Байки негевского бабайки - Пиня Копман

изовьется до конца.

А с конца опять начало:

подле кромки вечных вод

у могильного причала

ждет нас древний пароход.

И гудок беззвучной марой

вторит звукам похорон.

Строго смотрит шкипер старый,

седоусый дед Харон.

Он не будет ждать прилива,

не стреляет папирос.

Поглядит в глаза пытливо

плату взяв за первоз:

Ты не тащишь ли, прохожий,

идеалов глупых гнёт?

Судно старенькое, все же,

Вдруг его перевернет?

Вздыбив парус, фал закрепит,

подвернет руля штурвал

И охватит душу трепет:

новой жизни первый шквал.

Может, дальше всех Америк,

серым маревом клубя,

новой жизни новый берег

чает нового тебя.

Ждёт сильней, чем прочих прежде,

ждет в волненьи и любви.

Оправдай его надежды!

И живи! Живи! Живи!

***

Carpe diem

Деды передали детям и внукам

то, что их прадеды знали давно:

жизнь, — это очень опасная штука.

Как ни старайся — помрешь все равно.

Спорт не спасет. Не поможет диета,

клиники, сауны, с медом пшено,

хор, выпевающий "Многие лета!".

Ты в результате помрешь все равно.

В Ведах и Библии ищут ответа,

ходят в астрал, пьют мискаль до зари.

Но улетучились с этого света

все: олигархи, святые, цари.

Кто-то сбегает в скиты или в грёзы,

кто-то бросает куренье, вино.

Не помогают микстуры и "позы".

Время придет — и помрешь все равно.

Хлипче привязки судьбы год от года,

Девы глупей и скучнее кино.

Но не высчитывай срока ухода.

Просто цени то, что было дано.

Жизнь бесподобна в великом и малом,

Сладок её чародейский нектар

Так вознесем же с восторгом бокалы

Сок её приняв как благостный дар.

Радуйся ливню и в море болтанке,

Зимней метели и жару в печи!

Жизнь, — миг стоянки на полустанке.

Радость от жизни, квирит, получи!

***

Встречая девушку с косой

В урочный день, в урочный час,

таков закон, мой друг,

но в гости к каждому из нас

она приходит вдруг.

Богатство, слава и любовь,

аскеза ли, уют,

хоть смейся, плачь иль сквернословь

отсрочки не дают.

Молитвы стон и звон вериг

и не притормозит

как и проклятья, ни на миг

к тебе ее визит.

А если так, — то к черту грусть!

В печали толку нет.

Она приходит — ну и пусть.

Ты ей скажи: "Привет!"

Пусть тает тела леденец

но есть душа-экстракт.

И смерть, поверь мне, не конец.

Лишь маленький антракт.

Так никнет за кормой причал,

Так гаснут краски дня…

И нет концов. И нет начал.

Все прочее — фигня.

***

Дожидаясь встречи Девушки с косой

Смерть такая демократка, всех оделит в свой черед

Отчего ж на сердце гадко, если ждешь ее приход?

Отчего дрожат, потея? Отчего дерьмом разит?

И бомжу и богатею чем претит ее визит?

Может быть, глядят с испугом атеист и клерикал,

Что воздаст не по заслугам, а всего лишь — час настал.

Может быть, душой сторожкой заглянувши в глубину,

созреваем понемножку, сознаем свою вину.

Может, догадаться надо до ухода за порог:

Смерть приходит как награда к тем, кто отдал все, что мог.

Не для галочки в отчете, для спокойствия души

много в мире есть работы. Не отлынивай, спеши!

Ждут любви и ласки дети. Не жалей себя для них.

Все игрушки на планете не заменят рук твоих

Про свои не думай беды и забудь что есть враги.

Есть друзья и есть соседи. Тем кто рядом — помоги.

Не живи надеждой зыбкой, будь щедрее не кичась.

И Безносую с улыбкой сможешь встретить в главный час.

***

Смерти ведь нет

Снѐгами в долгих зимах

Светиться седина.

Горько терять любимых.

Ночь впереди черна.

Смотришь с тоской: ограда

Камень. На нем цветы.

Только не плачь, не надо.

Это лишь тень беды.

Боль одиночества дымом

стынет в глазах твоих.

Горько терять любимых…

Но мы не теряем их.

Видишь, над крышей храма

добрый и теплый свет.

Близких уход — не драма.

Смерти ведь нет.

***

Почти у последнего порога

Ностальгия, ностальгия…

Что со мною — не пойму

так поется литургия

по ушедшему ВСЕМУ.

Все еще так близко вроде,

славных празднеств круговерть…

Только путь один в природе:

детство-юность-старость- смерть.

***

Когда, за горизонт шагая,

узришь последнюю черту,

дойдешь до края и до рая.

Там и найдешь ты доброту.

А в этом мире, хоть железных

стопчи сапог сто тысяч, но

искать, пожалуй, бесполезно:

не обнаружишь все равно.

***

Молодость безбашенная,

в сто цветов окрашенная.

Старость — мудрость чистая.

Жаль — цвета землистые.

***

Мы уходим навсегда

по дорожке в неизвестность.

Ну, подумаешь, беда -

вместо тела бестелесность.

Как на велике с горы,

нажимая на педали,

в продолжение игры

спурт в неведомые дали.

Может, встретит нас когда

новый друг на морвокзале…

Право, горе- не беда!

Мы и худшее видали.

***

Внуку

Опасно подводить итоги

Когда уже нет сил идти,

Так шутит Бог (а, может, боги):

По той ли шёл всю жизнь дороге

Узнаешь лишь в конце пути

Когда везут к погосту дроги.

Но не сидеть же взаперти?

Ты выйдешь из родного дома,

Не веря вышним судиям,

Ни снега не боясь, ни грома.

Судьба покуда неведОма,

Ведь ты упрям и путь твой прям.

И не подстелена солома

На дне тебя годящих ям.

Что там враги и что овраги?

То по шоссе, то без дорог

Несёшь, исполненный отваги,

Никем не виденные флаги.

Но знают боги (или Бог)

Что не понять тебе, салаге:

Как ты убог и однобок,

Безжалостен, неосторожен,

Границ не знающий в алчбе

До авантюр, до страстной дрожи,

До тяжкой ноши на горбе.

Идёшь, сверкая чистой кожей.

Мне жаль тебя, и всё же, всё же…

Как я завидую тебе!

***

Версия о бессмертии

Виноваты ли в том верхоглядство и спесь,

Или разум незрелый виною,

Только в юности «смерть», — это где-то не здесь,

И уж ясно же, что не со мною.

Но со временем видишь все чаще гробы

То соседа, то бабки, то деда.

И уже сознаёшь — не уйти от судьбы,

Невозможна над смертью победа.

И читаешь то Данте, то Новый Завет,

То ТорУ отрясаешь от пыли.

Ищешь то у Толстого, то в