Жаб и принцесса - Дарья Донцова

– Невежливо так себя вести, – нахмурилась Ляля.

– Я захотела найти Семена, – призналась Роза, – но это оказалось очень трудно. Никто не знал, куда он отправился. Я объездила все северные, восточные, западные деревни. В южные решила не заглядывать, там шишкосмородины не живут, а Сеня обожает это дерево. Потратила несколько лет на поиски. Уже отчаялась, а потом словно чудо произошло. Две недели назад я отправилась на ярмарку тканей, пряжи и ниток. Я профессиональная вышивальщица. Бродила по рядам, столкнулась с Зефиркой, лучшей портнихой Прекрасной Долины, попросила у нее автограф. Зефи вежливая, она не отказала, мы потом пошли попить чаю.

– С пирожными, – облизнулась Мафи.

– Конечно, – улыбнулась Роза. – Мы начали показывать друг другу фотоальбомы со своими работами. Зефирушка увидела мой орнамент из зеленых шишкосмородин и сказала: «В нашей деревне у Синей горы только одно такое дерево есть, его посадил Семен». Я чуть в обморок не упала, сняла с шеи медальон, показала снимок жениха, поинтересовалась: «Это он?» – «Похож, – кивнула Зефи, – только на фото у этого пса улыбка. А у нас бульдог мрачный, ни с кем не дружит. И все время говорит: “Это подозрительно!”»

Глава 17

Рассказ Розы

Бульдожка прижала лапки к груди.

– У меня сердце заколотилось! Я поинтересовалась: «Ваш новый житель женат?» Зефирка рассмеялась. «На своей шишкосмородине, его только она интересует».

Я решила приехать сюда, поговорить с женихом. Позвонила в дверь, он спросил: «Кто там?» Услышал ответ и не открыл, произнес: «Это подозрительно!»

Бульдожка вытерла лапкой слезы, которые покатились из ее глаз.

– Понятно, что он разлюбил свою невесту!

– Нельзя разлюбить кого-то за один вечер перед свадьбой, – возразила Мафи, – а если так случилось, то, может, тебя и не любили?

– Я так же подумала, – призналась Роза, – надо мне уходить. А лапы к калитке не шагают. Сижу на скамеечке, не знаю зачем. У Сени чудесные папа Николай и мама Танюша. Отец известный ученый, он дружит с самым умным мопсом Черчилем из Мопсхауса. Танечка общается с его женой Феней. Больше детей в семье нет. Я очень хотела связаться с его родителями, они меня любят. Но почтовый жаб сказал, что пара уехала вместе со своей человеческой семьей на далекий остров, связи с ними нет! Вроде должны вернуться, но пока Николай и Танечка не откликаются на вызовы Густава. Почтовый жаб не может им ни позвонить, ни послание передать. Тупик. Безвыходное положение. Я в отчаянии.

– Вдруг Черчиль знает, в чем дело? – запрыгала Куки. – Роза, пошли к нам домой!

– Спасибо за предложение, – улыбнулась бульдожка, – но навряд ли ваши родители обрадуются, увидав незнакомку.

– Муля скоро вернется, вас накормит вкусно, – засмеялась Куки, – уложит спать. Мама всегда говорит: вечером печаль, утром – радость. И Черчиль с Феней скоро вернутся.

– Да-да, – подхватила Ляля, – не нужно в час ужина принимать каких-то решений. Надо лечь спать, завтра утром все может показаться иным!

– Муля, Черчиль, Феня, – повторила Роза, – так зовут жителей известного всем Мопсхауса.

– Верно, – подтвердила самая маленькая мопсишка, – я – Жози.

Потом она показала на сестру:

– Это Куки.

– Мафи, – помахала лапой пагль, – тоже обитаю в Мопсхаусе.

Бульдожка сделала несколько шагов назад.

