Укроти меня, или Грани раскола - Леси Филеберт

— Кого?

— Вас обоих. На совместную тренировку.

Я аж кашей подавилась и вытаращилась на маму дикими глазами. Калипсо тоже недоуменно вскинул брови.

— А можно не надо? — жалобно произнесла я.

Эльза прыснула от смеха и весело подмигнула мне, вгрызаясь зубами в яблоко.

— Скажи это своему отцу, дорогая моя. И я посмотрю, как он выскажет тебе все что думает по поводу твоего «можно не надо».

— А это прям обязательно сегодня нужно?

— Заэль говорит, что это необходимо еще вчера, — хмыкнула Эльза. — Ну, ты же знаешь его манеру…

— У нас сейчас по плану важная тренировка с Лори, — осторожно произнес Калипсо.

— У вас сейчас по плану важная тренировка со мной и Заэлем, — не терпящим возражений тоном сказала Эльза. — Он говорит, что тебя срочно надо натаскать как единственного, кроме него, фортемина, который умеет летать на крыльях. Тренировка силовая, на выносливость, — продолжала Эльза, снисходительно поглядывая на теперь уже подавившегося имбирным чаем Калипсо. — Заэль говорит, что тебе это необходимо. Ну а с Лорой я буду отдельно работать, объясняя некоторые нюансы взаимодействия с тобой в паре. Так что заканчивайте завтрак и подходите к полигону. Завтракайте как можно плотнее, у Заэля такой настрой, что на обед он вас скорее всего не отпустит, имейте в виду.

Она ушла, и все фортемины провожали ее взглядами. Учитывая, что в трапезной было довольно тихо, то все слышали наш разговор, а потому с не менее пристальным вниманием смотрели и на нас с Калипсо. Кто-то — с ноткой зависти, кто-то — просто с удивлением. Кто-то — с откровенным сочувствием. Честно говоря, я сама себе скорее сочувствовала. Методику обучения своих родителей я знала и никаких иллюзий на этот счет не питала.

— Хана мне сегодня будет, — глубокомыслегоо произнес Калипсо.

Мне не нашлось чем его утешить.

Собственно, и не зря не утешала: Заэль гонял нас сегодня так, что мне очень хотелось поменяться местами с теми, кто соизволил позавидовать нашей с Калипсо удаче в виде выпавшей на нашу долю тренировки с Первыми. Я бы с удовольствием обменяла эту долю на что-нибудь поспокойнее, потому что уже через час я, по ощущениям, была выжата в ноль, а это мы только закончили разминаться, по словам Заэля.

Он весьма агрессивно гонял Калипсо по полигону, отрабатывая технику полета, разные секретные боевые техники с задействованием крыльев. Информация на самом деле была бесценной, в Армариллисе ее в общем потоке обучения не давали, а Заэль имел огромный боевой опыт и щедро делился им сейчас. Калипсо это ценил, поэтому ни разу не пикнул возмущённо, а просто молча отрабатывал все удары и приемы.

А мне давала рекомендации мама по поводу максимально плодотворного взаимодействия с Бойцом. Поначалу мы взаимодействовали на расстоянии от Заэля с Калипсо, я как раз училась поддерживать крепкую связь на расстоянии. А потом приступили к отработке боевых чар в паре, и вот тут с меня семь потов сошло, как говорится… Впрочем, Калипсо все равно доставалось больше, Заэль его не щадил вообще.

А в какой-то момент он и вовсе нацепил на Калипсо специальные браслеты-артефакты, которые нарочно ухудшали самочувствие фортемина. Эти браслеты мы использовали на специфичных тренировках, где отрабатывали наши действия в ситуациях, когда вынуждены вступить в бой в паршивом состоянии: при температуре или при серьёзном ранении. Всякое могло случиться в нашей боевой практике, но фортемины должны были уметь действовать через «не могу», даже если хочется просто сесть в уголочке и тихонечко сдохнуть. Вот как раз такие браслеты создавали для фортемина достоверную иллюзию разных видов физического недомогания, в зависимости от того, какие настройки укажешь на артефакте.

Заэль не церемонился и просто выкрутил настройки браслетов Калипсо на максимум.

— Температура тела тридцать девять градусов, тошнота, головокружение, слабость в связи с сильной потерей крови из-за полученного ранения, — комментировал Заэль выставленные настройки и вопросительно глянул на Калипсо. — Ну как, справишься? Если почувствуешь, что совсем невмоготу, и ты больше не можешь, дай знак. Я остановлюсь, если ты будешь чувствовать себя слишком слабым, чтобы продолжать тренировку.

Калипсо лишь скрипнул зубами, но ничего не сказал, лишь задышал тяжелее от резко ухудшившегося самочувствия.

А с моих уст слетел нервный смешок. Ну да, как же, так Калипсо и скажет, когда ему станет совсем невмоготу. Да он скорее упадёт замертво, чем признает свою слабость, да еще и перед Заэлем. А учитывая болезненное отношение Калипсо к проявлению своей слабости…

Я с тревогой поглядывала на Калипсо. Нужно было быть внимательнее к нему. Но в этом плане мне как раз помогала мама, которая учила тонко чувствовать ауру своей боевой пары, чтобы контролировать, на какой грани измождения находится Боец. Как раз это и позволяло мне отслеживать состояние Калипсо, который тренировался уже где-то на грани своих возможностей, в режиме выживания.

На самом деле такие тренировки были для нас чрезвычайно полезны, потому что если научиться хорошо работать в таком паршивом состоянии, то в обычном сражении и хорошем состоянии потом какое-то время кажется, что порхаешь бабочкой от легкости. Поэтому я старалась, и Калипсо тоже старался, и не зря: крылья его к концу тренировки так и не погасли, стали стабильными, уверенно держали своего хозяина в воздухе. Мне нагрузку давали в разы меньше, всё было относительно развитого опыта. Всё-таки Калипсо имел опыт сражений намного больше моего, так что и нагрузку он получал больше. Потом еще и Эльза пустила в ход свои демонические чары, чтобы натаскать Калипсо на сражения с высшими демонами в воздухе. Расслабляться было некогда, тренировка была очень жесткой, на выносливость.

В общем, досталось нам обоим и особенно Калипсо… Сильно досталось. У меня ноги дрожали от перенапряжения, руки в какой-то момент уже начали плохо слушаться. Калипсо виду бешеной усталости особо не подавал, его выдавало только очень тяжелое дыхание.

С полигона Заэль отпустил нас только вечером, мама была права, когда предупреждала, что на обед нас никто не отпустит. Впрочем, лично я устала настолько, что была не в состоянии даже ужинать, мне хотелось только спать.

— На ужин… пойдем? — спросила я, вяло ворочая языком.

Калипсо выдал лишь короткое:

— Не…

— Устал? — понимающе хмыкнула я, сама еле переставляя ноги, глядя на полностью изможденного Калипсо.

Тот качнул головой, но как-то неуверенно.

— Не… Я не устал…

Сказал — и чуть не упал плашмя на пол, потому что споткнулся об ковер при входе в нашу гостиную и удержался, лишь отчаянно вцепившись в ближайшее кресло, в которое, собственно, и поспешил рухнуть, пытаясь быть хоть капельку элегантным.

— Да что ты говоришь? — прыснула я от смеха. — А чего ноги тогда еле волочишь?

— Мне просто не хочется никуда торопиться, наслаждаюсь неспешным променадом, — ровным голосом протянул Калипсо, откинувшись на спинку кресла.

Он осекся на полуслове, резко замолчал,