Мы не можем (не) быть вместе - Сара Ривенс

— Не знаю. Я дал ей два часа, чтобы сделать выбор, — сказал он, вынимая сигарету. — Скоро два часа закончатся.

— Какой выбор?

— Либо она его сдаст, либо я убью ее бедняжку-мать. Судя по сообщениям, этот сукин сын не сомневается, что она в городе. Так что… я собираюсь использовать его неведение. Изобел позвонит ему, поговорит с ним как ни в чем не бывало, и план будет запущен.

— Ладно, но что за план?

— Он попросит ее приехать туда, где держит Грейс. Джонс явится к нему с «жучком». Если она облажается, я ее взорву.

Мои глаза вылезли из орбит, когда я понял, что он имеет в виду под «взрывом».

— Ты собираешься…

— Да, Бен, я обмотаю ее взрывчаткой, — заявил Эш с опасным блеском в глазах. — Если она заговорит, я взорву ее, и он сдохнет вместе с ней.

— Там будет и Белла, — заметил я, стиснув зубы. — Ты…

— Нет, я не забыл о ней. Мы вытащим ее, как-нибудь да вытащим.

Я сглотнул. Изобел хитрая, она может говорить с Уильямом, оставаясь поближе к Белле, чтобы Эш не взрывал бомбы. Вот только Эш все равно может ее взорвать, прошептал тихий голосок в голове. Он так ненавидит Уильяма, что готов убивать направо и налево.

— Это слишком опасно, — ответил я.

— Знаю. Поэтому прошу тебя следовать плану и делать все, что я скажу.

В комнату вошла Киара и обняла меня.

— Обещаю, мы ее найдем.

Раздался звонок. Эш злобно усмехнулся, показывая, что два часа истекли. Он встал и поправил кожаную куртку.

— Наши люди проверяют все места, — сообщила Киара, — но Уильям не идиот, он стопудово уехал из города.

— Я знаю, — пробормотал Эш. — Изобел найдет его. Я в этом уверен.

Он вышел, и мы двинулись за ним в подвал, где гнила эта никчемная шлюха. Кулаки невольно сжались, когда я увидел ее. Она была моей единственной надеждой найти Беллу.

Но я с радостью пущу ей пулю в голову, когда найду любимую девушку.

— Что надумала, Джонс? — начал Эш, сев напротив нее.

С ее потрескавшихся губ сорвался смешок:

— Ты мерзавец, Эш.

— А ты сомневалась? — усмехнулся он в ответ.

Он кивнул мужчинам, и они вышли. Я уже знал куда.

— Если хочешь, можем подбросить монетку, — с ухмылочкой предложил кузен. — Решка — я выиграл, орел — ты проиграла.

— Я проиграю в любом случае, — прорычала она, ерзая на стуле.

— Вижу, котелок еще варит. Будет очень глупо выжить и при этом знать, что смерть матери на твоей совести…

— Заткнись! — взвизгнула она. — Я запрещаю тебе прикасаться к моей матери!

— Я бы с радостью убил ее, как ты убила моего отца.

Наступила тишина, которая стала сводить меня с ума. В этой тишине мои мысли снова вернулись к Белле, к собственному бессилию перед лицом опасности, которой я подверг ее.

— Дом твоей мамочки уже окружили мои люди. Все вооружены до зубов.

Изобел внимательно посмотрела на него. Эш врал. Это был блеф.

— Ты врешь, — заявила она, не сводя с него глаз.

— Хочешь доказательств? — спросил он с уверенным видом.

Изобел молчала. Ее губы дрогнули, на глаза навернулись слезы.

— Не смей даже пальцем ее тронуть.

— Это зависит только от тебя. К сожалению, время на размышления истекло.

Он поднялся со стула.

— Что ты задумал, Скотт?

Кузен язвительно рассмеялся:

— У меня для тебя сюрприз.

Тут вернулись наши люди, которые принесли пояс со взрывчаткой. Изобел ахнула от неожиданности.

— Нет… НЕТ, Я ЗАПРЕЩАЮ ТЕБЕ ЭТО ДЕЛАТЬ! — воскликнула она, извиваясь на стуле. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ТАК СО МНОЙ ПОСТУПИТЬ!

Она издала громкий вопль и разрыдалась, когда к ее животу привязали пояс. План Эша скоро осуществится.

Изобел напряглась, когда мужчины отошли от нее, передав пульт управления Эшу. Он буквально держал ее жизнь в своих руках.

— Все еще отказываешься? — спросил он ядовито.

Изобел подняла на него глаза, полные страдания. Он подошел к столу и взял ее телефон.

— Позвоню Уильяму. Скажешь ему, что приедешь сегодня, и спросишь, где он.

— Решка — я проиграла, орел — ты выиграл, — прошептала она, уставившись на него.

Она только что поняла намек Эшера. Что бы ни случилось, она умрет.

— Именно.

Торжествующе улыбнувшись, он позвонил Уильяму, включил громкую связь и поднес телефон к ней.

Через два гудка раздался голос Уильяма. Я едва удержался, чтобы не вырвать телефон из рук кузена.

— Сладенькая! Я уже начал волноваться!

— Привет, — выдохнула она, глядя на Эша, — я вернулась…

— Где ты пропадала? Нашла Эллу?

Эш сильно напрягся. В смысле — Эл…

Ах ты ж гнида! Изобел приезжала на Манхэттен не просто так. Эта сучка была на задании.

— Нет, ее нет в Лос-Анджелесе. Я провела отпуск на Манхэттене, но сомневаюсь, что Скотты оставили ее там.

То есть она не знает, что Элла на Манхэттене. Эш стиснул зубы, устремив убийственный взгляд на свою бывшую.

— Какая жалость, Белла… Я ведь мог бы тебя отпустить, Изобел была твоим единственным шансом, — усмехнулся Уильям.

Киара схватила меня, когда я рванулся к этому проклятому телефону. Он разговаривал с моей Беллой. И он издевался над ней.

— Где ты?

— О, милая, я уехал за город, — сообщил Уильям. — Я с малюткой Беллой. Ты знала, что они с Дженкинсом вместе? С ума сойти!

Изобел повернулась ко мне, и я уставился на нее, сжимая кулаки. Меня охватила жажда убийства, и Киара крепко меня держала, чтобы я не выпустил ей кишки.

— Ты держишь ее в заложниках?

— Ты на редкость проницательна, детка, — рассмеялся он. — Встретимся в пещере… Я останусь здесь еще на несколько дней.

— Приеду поздно, не начинай праздновать без меня.

— Жду, — усмехнулся он и отключился.

Пальцы Эша вцепились в телефон.

— Ты искала Эллу?

— Конечно, я не знаю, где ты ее прячешь, — надменно произнесла Изобел. — Но я пообещала себе, что ее найду.

Эш подошел ближе и схватил ее за подбородок. Она скривилась.

— Ты не успеешь ее найти, даю тебе слово.

Как только речь зашла об Элле, Эш разозлился и позвал за собой наших людей вместе с Киарой.

— Побудь с этой сукой, пока я не вернусь.

Они вышли, оставив нас одних. Я все больше бесился из-за своей беспомощности, из-за ощущения, что мы теряем время. Хотя… мы реально теряем время. Белла сидит взаперти с этим конченым мудаком, а мы тут просто ждем.

НО ЧЕГО МЫ ЖДЕМ?

— Он делает это ради тебя, — прошептала Изобел.

— Умолкни! — рявкнул я.

Слышать ее голос было невыносимо. Нервы и без того были на взводе,