Тайна Лунного камня - Чэнь Цзятун

Внезапно Ду Хуан тоже увидела происходящее и сначала чуть не упала в обморок от ужаса. Но тут же, не раздумывая, бросилась между снежным барсом и Анке, раскрыла объятия и крепко обняла сына всем телом. В этот момент она была не тем суровым, строгим и властным хорьком, каким привык её видеть Дилла: перед ним стояла испуганная, но невероятно мужественная мать, бросившая вызов жизни и смерти, чтобы защитить своего ребёнка. Дилла был поражён самоотверженностью и величием материнской любви.

– Прошу! Не ешь моего сына! – взмолилась Ду Хуан. – Съешь меня! Во мне больше мяса, чем в нём!

– Мне нужно более нежное мясо! Прочь! – крикнул снежный барс.

И он медленно двинулся к зверькам, поглядывая на Анке, скрывавшегося за матерью.

– Съешь меня! Пожалуйста! Он ещё молод и мал, отпусти его! – продолжала умолять Ду Хуан.

– Ты не слышала, что я сказал? Убирайся!

Снежный барс облизнул пасть и приготовился к прыжку.

Сейчас Дилла видел в Ду Хуан свою мать. Окажись её сын в такой ситуации, она без раздумий бросилась бы его спасать.

– Сам убирайся отсюда! – выскочив из-под кустов, закричал Дилла, сам не зная, откуда у него взялась такая смелость.

Снежный барс повернул голову, чтобы посмотреть на лиса: любопытство к неизвестной добыче – трудноизлечимый инстинкт для всех хищников. Он оставил сына с матерью и медленно направился к Дилле. Лис прекрасно понимал, что ему ни за что не справиться в одиночку со снежным барсом, но всё-таки решил предпринять отчаянную попытку и потянуть время.

– Отпусти их, большой гадкий котяра! – сурово крикнул он.

– О, значит, ты хочешь занять их место.

Снежный барс прищурил глаза и подходил всё ближе.

– Валяй, я тебя не боюсь! Не боюсь!

– Не боишься меня? Тогда чего же ты боишься? – с некоторым презрением спросил снежный барс.

– Ну… белых медведей! – Дилла пытался хоть как-то напугать противника, рассказывая о животном, которое казалось ему самому самым свирепым в мире.

– Пытаешься сравнить меня с каким-то глупым здоровяком? Позволь тебе сказать, что я не боюсь ни одного животного в мире. Кроме охотников, – высокомерно произнёс снежный барс.

– Бегите! – крикнул Дилла Ду Хуан и Анке, но они были так напуганы, что не сдвинулись с места.

Снежный барс с рыком бросился на Диллу. Его мощные лапы вздымали тучи пыли, длинный хвост был высоко поднят в воздух, а тело идеально собрано для прыжка. В двух метрах от лиса снежный барс оттолкнулся от земли и стремительно взлетел в воздух, но Дилла успел ловко увернуться. Снежный барс развернулся и вновь попытался вцепиться в противника двумя передними лапами. Его когти были настолько острыми, что у жертвы не оставалось шансов на выживание, однако и в этот раз Дилле удалось избежать смерти. Увидев, что обе лапы пусты, снежный барс рассвирепел и злобно зарычал на лиса. А тот, воспользовавшись заминкой, отбежал от зверя и спрятался за большой сосной.

Теперь путь к добыче зверю преградил ствол дерева, и, когда барс бросился за Диллой в левую сторону, тот рванул от него вправо. Затем направление погони поменялось. Так они кружили в течение минуты. Наконец, снежный барс потерял терпение и, подпрыгнув как кошка, забрался на дерево. Такого Дилле ещё не приходилось видеть в своей жизни: подобного размера животное так легко лазило по деревьям. Не успел лис опомниться, как противник, развернувшись, набросился на него с огромной высоты и прижал к земле своим массивным брюхом.

Дилла отчаянно пытался вырваться, однако все попытки были тщетны. Дилла почувствовал, как сильно забилось его сердце, и с тревогой взглянул на Лунный камень. Он хотел было закрыть глаза в ожидании смерти, но заметил, что противник отвлёкся и настороженно прислушивается к новым звукам вдалеке.

– Гав! Гав! Гав-гав!

Гигантский зверь всматривался в заросли, и в его глазах Дилла заметил ужас.

– Гав-гав! – звук становился всё громче, и снежный барс ослабил хватку.

Сердце Диллы загорелось надеждой: продолжайте лаять, да-да, продолжайте! Он недоумевал, почему этот свирепый снежный барс боится каких-то собак, однако мысленно умолял их не замолкать.

– Охотники! Охотники рядом! Бегите! – послышался знакомый голос. Дилла почувствовал, как снежный барс вздрогнул и отпрыгнул в сторону. Он мельком взглянул на лиса, сглотнул слюну, неохотно развернулся и бегом бросился в высокие лесные заросли. После ожесточенной внутренней борьбы барс всё-таки решил, что его жизнь в данную секунду времени была важнее, чем его голодный желудок.

Дилла тяжело вздохнул, но его сердце всё еще колотилось как сумасшедшее. Он с трудом поднялся на ноги и стал с благодарностью искать глазами своего спасителя. Лис уже успел догадаться: лаяла не гончая, а Анке. Тот как раз высунул голову из-под дерева и всё ещё дрожа от страха всем телом подошёл к Дилле.

– Спасибо! – хором произнесли они, потрясенно глядя друг на друга.

– Анке, Анке, мой малыш! – закричала Ду Хуан и бросилась к сыну, крепко обнимая его и горько плача. – Анке, маленький мой! Мамочка так волновалась! Я думала, что мы… Я тебя люблю! Очень-очень сильно!

Крики Ду Хуан тронули Диллу, и ему на глаза навернулись слёзы.

– Ну всё-всё, мама, мы в безопасности, – Анке ласково похлопал Ду Хуан по спине. Она подняла голову и посмотрела на Диллу; ее глаза всё еще блестели от слёз.

– Храбрый лисёнок! Прости, что сомневалась в твоей порядочности. Ты спас нас! Как мне отблагодарить тебя?

– Это я должен сказать вам спасибо, госпожа, – ответил Дилла. – Если бы Анке не напугал снежного барса, я бы уже был в его брюхе.

– Но если бы ты не отвлёк его с самого начала, он бы разорвал нас! – возразил Анке.

– Сын прав, ты первый бесстрашно пришёл нам на помощь. Мы должны отблагодарить тебя! – произнесла Ду Хуан.

Анке настоял на том, чтобы познакомить Диллу с отцом, и даже пригласил лиса в дом. Однако Дилла не смог бы протиснуться в такой узкий лаз и просто пообещал семейству некоторое время побыть снаружи. Солнце стояло уже высоко в пронзительно-голубом небе, когда друзья подошли к дому хорьков. Птицы беспечно щебетали, приветствуя новый день. Анке хотел уже завести новый разговор, когда Дилла вдруг увидел, как из норы медленно вылезает пожилой, порядком потрёпанный жизнью хорёк со спутанной шерстью и мешками под глазами. Сейчас он, пожалуй, напоминал старую жабу, только что проснувшуюся от зимней спячки.

Хорёк лениво стоял у входа в нору и, увидев Ду Хуан, зевнул и, немного растягивая слова, проговорил:

– Куда вы все пропали? Вы принесли мне завтрак?

Он увидел пустые