Зачарованное Дерево - Микки Лиш

– Виолетта, нам нужно их спасти, – сказала Хеди. – Нам нужен дедушка Джон, чтобы вернуть наши семьи. Помочь госпоже Пал и всем рукоделам. Всем другим фокусникам.

Макс поднял руку, закованную в перчатку:

– И мне тоже надо помочь.

– Ваш отец разве не помог бы нам, будь он жив? – спросила Хеди.

Виолетта нахмурилась:

– Что вам нужно?

– Розеттская Мешалка, – сказал Бесс. – У твоего отца была такая. Он шифровал и расшифровывал свои дневники и всякое такое. Выглядит как стеклянная пирамидка.

– Она у меня.

Виолетта задумчиво посмотрела в окно. На самом деле, поняла Хеди, она смотрит на скульптуру глаза, который по-прежнему наблюдал за ними. Виолетта вопросительно наклонила голову, и глаз моргнул. Она снова повернулась к ним.

– Думаю, отец помог бы вам. – Страдальчески глянув на Бесса, она добавила: – Знаешь, даже если я тебя никогда не прощу, это не значит, что я не поступлю правильно.

Бесс пожал плечами:

– Я великолепно умею выявлять худшие черты людей.

– На этот раз ты действительно говоришь правду, – согласилась Виолетта. Осторожно опустив Дуга и Стэна на пол, она встала. – Ждите здесь.

Через несколько минут Виолетта вернулась, держа в руках коробку.

– Вещи отца, – сказала она, с любовью похлопав коробку ладонью.

Когда Виолетта достала из коробки Розеттскую Мешалку, Спенсер пробормотал:

– Ага, у дедушки Джона была точно такая.

Пирамидка была высотой сантиметров десять. В самом центре торчало перо каллиграфической ручки. Бесс объяснил, что одна сторона Розеттской Мешалки шифрует тексты, переводя их на сотни или даже тысячи разных языков. А другая сторона расшифровывает эти переводы.

Бесс зажёг свечу и поднёс её к пирамидке. Джелли спросила:

– Сколько раз ты это уже делал, Бесс?

– Я? Ни разу, – сказал Бесс. – Но я видел, как это делают другие.

– Ладно, хорошо. Просто, пожалуйста, не сожги единственную надежду спасти нашу семью и всю магию в мире.

Бесс недовольно посмотрел на неё, потом коснулся огоньком свечи одной стороны пирамидки.

Розеттская Мешалка впитала пламя в себя, оставив лишь струйку дыма, поднимавшуюся от фитиля свечи. Перо внутри пирамиды зажглось, затем свет отразился и радугой упал на страницу.

У всех на глазах слова, написанные на множестве незнакомых языков, свернулись, задёргались, потом поползли. Они перебрались с левой страницы на пустую правую, сложившись в предложения, написанные по-английски почерком дедушки Джона.

Когда Хеди перевернула страницу, то увидела, что то же самое происходит и на этом листе, и на следующем…

Всё сработало.

Глава 10. Розеттская Мешалка

– И что там говорится? – спросил Дуг.

Стэн, растолкав всех носом, пробился в центр группки.

– Я хочу прочитать!

– Оленята не умеют читать, – фыркнул Дуг.

– А я умею.

Маленький олень долго и внимательно смотрел на слова, затем помрачнел, так и не сумев их понять.

– Ничего страшного, Стэн, – сказал Спенсер, – ты станешь замечательным чтецом, когда вырастешь. Хеди, что там говорится?

На первых страницах не было никакой информации о произошедшем. Записи о магических артефактах, которые продаёт госпожа Пал, страница о говорящих какаду кузена Юэна, примечания к шахматной партии, сыгранной с бабушкой Роуз. Лишь ближе к концу Хеди нашла нужные записи.

Она начала громко читать вслух:

– «Всё больше и больше признаков того, что магия каждый день всё больше и больше разматывается – и дело не только во мне и моём доме. Исследования “Ловкости Рук” правильны – Зачарованное Дерево погибает, и его нужно снова разжечь. Нужно найти халкидри. Только он может разжечь Дерево. Похоже, у нас есть от силы месяц».

И на другой странице:

– «Меч сэра Роланда – ключ к поиску халкидри. Но ключ от какой двери? По слухам, что-то знает Парижский Шептун. Я должен уговорить его рассказать, куда идти. Чтобы поговорить с Шептуном, настоящий фокусник должен заплатить тому, кто проходит сквозь стены».

Ещё там была раздражённая приписка чернилами другого оттенка:

– «“Ловкость Рук” отправляет со мной Бесса. Им хватило наглости сказать, что это для моей же безопасности. Придётся ещё и за ним теперь присматривать. По-моему, Хеди справилась бы лучше, чем мы оба, вместе взятые. Предпочёл бы пойти один, но, полагаю, он может нести мои чемоданы».

– Нести его чемоданы? – фыркнул Бесс. – Ну, я рад, что Джон считает меня хоть в чём-то полезным.

– Что такое х… – Макс запнулся на незнакомом слове. – Что такое халки?

Хеди ещё раз проверила блокнот.

– Халкидри. Никогда о таком не слышала.

– Это существо, которое питается огнём солнца, – вмешалась Гроза. – Я и не знала, что он существует.

– Ага, сказала говорящая горгулья, – хихикнул Спенсер и быстро спрятал улыбку, притворяясь, что почёсывает нос, когда Гроза свирепо глянула на него.

– Проходит сквозь стены. Кто-то из французских фокусников умеет ходить сквозь стены? – спросила Джелли.

Виолетта постучала пальцами по подбородку:

– Я не знакома ни с какими фокусниками – как я уже говорила, это был мир моего отца. – Она кивком показала на глаза и губы, с любопытством заглядывавшие в окно. – Да, он оставил мне стражей, но я не поддерживала никакой связи с его… делами. Но мне кажется, что речь идёт о статуе на Монмартре – известном парижском персонаже.

Хеди видела, что Бесс готов отправиться туда буквально сейчас, но все уже слишком устали. Макс почти уснул на диванчике, остальные тоже с трудом удерживали глаза открытыми. Виолетта в конце концов уложила ребят спать на свою кровать, настаивая, что ей вполне хорошо будет и на диване, если рядом с ней лягут Дуг и Стэн.

Уже засыпая, Хеди услышала вопрос Виолетты:

– Тебе нужно одеяло, Юджин?

Послышался скрип кожаной обивки – Бесс вытянулся на другом диване.

– Нет, спасибо, у меня есть шаль.

– Она тоже моя! Я-то думала, куда она подевалась, ты… – Она закончила французским словом, которое Хеди не знала, но смысл его был вполне ясен.

Бесс, похоже, остался невозмутим.

– Она очень тёплая. Я везде с ней путешествую. Эта шаль побывала в Гренландии, в Австралии и в сотне других мест между ними.

После паузы он спросил:

– Хочешь, отдам обратно?

– Ты невозможный, – ответила Виолетта, но у Хеди было ощущение, что она улыбается.

С утра их разбудили насмешливые крики. Когда Хеди, пошатываясь, прошла в гостиную, Виолетта пыталась зазвать гигантские губы обратно в окно.

– Они никогда так раньше не делали, – сказала Виолетта. Она отругала губы; те недовольно устроились в углу и что-то ворчали.

– Они волшебные, – заметила Гроза, – а с магией сейчас что-то идёт не