– Моя мама всегда говорит: «Роза, ты слишком наивна. Чтобы верить собаке, кошке или кому-либо другому, надо с ним мешок соли съесть. А моя дочь сразу всех в друзья зачисляет». Мамочка права, я не обладаю осторожностью и сейчас могла Жози поверить. Но даже мне понятно: жабы – не родня собакам.

– Вы правы, – согласилась Мафи, – только Куки – мопс!

Роза попятилась:

– Зачем обманывать? На траве сидит пучеглазое, с зеленой кожей существо. Оно точно жаба. А вторая устроилась поодаль.

– На самом деле перед вами птичка-пуховичка, – объявила Ляля, – просто нас заколдовали!

Бульдожка задрожала, Мафи подошла к ней.

– Мои родители – мопс и бигль – сейчас в мире людей. Я живу в Мопсхаусе. Вам все говорят правду. Но иногда в нее трудно поверить. Вы можете думать, что видите перед собой врунишек. Не стану повторять без конца: «Мы не обманщики». Лишь задам вопрос: хотите, чтобы Семен вышел во двор?

– Да! – с жаром воскликнула Роза и тут же сникла. – Но его из дома не выманить.

– Я знаю отличный способ выковыривания вашего жениха из зала для еды! – воскликнула Мафи.

– Покушать он любит, – прошептала Роза и показала на корзинку, которая стояла на скамейке, – кроме шарфа я привезла любимый десерт Сени – конфеты из ягод шишкосмородины. Кричала под дверью про подарки, но он отвечал только: «Это подозрительно!»

– Интересно, что с ним случилось в ночь перед свадьбой? – пробормотала Ляля. – Почему влюбленный бульдог решил убежать, бросил невесту?

– Сенечка сейчас не захотел выйти даже для получения презентов, а раньше он обожал подарки, – опять заплакала Роза. – Мафи, у вас не получится уговорить его покинуть дом.

Глава 18

Недоверчивый Семен

– Я вспомнила сейчас совет Вильяма, – повысила голос Мафи. – «Если кто-то не выходит из дома, швыряй на землю его любимые игрушки». Мне слова Мышиного Царя в тот момент показались… э… честно скажу, глупыми и вредными. Разве хорошо бросать чьи-то вещи? Но теперь я сообразила…

Недоговорив, пагль опрометью бросилась к единственной шишкосмородине, ловко взобралась по веткам почти до вершины и завопила:

– Жозюня, лезь на крышу! Роза, стучи в ставни! Куки и Ляля, прыгайте на крыльце!

Жози подошла к пожарной лестнице и медленно вскарабкалась на самый верх. Бульдожка начала бить передними лапками в ставни, которые закрывали одно окно. Жабы принялись скакать около входной двери.

– Жозюня! – отдавала распоряжения Мафи, – опусти мордочку в трубу и кричи так громко, как только можешь.

– А-а-а, – заорала самая младшая мопсишка, – а-а-а-а! Апчхи! Кха-кха!

– Нет, – остановила ее пагль, – нужно не так. Повторяй за мной: «Семен, твою шишкосмородину ломают». Начинай. Все остальные подхватывают.

Жози схватилась передними лапками за наружную часть дымохода.

– Роста не хватает!

– Подтягивайся, – велела Мафи.

Младшая сестра заскребла когтями по кирпичам.

– Не получается.

Роза поспешила к пожарной лестнице.

– Сейчас подсажу тебя.

Через пару минут бульдожка оказалась на крыше. Она встала на четвереньки.

– Жозенька, залезай мне на спину.

Самая младшая мопсиха вмиг выполнила приказ и заликовала:

– Теперь не только мордочка в отверстие опустится, но и вся верхняя часть тела. Семе-е-ен! Твою-ю-ю шишкосмородину-у-у лома-а-ают!

– Да-да, – подхватили Куки и Ляля, – обрыва-а-ают!

– Ой! – донеслось с крыши, и голос стих.

– Что случилось? – насторожилась пагль.

Роза встала, наклонилась