Белые лисы - Брайан Джейкс

— Во-первых, надо крепко-накрепко запереть ворота, так чтобы из аббатства никто не мог выйти, кроме патрулей. Во-вторых, Лог-а-Лог организует охрану из сво-

их землероек, к тому же они будут постоянно проводить разведку. А мы подумаем, как организовать оборону. Этим займусь я, Рузвел и Командор.

Крегга положила тяжелую лапу на плечо Грома:

— Нам повезло, что в аббатстве появились опытные воины. И весьма вовремя. Брат Батти, что ты знаешь о Белолисах? Есть в аббатстве какие-нибудь летописи или дневники?

— Надо проверить. Ореховое Крылышко, ты мне поможешь?

Ореховое Крылышко, задумчиво протирая очки, ответил:

— Хмм, мм, конечно помогу. Я постараюсь запомнить все, что ты скажешь.

Тем временем Гром внес еще одно предложение:

— Если надо побольше выяснить о Белолисах, можно спросить мою мать, Эллайо. Она никогда не рассказывала таких сказок, но наверняка может поведать немало интересного.

А Песенка, Дипплер и их новый друг Позднецвет пускали блинчики у пруда. Все знают, как это делается. Нужно взять плоский камешек и кинуть его в воду так, чтобы он несколько раз подпрыгнул. Выигрывает тот, чей камешек подпрыгнет больше.

— Смотрите, у меня пять! Я хорошо натренировался в этом пруду. Посмотрим, сколько у тебя получится, Песенка!

По воде поскакал выбранный Песенкой плоский коричневый камешек.

— Четыре, нет, четыре и еще один маленький. Ну ладно, пусть будет пять. Дипплер, теперь твоя очередь!

Землеройка поднял с земли камень, не особенно заботясь о его форме и размере, и не глядя запустил его в пруд.

— Восемь! Но ведь я всю жизнь провел у воды, а в камешки начал играть чуть ли не раньше, чем выучился говорить.

Позднецвет краешком глаза поглядывал на дверь аббатства и первым заметил появление брата Мелиота с поварешкой в одной лапе и большой сковородкой в другой. Бельчонок лукаво улыбнулся приятелям:

— Вижу, вы здорово играете в камешки. А вот посмотрим, кто первым получит миску с едой!

С этими словами он помчался к аббатству, как раз когда брат Мелиот ударил поварешкой в сковороду, как в гонг, и крикнул:

— В зал Большой прошу всех вас, Будет там обед сейчас!

Песенка и Дипплер помчались за Позднецветом, выкрикивая на бегу:

— Ах ты, мошенник, подожди нас!

— Попрыгун несчастный! Это нечестно! По крайней мере мог бы предупредить.

Белолис Моккан показал укрытую бухточку, которую не так-то легко было заметить с реки:

— Сюда! Лодки надо спрятать под этими деревьями. Его сестра Зирал выпрыгнула на берег и наблюдала затем, как лодки заходят в бухту. Когда водяные крысы втащили на берег последнюю лодку, Зирал подозвала двоих:

— Аллаг, Рухеб, возьмите еще шестерых и рассредоточьтесь. Найдите наших братьев и сестер и возвращайтесь с ними.

Моккан растянулся под огромным кленом, он был рад избавиться от надоевшей качки: что и говорить, на лодках землероек надо уметь плавать. Он с удовольствием раздавал приказы водяным крысам:

— Поставьте сети, наловите рыбы. Лучники, подстрелите несколько птиц на жаркое. Вы, четверо, соберите хворост и разожгите костер. Да выбирайте ветки посуше, чтобы потом дыма не было. Принесите ягод и фруктов, только спелых. А ты развесь на кусте мой плащ на просушку.

Крысы побежали исполнять приказания, Зирал уселась рядом с братом, покусывая травинку, и задумчиво заметила:

— Недалеко отсюда Рэдволльское аббатство. Моккан прикрыл глаза, наслаждаясь солнечным теплом.

— Знаю, но мы не двинемся с места, пока не найдут Вэннану, Эскрода, Гельтора и Предан и не приведут сюда. Успокойся, спешки никакой нет.

Однако Зирал не могла успокоиться. Она вернулась на берег, взяла свой топор и снова подошла к брату, протирая лезвие:

— Я успокоюсь, когда мы снова окажемся на острове с матерью. Старая карга уже наполовину выжила из ума, воображает, что может править всеми, только полагаясь на свои способности. А на самом деле единственное, на что она способна, — повторять с утра до ночи: «Меня должно окружать прекрасное, меня должно окружать прекрасное!» Ума не приложу, как сестрица Латур терпит это. Я бы уже давно не выдержала, привязала ей на шею веревку с камнем и отправила в озеро, пусть ее там окружают прекрасные рыбы!

Моккан приоткрыл один глаз:

— А ты знаешь, что такие слова попахивают изменой? Нельзя говорить о Высочайшей королеве в таком роде!

Зирал сердито фыркнула и швырнула топор в сторону брата. Лезвие глубоко вонзилось в ствол клена. Моккан пожал плечами и сухо заметил:

— Терпение, терпение, сестра моя. Такое поведение к добру не приведет!

Светлые глаза Зирал блеснули. Она отпихнула водяную крысу с хворостом, так что все ветки рассыпались и их пришлось собирать заново. Сама лисица вырвала топор из дерева и злобно переспросила:

— Высочайшая королева? Сильф просто старая развалина, которая прячется за шелковыми занавесками!

Неужели она не может сдохнуть и оставить остров нам, своим наследникам?

Моккан, улыбаясь, приподнялся на локте:

— Вот тогда-то все и начнется. Нас семеро, и мы никогда не сумеем поделить богатство и власть и спокойно править островом из замка. Мы будем драться до тех пор, пока не перебьем друг друга. Ты же знаешь, мы — Белолисы, мы рождены убивать. Только один из нас сможет стать владыкой острова.

Зирал сделала вид, что прячет топор под плащ, но вместо этого внезапно размахнулась и… лезвие ее оружия зазвенело, стукнувшись о топор брата. Моккан сделал неуловимое движение, и оружие Зирал упало к его лапам. Продолжая улыбаться, Моккан сказал:

— Думаю, ты понимаешь, о чем я говорю, сестрица!