Рэдволл - Брайан Джейкс

Клуни сосредоточил свою армию в придорожной канаве напротив аббатства. Сам он стоял позади, на лугу, окруженный своими помощниками. Отсюда, оставаясь в безопасности, он мог руководить всей операцией. С самого начала все пошло не совсем так, как ему хотелось. В первую очередь в его армии не хватало лучников. Крысы, как известно, не сильны в изготовлении луков и стрельбе из них. А со стен Рэдволла полевые и зерновые мыши залпами посылали вниз тучи маленьких стрел, которые, хотя и не обладали большой убойной силой, ранили крыс и приводили их в замешательство.

Стоя позади своего воткнутого в землю штандарта, Клуни щелкал хвостом по земле:

— Краснозуб, Темнокогть, прикажите пращникам приготовиться. Когда я подам сигнал, они должны обрушить на стену град камней. Это заставит мышей залечь. Грязнонос, Жабоед, соберите команды со штурмовыми лестницами и крюками.

Командиры отправились в канаву делать приготовления. Клуни поднял хвост, чтобы подать сигнал.

Со стены мыши-лучники продолжали засыпать канаву стрелами. Констанция, с увесистой дубиной в лапах, расхаживала взад и вперед за спинами лучников, подбадривая их:

— Не жалейте стрел, наддайте!

Помня, что запасы стрел не бесконечны, барсучиха взглянула на кучи камней и мусора, наваленные вдоль парапета:

— Брат Руфус! Кротоначальник! Будьте готовы сбросить эти кучи в любой момент.

Клуни взмахнул хвостом. Град камней обрушился на парапет, стуча по каменной кладке, и сбил с ног нескольких зазевавшихся мышей и крота.

— Пригнись! Ложись! — скомандовала Констанция.

Защитники мгновенно повиновались, тем более что град камней усиливался. Аббат Мортимер, пригнувшись, бежал по парапету и кричал:

— Носилки! Сюда! Помогите мне отнести раненых в лазарет.

Выдра Винифред, лежавшая рядом с Констанцией, прошептала:

— Слышишь скрежет? Разбойники приставляют что-то к стене. Думаю, они держат нас в укрытии, чтобы тем временем забраться на стену.

Винифред не успела договорить, как две кошки с привязанными к ним веревками перелетели через парапет и зацепились за стену.

— Не поднимайтесь, друзья, — прошептала Констанция. — Подождите, пока они заберутся повыше. Надо, чтобы побольше крыс успело забраться на лестницы, прежде чем мы сделаем ответный ход. Передайте по цепочке.

Внизу, на лугу, Краснозуб дико хохотал, размахивая палашом:

— Твой план удался, хозяин! Смотри, старина Черноклык и его ребята уже почти на стене.

Клуни поднял забрало, чтобы лучше видеть. То, что случилось затем, он был не в силах предотвратить.

Целая лавина земли и камней обрушилась со стены прямо на главную штурмовую лестницу. Громко визжа и отчаянно размахивая лапами в поисках опоры, крысы посыпались на дорогу. Лестница отлетела в сторону и сбила другую, стоявшую рядом. Обе рухнули на землю, на головы мечущихся в панике крыс. Израненные и оглушенные, оставшиеся в живых пытались отползти обратно в канаву, но там на них обрушился летящий со стены мусор. Воздух наполнился воплями и стонами.

Клуни разразился проклятиями. Бросив штандарт, он устремился вперед, через луг. Одним прыжком перемахнув канаву, он перебежал через дорогу и, ухватившись за свисающую со стены веревку, полез вверх. В это время единственный среди защитников Рэдволла бобер перегрыз последнее волокно веревки, и Клуни, упав с изрядной высоты, бесславно шлепнулся в дорожную пыль.

Клуни бросился в канаву. Перегруппировав своих пращников и лучников, он приказал им быть наготове и ждать команды.

Со стены упала последняя веревка, и раздался радостный клич защитников Рэдволла, высунувшихс я из укрытии, чтобы взглянуть на плоды своих усилии

— Пли! — заорал Клуни.

Камни и стрелы устремились вверх, и несколько мышеи, вскрикнув, упали. Это подняло настроение разбойника. Не все еще потеряно. У него уже зрел новый план.

В Лесу Цветущих Мхов Рваноух сражался с опутывавшей его толстой веревкой. Издалека до него доносились звуки, которые могли означать только одно приступ аббатства начался

Рваноух извернулся и достал зубами до веревки. Если он освободится, то еще есть время пробраться к аббатству и незаметно присоединиться к орде. Он может смешаться с остальными и сделать вид, что был с ними все время. К тому же, если он сумеет проявить себя в битве, Клуни будет к нему снисходительнее.

— Никакой веревке не удержать Рваноуха надолго, хе-хе, — бормотал он, перегрызая веревку.

Рваноух на мгновение поднял голову, чтобы размять шею. Смех застыл у него на губах, из горла вырвался стон ужаса. Ледяные когти страха стиснули сердце.

В полушаге от него гипнотизирующе раскачивался самый огромный и злобный аспид, который когда-либо появлялся на свет.

Рваноух окаменел, дыхание, казалось, замерзло в его легких. Зловещая тупая голова покачивалась перед ним в медленном ритме, мелькал, появляясь и исчезая, тонкий раздвоенный язык, неподвижный взгляд черных, блестящих, словно бусины, глаз не отрывался от него ни на миг. Голос змея зашуршал, как сухие листья на осеннем ветру.

— Асмодеус, Асмодеус-с-с-с-с, — прошипел он. — Сам перегрыз веревки, как любезно с твоей стороны, крыса! Пойдем, я покажу тебе вечность! Асмодеус, Асмодеус-с-с-с-с.

Змей ударил с быстротой молнии. Рваноух почувствовал легкий укол в шею, его лапы ослабли, глаза заволокло черным туманом. Последнее, что он услышал, было шипение змея:

— Асмодеус, Асмодеус-с-с-с-с!

Клуни нетерпеливо рвал когтями дно канавы. Новый план уже окончательно созрел в его голове: внезапная атака на аббатство со стороны леса.

Краснозуб в его шлеме и доспехах останется на лугу — со стен мыши примут его за Клуни, а сам он с небольшим отрядом отборных бойцов зайдет в тыл и застанет противника врасплох. Оставшимся в канаве крысам было приказано продолжать приступ, пока Клуни со своим отрядом не заберется по стене с тыла и не откроет изнутри ворота аббатства.