Тим Сваргин. Заколдованное путешествие - Константин Злобин

Капитан Правдин расположился на углу. В его ухе временами слышались голоса подчиненных. Они докладывали.

– Вижу два объекта. Движутся из центра. Наблюдаю контакт в области слюновых желез и хм-хм. Сопровождаю объекты до угла.

– Принял объекты. Веду до выхода из зоны.

– Объект с северо-востока. Курс не определен. Сильно зависит от ветра. Близко не приближаться – повышенная концентрация алкогольных паров.

– Автомобиль. Цвет белый. Паркуется. Противоположная сторона улицы от места наблюдения. Внутри двое. Зашли в подъезд. Покинули зону.

– Объект в центральной зоне наблюдения. Цвет черный. Хвост крючком. Пол не определен. Наблюдаю остановку около столба. Пол определен – кобель. Прекращаю наблюдение за объектом.

Здесь не было ничего интересного, а в нескольких кварталах отсюда шло сражение. На Новом Арбате ухали орудия, стрекотали автоматные очереди, взрывал землю гигантский скорпион. Отголоски битвы были слышны даже здесь, и каждому из сидевших в засаде хотелось рвануть туда в гущу событий, но у них была своя более важная и ответственная задача. Они ожидали прибытия крупной дичи.

И «она» не заставила себя ждать. Примерно в четверть третьего тротуар у особняка расчертила линия. Из нее показалась идеально уложенная и напомаженная голова. Она принадлежала Вельзевею. Оглянувшись, он выбрался наверх, и тротуар принял свой первоначальный вид.

Отряхнув с одежды пыль и повисшую на плечах паутину, Вельзевей спокойным шагом направился к своему дому.

Правдин поправил на щеке микрофон.

– Всем приготовиться. Объект в пределах видимости. Работаем по плану №2.

– Есть приготовиться, – прозвучало в ответ ровно семь раз.

«Тук, тук, тук», – раздавались шаги Вельзевея.

– Первая группа, внимание!… – Правдин не сводил глаз с холеного Вельзевеева затылка.

Но в этот момент произошло то, чего не ожидал никто – ни Вельзевей, ни Правдин, и ни один из сжавшихся в единый комок и готовых к броску бойцов. Дверь особняка открылась и на пороге появилась закутанная в дорожный плащ женская фигура. Ее лицо закрывала густая вуаль. За ней семенил маленький неуклюжий человечек. В руках он держал большой накрытый платком ящик. Человечек торопился, но все равно не успевал. Дама подгоняла его.

– Пошевеливайся! Он скоро придет и тогда все будет кончено!

– Я и так стараюсь. Она очень тяжелая. Обязательно тащить ее в руках? Может просто надеть на голову?

– Ты что, совсем дурак? – зашипела дама. – Как ты пойдешь по городу с Шапкой на голове? Первый же полицейский…

Она запнулась. Перед ней стоял Вельзевей.

– Что это ты делаешь, Зизи? – спросил он. – И что вы несете?

Он подошел и одернул край платка. В стеклянном кубе сверкнули драгоценные камни, заискрились соболиные меха.

– Я… мы…, – залепетала Изольда. – Я услышала по радио, что тебе угрожает опасность и решила перевезти корону в более надежное место.

– По радио? Но у нас нет радио.

– Ну, значит по телевизору. Ты не веришь мне, а я хотела тебе помочь… Ты… ты такой же как все, и никогда не ценил меня, – она смахнула притворную слезу.

– Куда же вы направляетесь, позволь тебя спросить?

Зизи на секунду смешалась, но быстро пришла в себя.

– Я думала отвезти ее к маме. Там ее никто не найдет.

– Глупее ничего не могла придумать? – взревел Вельзевей. – Почему ты ничего не сказала мне, а связалась с этим тупицей?

– Не называй его так. Он мне помогает.

– От него одни неприятности.

– Дорогой, пожалуйста, не кричи! Твоя Зизи хотела как лучше. Я не думала, что ты разозлишься и наговоришь мне так много обидных словечек. Я сейчас буду плакать и не смогу остановиться.

Она надула губы, изо всех сил стараясь выдавить еще несколько слезинок.

– Постой, – поспешил к ней Вельзевей. – Я не хотел тебя обижать.

Он обнял ее.

– Ты правда думала обо мне?

Изольда кивнула заплаканным лицом.

– И ты делала это ради меня?

Она снова кивнула.

– И ты любишь одного меня?

– Больше всего, что бывает на свете. Только тебя и никого другого. Ты – мой единственный, мой защитник и покровитель.

Изольда потянулась к нему размазанными губами. Вельзевей поспешно отстранился.

– Потом.

В наушниках Правдина звучали вопросы бойцов.

– Что делать, командир?

– Начинаем?

– Жду дальнейших распоряжений.

Капитан был готов. Он понимал, что сейчас самый подходящий момент. Все преступники были в сборе, и лучшего случая нельзя было ожидать. Он поднял руку, чтобы подать условный сигнал, но не сделал этого. К месту событий кто-то приближался.

Стоявшие около особняка тоже обернулись и всматривались в темноту. Первым нарушил молчание Вельзевей.

– Не может быть? Кого я вижу. Нас посетила сама Василиса Прекрасная. Но как вы одна в чужом городе и в столь поздний час?

Он одернул манжеты и краем глаза пробежал одно из заклинаний. Василиса была уже рядом.

– Скажите же, чем обязаны? – не унимался Вельзевей.

– Где мой племянник? Где Тим? – голос Василисы был жестким.

– Не вежливо, очень не вежливо начинать разговор с подобного обвинения. Как я понял из вашего вопроса, вы ищете некоего Тима, вашего заблудшего племянника? Что я могу вам на это ответить. Вы ошиблись адресом. Его здесь нет и не было.

– Не врите, – настаивала Василиса.

– Видит Бог, я говорю правду. Вас, возможно, ввела в заблуждение вот эта маленькая штучка, – Вельзевей достал из кармана жука и щелчком пальца отбросил его в сторону. – Вам никогда не говорили, что подслушивать нехорошо? Ай-яй-яй! Видимо вы услышали, как я говорил, что ваш племянник у меня? Это была просто невинная шутка, которую я позволил себе. Я хотел поквитаться с вами за тот прием, и теперь совершенно удовлетворен. Нет здесь никакого племянника. Убирайтесь, пока я не передумал.

– Где Тим? – настойчивее повторила Василиса.

– Я считал, что вы умная женщина, а вы так ничего и не поняли… И меня это стало утомлять. Я очистил город от этого мужлана Сципиона, и вам тоже тут не место. Прощайте!

Он произнес заранее подготовленное заклинание и сделал выпад тростью. Ее конец озарился зеленым светом. Луч, скользнув к Василисе, чиркнул по каменной кладке и чугунным завиткам забора.

– Кстати, ваша клубника со сливками была слишком приторна.

Не успела Василиса опомниться, как железные прутья забора оторвались от основания и подобно удаву, обвились вокруг нее. Она пробовала сопротивляться, но чем больше прилагала усилий, тем более жестким становился чугунный плен.