Дело вкуса - Колетт Кэддл

Стеф покосилась на Шона.

– Сегодня я ездила к матери Рут, – объяснила она.

– О-о… – протянула Лиз, не в силах подобрать слова.

– Мне это очень помогло. Мы говорили о Рут, о случившемся с ней. Мне стало намного легче…

Лиз сжала ее руку:

– Я так рада за тебя, Стеф. И все же, должно быть, ты очень расстроилась.

– Не то слово. У меня случилась истерика, – призналась Стеф с дрожащей улыбкой.

– Как мама Рут?

– Держится потрясающе. Ее муж умер от рака пару месяцев назад.

– Какой кошмар!

– Потому-то она и надумала связаться со мной, – объяснила Стеф. – Она обнаружила, что Питер, отец Рут, долгие годы пытался выследить Деза.

– Неужели нашел?

– Нет. Но оказалось. Дез разрушил жизнь еще одной девушки. Бросил с маленьким ребенком.

– Ублюдок!

– Мы всегда знали, что он мерзавец, правда, Стеф? – мрачно проговорил Шон.

Когда Эдвард вернулся, над столиком висела угрюмая тишина.

– Я что-то пропустил? – смешался он.

– Просто вспомнили старого знакомца, – сказала Стеф.

– Не самого любимого – судя по вашим лицам. Хватит дуться, друзья! Мы же празднуем.

Шон с готовностью протянул бокал:

– Ты прав. Удалось договориться насчет столика?

– Разумеется.

– Я целый день только и делаю, что ем и пью, – посетовала Стеф. – Если и дальше продолжать в том же духе, к Рождеству моя печенка взорвется.

– Между прочим, шампанское благотворно влияет на печень. И на общее состояние организма.

– Я бы охотно поверила, Эдвард, но боюсь, этот слух пустил пиарщик алкогольной компании.

– Не знаю, как ваше, но мое состояние заметно улучшается, – весело заметила Лиз.

– Посмотрим, что будет завтра, – мрачно проговорила Стеф.

– О, какая разница! Рано вставать не надо, у Люси каникулы, и заказов на ближайшую неделю нет.

– Вот это жизнь! – сказал Эдвард и заказал еще одну бутылку.

Чудесно поужинав и выпив немерено шампанского, Стеф с Шоном на такси отправились домой.

– Ты в порядке, дорогая?

У Стеф слипались глаза:

– Чувствую себя прекрасно.

– Ты сегодня какая-то другая, знаешь?

– Правда?

– Да. Ни капли напряжения. По-моему, разговор с матерью Рут здорово на тебя подействовал. Знаю, тебе стало грустно, но какая польза…

– Мне на самом деле стало легче. Не знаю почему. Наверное, Джоан заставила меня понять, что я не смогла бы переубедить Рут, даже если бы выпал шанс.

Шон притянул ее к себе и чмокнул в лоб:

– Она права, дорогая. Рут бы не передумала.

Она подняла голову:

– Я очень люблю тебя, ты это знаешь?

– Знаю, – тихо ответил он. – Я тоже тебя люблю.

Стеф проснулась в шесть. Минуту лежала тихо, прислушиваясь к дыханию Шона, а потом осторожно выскользнула из постели. Взяла халат, сумочку и на цыпочках, босиком спустилась на кухню.

Достав большой кофейник – кофе им явно не помешает, – она заглянула в холодильник. Превосходно. Яйца, бекон и ванильный пудинг. Включила радио и гриль, напевая мотивчик «Бойзоун». Пока бекон подрумянивался в гриле, она нажарила гору тостов и разбила на сковородку два яйца. Потом разложила еду на подносе и достала из сумки маленькую коробочку, которая давно уже там валялась. Пора наконец ей появиться на свет. Открыв коробочку, Стеф улыбнулась: да, более подходящего момента не подобрать. Никогда в жизни она не была так уверена, что поступает правильно.

Она отнесла тяжелый поднос наверх, поставила на туалетный столик и раздвинула шторы.

Шон заворчал:

– Сколько времени?

– Семь.

– Проклятье! Позвони учительнице и скажи, что Шон сегодня не придет в школу, о'кей?

Стеф рассмеялась:

– Еще чего! Мне прогульщики не нужны. Какой пример ты подашь сыну? Садись. Позавтракаешь, и полегчает.

Шон сел на кровати и с аппетитом вдохнул аромат жареного бекона.

– И чем я заслужил такую роскошь?

Стеф присела на кровать рядом с ним:

– Тем, что ты самый чудесный мужчина на земле и я тебя люблю.

Шон вытаращился на нее. Обычно Стеф не любила озвучивать свои чувства.

– Правда?

– Да. А теперь я хочу тебя кое о чем попросить.

– О чем?

Она протянула ему коробочку.

Шон взглянул на футляр, потом на Стеф.

Она занервничала:

– Открывай же!

Шон откинул крышку и увидел платиновое кольцо с печаткой.

Стеф набрала в легкие побольше воздуха и посмотрела ему прямо в глаза:

– Шон, ты женишься на мне? Шон молча разглядывал кольцо.

– Ответь же что-нибудь! – в отчаянии прошептала она.

Он оторвал взгляд от кольца и посмотрел на нее:

– Да.

– Что?

– Я ответил «да». Да, я женюсь на тебе. Да, я тебя люблю. И да, я хочу провести с тобой всю жизнь.

Он потянулся к ней, чуть не перевернув поднос со всем его содержимым.

Стеф удержала поднос и нервно хихикнула:

– Осторожно.

Водрузив завтрак на прикроватный столик, Шон обнял ее.

– Ты уверена, Стеф? – Он вопросительно смотрел на Стефани, приглаживая растрепанные золотистые волосы.

Она уверенно улыбнулась:

– Абсолютно. А теперь подумай о том, как я старалась! И ешь свой завтрак!

– Как-то не романтично – яичница после предложения руки и сердца.

Стеф одарила его долгим поцелуем:

– Ничего подобного. Тебе понадобятся силы. Как думаешь, для чего я разбудила тебя в такую рань?

Шон надел кольцо на средний палец правой руки.

– Ага, понятно. – Он положил на тост бекон и кусок яичницы.

– Он еще жалуется!

– Вовсе нет!

– А почему не на левую руку? – нахмурившись, спросила Стеф.

– На левой будет обручальное кольцо.

Стеф раскрыла рот:

– Ты будешь носить кольцо?

– Разумеется. Как же еще тысячи красоток, преследующих меня повсюду, узнают, что я несвободен?

Стеф изогнула бровь: