Последний леопард - Лорен Сент-Джон

Она сказала так, потому что Мартина и Бен принялись вытаскивать из багажника «лендровера» привезённые продукты: мешки с рисом, банки с пахтой[8], пакеты с копчёной рыбой, сладости.

— Успокойся, Сейди, — объяснила Гвин. — Это не для тех, кто голодает, а для молодых, у кого здоровый аппетит. Но и нам с тобой, надеюсь, перепадёт.

— Ну, если так, то ладно, — согласилась та. — А теперь идёмте, я покажу вам ваши хоромы…

* * *

Ужинали при свечах.

— Так романтичнее, — сказала Сейди, хотя все понимали, что, на самом деле, романтика ни при чём, а просто электричество было выключено по всей стране.

Темнота наступила сразу, как всегда бывает в Африке. В 18.45 солнечный диск скрылся за Слоновьей скалой, придающей особую красоту месту, где расположены домики «Чёрного орла», а в 19.00 полная тьма окутала всё вокруг. К своему жилищу они пробирались по тропинке, освещённой редкими фонарями, получающими электроэнергию от солнечных батарей, заряжавшихся днём.

— Из любого положения можно найти выход, если искать, — мрачно проговорила миссис Томас.

В их домике было три комнатушки, гостиная, ванная — в общем, все удобства. (Если вода идёт из кранов и есть запас свечей и зажигалка. Зато синехвостые ящерицы — гекконы на стенах были здесь всегда.)

За ужином Сейди рассказала, что край Матопос, где они находятся и по имени которого назван Национальный парк, знаменит во всей Африке своими причудливыми скалами, а также наскальными рисунками. Услышав это, Мартина подумала, что если увидит их, то, быть может, ещё что-то узнает о своей судьбе — вдобавок к тем предсказаниям по рисункам, которые попались ей в пещере возле тайного убежища жирафа Джемми. Но тут же одёрнула себя: нечего думать глупости и воображать невесть что — как будто у древних туземных художников не было другого дела, как предсказывать судьбу какой-то белой девчонке из Англии…

— Завтра утром, — сказала Сейди, — я познакомлю вас с моим главным и единственным теперь помощником. Его зовут Нгвенья, он сейчас и смотритель, и конюх, и вообще на все руки. А ещё хорошо знает историю этих мест и может многое порассказать.

— Ты говоришь, его имя Нгвенья, — сказала миссис Томас. — Если не ошибаюсь, оно означает то же, что по-зулусски «ингве», то есть «леопард».

— Верно, Гвин, какая ты образованная. У него есть другое имя, обыкновенное, как у нас у всех, но считается более уважительным обращаться по клановому, потомственному, имени. Как и все в его клане, Нгвенья обязан почитать и защищать леопардов. Что в наши дни, как вы знаете, особенно трудно. Кстати, здесь, в Матопосе, как считают учёные, леопардов больше, чем где бы то ни было в мире.

— Ой, правда? — вырвалось у Мартины. — Здорово!

— Тебя они интересуют? — спросила Сейди. — В школе задали сочинение о них? Могу тебе прямо сейчас сообщить… — И она заговорила тоном учительницы: — Леопарды вообще ночные животные, что означает, как ты наверняка знаешь, что на охоту они выходят ночью. Они считаются самыми робкими и самыми неуловимыми из всех крупных кошачьих. В Матопосе есть охотники и егеря, служащие тут по двадцать лет и ни разу не встретившие леопарда. Поэтому точное их число определить почти невозможно.

— Но вы же сами сказали, что здесь их больше всего на свете… как же? — спросил Бен.

Сейди подмигнула ему.

— Мало ли что я сказала. Так говорят люди, а ручаться за них я не могу. Но если серьёзно, то, действительно, когда-то было так, однако с каждым годом их становится всё меньше. Их ловят, продают, убивают, а кроме того, меньше становится тех, кто служит им пищей, и они просто умирают от голода. — Сейчас она говорила с горечью. — Да, можно прямо сказать: здесь, в Зимбабве, они на грани вымирания. Во всяком случае, за последний год мне приходилось слышать только об одном, который…

— Его видели? — спросила Мартина, и бабушка посмотрела на неё с неодобрением: зачем перебивать взрослого человека?

— Кое-кто утверждает, что видел, и все сходятся на том, что это очень крупный, самый крупный из всех, кого приходилось встречать. И самый умный, хитрый и грозный. Ему дали кличку Хан, что по-восточному означает князь, монарх.

— А вы, мэм… — опять задал вопрос Бен. — Вы видели его когда-нибудь?

Сейди взглянула на него, словно не понимая, откуда здесь взялся этот мальчик.

— Один раз… — произнесла она задумчиво. — Один раз я видела его. Но это было так давно, что словно и не было.

Наступило молчание, которое прервала Гвин Томас, проговорив с некоторым раздражением:

— Сейди, я, кажется, уже говорила тебе, что осталась почти без горючего. В Булавайо не было, по дороге тоже. У тебя найдётся хоть немножко в запасе?

— Боюсь, что нет, Гвин, — ответила та. — Мне привозят раз в месяц… по плану. Но план у них всё время меняется. В этом месяце, если не ошибаюсь, они должны приехать двадцатого числа.

— Через две недели? — возмущённо воскликнула её приятельница. — Ну, знаешь! А если потребуется куда-то выехать? По срочному делу!

— Что ж, у нас есть лошади, — беззаботно проговорила Сейди, и Мартина вдруг подумала, что с такой весёлой женщиной могла бы провести тут не месяц, как собиралась бабушка, а целый год. Или целую жизнь. Уж она-то никогда бы не стала ей запрещать ездить на жирафе в своё удовольствие!

— Ты говоришь «лошади»? — опять возмутилась миссис Томас. — Как ты можешь шутить в этих обстоятельствах?

— Ах, Гвин, Гвин, — с лёгким упрёком, словно разговаривая с капризным ребёнком, произнесла хозяйка дома. — Вы же приехали сюда на отдых. На каникулы. Так давайте отдыхать! Конечно, вам, бедняжкам, придётся немного помогать мне, но зато какая тут тишина — никаких лишних людей, никакого интернета или телевизора! Телефон и тот работает хорошо если раз в неделю, да и то не всегда… Не случайно в Зимбабве давно уже появилась прибаутка: «всё по плану»! И включение, и выключение, и голод, и сытость, и бензин, и его отсутствие… Нам остаётся только улыбаться.

— Немыслимо! — сказала миссис Томас и внезапно улыбнулась. — Какая же ты молодчина, Сейди! Извини меня, старую ворчунью. Ты права, мы все очень устали: дети — от учёбы, а я — от забот в заповеднике. Мы будем здесь отдыхать и забудем о бензине и об электричестве. А также о телефоне…

Мартина поймала взгляд Бена. В нём было удивление, одобрение и ещё что-то не очень определённое — что можно, пожалуй, выразить словами: что ж, если попались, будем жить по их правилам. Для разнообразия это не так уж и плохо.

И, надо сказать, она сама сейчас думала примерно так же…

* * *

Позднее, когда все улеглись в постели, Мартина вспомнила, что забыла дорожный рюкзак с фонариком и принадлежностями для чистки зубов и мытья в домике у Сейди, где ужинали. Она поднялась, накинула куртку и вышла в ночную темноту. На подходе к соседнему коттеджу она услышала голос Сейди и поняла, что та говорит в кухне по телефону, который, как можно было догадаться, работал.