Развязанные узлы - Галина Дмитриевна Гончарова

- У меня столько родных, эданна Чиприани... я такое видела у старшей сестры. И еще у кузины, и у жены брата... двух. Их просто скручивало на ранних сроках.

Дан Виталис с интересом поглядел на девушку.

Хм?

Положим, сейчас у большинства семьи немаленькие. И братьев-сестер хватает. Но чтобы вот так, запомнить, опознать, сообразить,, как можно помочь...

Интересно.

- Дана Санти, вы им тоже этот напиток делали?

- Меня наш лекарь научил, - потупилась Челия. - Я понимаю, это не женское занятие, но мне нравилось ему помогать. Он старый был, вот и...

- Полагаю, всем надо выйти, кроме вашего величества, - решил дан Виталис. - Я обследую королеву, и мы точно будем знать причину ее состояния.

Спорить не стал никто.

Адриенна расслабилась, закрыла глаза и терпела и пальцы лекаря, и его расспросы... да, крОви прекратились. Да, грудь набухла. Да... вот, тошнит.

Дан Виталис размышлял не особенно долго. Вердикт был однозначным..

- Поздравляю, ваше величество.

И только тогда Адриенна заплакала.

***

В своих покоях плакала эданна Франческа.

Выла от гнева, кусала платок...

Это ж надо... ТАК!

Теперь ей век не отмыться... не от рвоты, это-то что! А вот что это было на завтраке, при всем дворе... над ней даже свиньи в свинарнике хохотать будут!

Конечно же, Адриенна это нарочно!

А что - есть сомнения?

Еще как нарочно! Стерва!!!

Не может вынести, что Франческа умнее, красивее, и вообще... Франческу король любит, а с женой просто по обязанности!

Вот она и...

Нарочно, точно!

Разве кому-то может стать плохо от запаха ее духов? Да этот лилейный аромат столько стоит, вы бы знали! На цену одного небольшого флакончика год прожить можно!

Да, такого позора ей точно не забудут...

Теперь только один выход.

Ее величество должна умереть в родах. В идеале...

Надо наведаться к ведьме. Пусть поможет к этому идеалу приблизиться, и побыстрее...

***

- Ваше величество, поздравляю!

Кардинал Санторо ждал в приемной, и конечно, вошел сразу же, как только вышел с объявлением дан Виталис.

Фрейлины радостно пищали.

Адриенна лежала и думала, что она не хотела ведь говорить об этом. Вот не хотела...

Неприятно ей...

А что поделать? Такое не скроешь, нет, никак не скроешь...

- благодарю, кардинал, - Филиппо Четвертый улыбался. - Помолитесь за нас.

- Разумеется, ваше величество.

- А можно я тоже помолюсь? Хочу в часовню, - Адриенна надула губки.

Филиппо вздохнул и покачал головой.

- Адриенна, нельзя.

- Почему?

- Вы себя плохо чувствуете. А если вдруг что-то? Кто вам поможет?

- Я могу взять с собой служанку. Или кого-то из фрейлин - пусть дежурят за дверью часовни, - не растерялась Адриенна.

- Все равно это слишком опасно.

- Меня просто стошнило, - Адриенна понимала, что чуточку надавить и можно, и нужно. И есть подозрение, что кардинал ее поддержит. А вот выбора у нее нет. Дай только слабину - и всю беременность она проведет, лежа в кровати, обложенная подушками. - Эданна Франческа милейшая женщина,, но ее духи просто невыносимы. Особенно в таком количестве.

- Да... с количеством духов эданна действительно иногда не угадывает, - вздохнул кардинал. - Создается ощущение, что мы стоим в клумбе с лилиями.

- Причем дохлыми, - буркнула Адриенна.

И политыми старой кровью. Почему-то вот так ей казалось. Но кто там будет ее слушать? Точно не король.

Или...?

- Я запре... - начал, было, Филиппо, и осекся. А чего тут запрещать? Адриенна же не нарочно, просто так она отреагировала. И может быть, пахни Франческа не так сильно, Адриенну бы и не стошнило? Ему нравится, но беременные женщины... говорят, они сложные. И капризы у них есть. И вообще... - Ладно. Я прикажу, чтобы эданна Франческа не пользовалась этими духами.

- Нет-нет, ваше величество, - Адриенна пришла в себя достаточно, чтобы понимать некие подводные течения. - Я не настаиваю. Пусть пользуется, но либо в меньших количествах, либо пусть будет осторожнее. И умоляю, извинитесь перед ней за меня. Я не виновата, но... это очень неприятное происшествие.

Это еще мягко было сказано. Филиппо кивнул.

- Извинюсь. Адриенна, я уверен, эданна все поймет.

Ага, поймет она Уже поняла. И что еще сделает? Уж точно ничего хорошего.

- Ваше величество, прошу вас... позвольте мне помолиться.

- Днем не получится? - жестко поинтересовался Филиппо.

- Я не знаю, почему так получается. Но ночью, когда кругом тишина и покой, моя душа может отрешаться от суетных мыслей, - сплела слова в заковыристую фразу Адриенна. - днем я не могу так сосредоточиться на молитве, как требуется.

Филиппо задумался, как бы отказать поаккуратнее, но тут вмешался кардинал Санторо.

- Ваше величество, если ее величество желает... давайте пойдем навстречу?

- Это опасно!

- К примеру, четверо человек, в том числе и дан Виталис, будут ждать под дверью часовни. А ее величество пообещает на опускать засов...

- Если они пообещают без моей просьбы не входить.

- Если ваше величество пообещает давать о себе знать хотя бы раз в час.

- Зачем?

- Вдруг вам станет дурно?

Адриенна понимала, что о ней заботятся. Крыть было нечем. Но...

- Розарий занимает больше часа. Особенно если молиться, вкладывая свою душу в каждое слово.

Мужчины переглянулись.

- или вы туда отправитесь не на всю ночь, к примеру? - предложил кардинал. - После вечерней молитвы и до первых петухов? К примеру?

Адриенна бросила взгляд на супруга. Тот выглядел сосредоточенным, бледно-голубые глаза словно бы еще больше выкатились наружу.

- Пожалуй, на это я могу пойти.

Филиппо понимал, что не дать супруге эту игрушку - получить скандал. Да и не золото она просит, не бриллианты... ночь в молитве?

В таком отказывать нельзя, его просто не поймут.

- Ваше величество! - Адриенна обрадовалась так искренне, что отказать стало и вовсе уж неудобно.

- С десяти вечера и до первых петухов. И четверо человек ждут под дверью.

- Благодарю! Сегодня? - засияла Адриенна.

- Завтра.

- как прикажете, ваше величество.

- а сегодня полежите, отдохните, и не вставайте. Дан Виталис так и распорядился, но я его еще сюда пришлю, - Филиппо поднялся и вышел вон.

- Утешать эданну Франческу, - меланхолично произнесла Адриенна.

Кардинал даже плечами не пожал. И что? Это и так всем понятно.

- Ваше величество,