейным воссоединением, Тимуру позвонила сестра и предложила поужинать втроем в его квартире, чтобы мы, наконец, познакомились. Все прошло изумительно. Мы с Евой были почти ровесницы и быстро нашли общий язык, чем определенно порадовали ее хмурого старшего брата.

– Демид, вижу Стаса Зарченко. Вон там, рядом с роялем, – сказал папа, взглядом указывая на невысокого мужчину лет пятидесяти, чья рука покоилась на талии молоденькой девушки примерно моего возраста. Увидев ее наряд, я прямо-таки почувствовала, как те самые