Неистовые. Из огня да в полымя - Алиса Перова

— Да она же психопатка, все об этом знают! Пойдём! — настойчиво напомнила Касси, но зацепившись взглядом за планшет, уселась рядом со мной. — Ой, а что это у тебя? Кто это? — глядя на экран, она удивлённо округлила глаза и забыла, что только что торопилась. — Стеф, это что, наша Кончита?

— Нравится?

— Да ну!.. Ой, в смысле, нравится, конечно! Но наша Конча сроду не была такой красивой. А как ты так сделала? Это же фото, да? Обалдеть! Слу-ушай, а подсунь ей эту красоту, — у Касси аж глаза засияли. — Может, она посмотрит, и у неё от радостного шока мозги на место встанут, а?..

Вообще-то, на то и был расчёт. Правда, Касси я в этом не призналась, да и не уверена, что сама Кончита оценит. Но была не была.

— Пойдём, пока не рвануло, — я потянула Кассандру за рукав.

Мы покинули наше укромное местечко и не без волнения потопали к дому. А на террасе уже бедный мистер Форд топчется — тоже меня высматривает. Ох, и нервная у него работёнка! Глядишь, он в такой семейке и курить скоро начнёт.

— Не прошло и года! — рявкнула Кончита, зло сверкая глазами.

Растрёпанная, некрасивая и очень жалкая. А по спальне будто Мамай прошёл. И как за несколько минут можно устроить такой погром?!

— П-простите, сеньора, я думала, что Вы ещё спите, — изобразив виноватую улыбку, я отложила планшет, прошла в центр комнаты и, присев на корточки, принялась подбирать обрывки семейных фотографий.

— А вы все только и ждёте, чтобы я уснула и больше не проснулась. И ты больше всех, сучка маленькая!

— Меня зовут Стефания, сеньора, — терпеливо напомнила я, не отрываясь от уборки. — И, поверьте, я не желаю Вам зла.

Кончита громко фыркнула и пнула ногой, взметая с пушистого ковра мелкие клочки бумаги и явно желая наподдать мне. «Маленькая сучка» — это не новость, такое я слышу уже третий день. Откровенно говоря, меня это совсем не обижает, но если эта слетевшая с катушек тётка посмеет меня тронуть, я без раздумья засвечу ей в лоб тем, что под руку попадётся. Надеюсь, у неё хватит ума не переходить границу.

— Сте-фа-ни! — зло процедила Кончита. — Как же ты меня иногда бесишь своим спокойствием!

Хах! Это она ещё с моей Айкой не общалась — вот уж кого не пробьёшь. А Сашка своей взбалмошностью выработала в нас обеих стойкий иммунитет к истерикам.

— А давайте п-поедем к морю, — предложила я, игнорируя выпад нервной сеньоры. — Можно на дикий пляж… п-погода жаркая и вода наверняка отличная. Вы ведь уже несколько дней никуда не выходите и спите п-плохо, а море отлично снимает усталость и стресс. А потом можно заехать в салон…

— Хватит строить из себя мозгоправа! — прервала меня Кончита и, пролетев через всю комнату, выскочила на балкон. — Я ненавижу море! И плавать я не умею! — проорала она на всю Барселону, но резко развернулась и угрожающе прошипела: — А зачем нам в салон? В какой ещё салон?

— В салон красоты! — бесстрашно пояснила я.

Хотя в этот момент мне стало очень страшно, потому что Кончита двинулась на меня.

— Считаешь меня уродиной?

Честно говоря, да. Но, изобразив искреннее удивление и задавив в себе желание дать дёру, я выпрямилась и спокойно ответила:

— Я считаю, что Вам надо себя п-порадовать. Вкусно п-покушать, купить новые туфли и красивое бельё… можно сменить имидж, в конце концов.

И пока когтистые пальцы не сомкнулись на моей шее, я схватила свой планшет и выставила перед собой, как щит.

— Кто это? — Кончита споткнулась взглядом о картинку и быстро сократила расстояние между нами.

— А Вы не узнаёте?

— Это я? — прозвучало глухо и недоверчиво. — А что это со мной?

— Полагаю, Вы здесь счастливы.

***

Спустя час, к огромной радости всех обитателей дома, мы с Кончитой погрузились в её роскошный кабриолет и рванули… нет — не к морю, а в салон красоты. Однако такое решение далось моей сеньоре непросто. Сперва она попыталась обвинить меня в подтасовке фактов, кричала, что я паршивая халтурщица, а не художница, и чтобы сотворить такой портрет, надо быть криворукой идиоткой с глаукомой на оба глаза.

Но, в конце концов, она разобралась, что фотография натуральная — все черты и овал лица родные, да и фигура на месте. И только макияж выглядит нежнее, волосы изменили цвет и стали короче, но главное — глаза смеются.

Потом Кончита снова ворчала и называла меня безрукой неумехой, потому что, подшаманив с её образом в своём гаджете, я оказалась неспособна перенести все изменения на натуру. В итоге, вдоволь напившись моей крови, сеньора определилась с волшебником, способным её преобразить, и воспряла духом.

И теперь мы летим на запредельной скорости, потому что очень торопимся сказку сделать былью.

— Но платье ты мне приделала чересчур длинное, — продолжает придираться Кончита, ловко лавируя между машинами и чудом никого не задевая. — У меня красивые ноги! Скажешь, нет?

— Скажу, что такая длина не скроет красоту Ваших ног, но однозначно вызовет интерес у п-противоположного пола, ведь самое лакомое остаётся загадкой и тем сильнее м-манит.

— Много ты понимаешь, — ворчит Кончита, но делает это, скорее, по привычке. Я вижу, что она довольна.

— Не так чтобы много, но… вот возьмём, к примеру, мужчин…

— Да где мы их возьмём?! — взорвалась сеньора и, бросив на бешеной скорости руль, развела руками. — Их нет! Одни гондоны вокруг! А ещё говорят, что Барселона не резиновая. Кстати, о них… а куда делся твой Хэна? Почему он не прилетает? Мне показалось, что у вас любовь.

— П-послезавтра он должен п-прилететь вместе с Феликсом, но если Вы не будете следить за дорогой, то, боюсь, наша история любви з-закончится слишком рано и трагично. Да и Ваш новый загадочный образ может не состояться.

— Не пищи, ссыкуха, мы ещё обе блеснём на вашей фотовыставке!

Глава 62 Стефания

Словно заворожённая, я наблюдаю через объектив камеры, как утопающее в море солнце раскрашивает небо сиренево-розовым цветом и превращает воду в золото. Это невероятно красиво! Кажется, всё замерло в